Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

– Ты… оборотень… – прошептала Тая, отступая всё дальше. – И ОН… тоже?

Говорила веда о медвежонке.

– Его имя Атрей. И да. Он – детёныш оборотня. Я хотел узнать, что с ним произошло и где его семья, но не успел.

– Атрей? – тихо повторила Таяна, глядя куда‑то в сторону.

Там из кустов высунулся медвежонок. Осторожно приблизился к ней с другой стороны, но остановился в нескольких шагах, стараясь не напугать сильнее.

Его присутствие, казалось, немного успокоило её.

Таяна закрыла лицо руками, плечи её содрогались от беззвучных рыданий. Ивар не смел прикоснуться к ней – боялся, что это станет последней каплей. И слишком близко она стояла у края.

А Таяна вдруг покачнулась от налетевшего ветра, сделала ещё один шаг назад…

И время будто замерло.

Вдруг земля под её ногами предательски осыпалась, нога не нащупала опоры… и чернокосая, потеряв равновесие, полетела вниз. Прямо в бурлящие воды реки.

– Та-а-ая!!! – раненым зверем заревел воевода.

Ивар в облике медведя

ЛИСТАЕМ ❤❤❤

Глава 8

Ивар

–…та-ая! …ая! – разнеслось эхом с утёса.

Вода с силой подхватила девушку, унося её течением. Не теряя ни мгновения, Ивар прыгнул следом, превращаясь на лету в могучего медведя.

Его мощное тело легко скользило в потоке, мощные лапы гребли воду, сокращая расстояние между ним и девицей. Таяна то исчезала под водой, то вновь появлялась на поверхности.

Он нырнул под воду, чувствуя, как течение пытается утащить его прочь. Наконец, заметил бледное лицо Таяны – она теряла сознание.

«Держись!» – прорычал Ивар, позабыв, что она не услышит его звериного голоса.

Он настиг её у большого валуна, где течение замедлялось. Схватил зубами за край платья и потянул к себе, одновременно отталкиваясь лапами от камня, а после сменил облик на человеческий.

Обхватил уже руками её тело и, удерживая голову над поверхностью, погреб к берегу.

С драгоценной ношей Ивар выбрался на отмель и осторожно опустил Таяну на траву. Она лежала, тяжело дыша, с закрытыми глазами, бледная как полотно.

– Дыши, ну же, дыши, – шептал, склонившись над ней. На грудь нажал.

Таяна тут же закашлялась, изо рта хлынула вода. Дав ей откашляться, порывисто сгреб в охапку и привлёк к груди.

– Слава светлым богам, жива! – выдохнул в тёмную макушку охрипло.

Успел, вытащил… Чувствовал, как дрожит её тело в его руках, как часто‑часто бьётся сердечко, словно пойманная птица.

Она чуть отстранилась и медленно открыла глаза, посмотрела на него снизу вверх – не было больше страха и ужаса во взгляде, лишь настороженное любопытство.

– Ты… спас меня, – прошептала, с трудом выговаривая слова. – Спасибо.

– Разве мог я иначе? Прости, что напугал там у реки… я был зол, – воевода провёл ладонью по её мокрым волосам, убирая прилипшие пряди со скул за ухо. – Ты вся моя жизнь…

Таяна смущённо опустила взор да охнула, узрев его наготу, хотя Ивар прикрылся ладонью, как мог. Веда вспыхнула, как маков цвет, и попыталась сесть, но он мягко удержал её за одно плечо.

– Не бойся меня, не трону. Вставать не спеши, а то голова кругом пойдёт, – тихо произнёс Ивар, помогая ей сесть, придерживая под спину. Позволила, не оттолкнула.

– Я… я видела, – наконец произнесла его чернокосая краса, глядя куда‑то в сторону. – Видела, как ты… был медведем.

– Верно, – грузно вздохнув, ответил Ивар. – Я могу по своей воле становиться зверем, но даже в облике медведя я остаюсь тем же человеком.

Она повернула голову, встретилась с ним взглядом.

– Почему не сказал раньше?

– Думал, что узнав правду, ты оттолкнёшь меня. Потерять тебя боялся, – признался, а у самого сердце ухало и едва ли из груди не выпрыгивало.

Молчание, тяжёлое и густое, как предгрозовое небо, повисло между ними.

Как вдруг где‑то неподалёку раздался знакомый топот. Атрей выбежал из леса со свёртком в пасти, остановился, принюхиваясь, наконец увидел их и бросился к ним.

– Осторожней ты! – предупредил ворчливо воевода, но медвежонок уже налетел на Таю и лизнул в щёку. Свёрток бросил ему в руки – его одежду.

К удивлению Ивара Атрей додумался позаботиться о сухих вещах, пусть и притащил лишь рубаху и портки, позабыв об сапогах. Ухмыльнулся, а смекалистый малец оказался.

– Эв-в-в, – тихо проревел медвежонок, облизывая и вторую щеку Таи. Ткнулся носом в девичью ладошку, выпрашивая ласку.

Её губы дрогнули в подобии слабой улыбки. Она подняла руку и провела от загривка по медвежьей спине.

– Значит, ты Атрей? – на что комок меха снова что-то проурчал, а вымученная улыбка Таяны стала шире. – И вы оба… не совсем люди.

Она закрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Тая… – воевода не знал, что ещё сказать.

– Всё хорошо, Ивар. Просто мне нужно время, чтобы всё это осознать, – тихо отозвалась.

– Столько времени, сколько потребуется, – пообещал. – Только не гони.

Уйти от своей суженной зверь не сможет.

– Не стану. Пойдемте домой, – обхватила себя руками за плечи, – холодно.

Ивар заметил, что она задрожала сильнее. И спохватился, обругав себя дураком.

– Сперва тебе следует переодеться. Возьми мою рубаху, – проговорил, помогая ей подняться, и протянул оную, себе оставив лишь портки.

Таяна кивнула, опираясь на его руку, взяла светлую с вышивкой по кайме рубаху и скрылась в ближайших кустах за кромкой леса. Тем временем Ивар надел штаны и подпоясался.

– Ну что глядишь исподлобья? Морду понурил, – хмыкнул над притихшим медвежонком, тот следил за ним настороженно, усевшись на зад. – Сказано ведь было – домой идём. А там и разберёмся что с тобой делать… коли правду расскажешь.

«Скажу всё, Ивар!» – заверил Атрей благодарно, подскакивая с места. Радостно заносился вдоль берега.

– Ивар… – послышалось тихое с боку.

Как вышла к ним чернокосая ведунья, воевода так и обомлел, все мысли растерял от открывшегося зрелища. Мокрое платье она в ладони держала, выжатое и скрученное.

Сама простоволосая – косу расплела, дабы тяжёлые длинные пряди высохли скорее. Рубаха в нескольких местах от влаги намокла, облепила стройный стан, а подол колени едва прикрыл.

Ну краса дивная! Румяная вся.

Схватить бы её и спрятать по-хорошему в избушке