Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова

– В последующие дни мы сражались с северянами у берегов княжества Лебедяни. Я лично видел Харальда живым в шатре, когда мы одержали победу над его братом и воском. Я – оборвал их жизни.

Брови юнца ошеломленно изогнулись, но он продолжал глядеть на него зверем.

– Теперь ты прогонишь меня, воевода? Или… убьёшь?

– Отчего так решил? – прищурился Ивар, внимательно следя за напрягшимся Атреем.

– Вражий сын ведь я… от того и молчал, не оборачивался, – насупился недоверчиво мальчишка.

– Ты впредь помалкивай об этом. А там сходим к князю Ярославу, повторишь государю сказанное. В обиду своих я не дам, – Ивар потянулся и хлопнул растерявшегося Атрея по плечу.

Что ответить тот не нашёлся. Глаза лишь подозрительно заблестели, но юнец быстро отвёл взгляд, да плечи его поникли.

– Ну так что, взвар целебный уже готов? – отвлёк его, направив мысли в нужное русло.

– Д-да, сейчас. Только процежу и остужу, – Атрей подскочил и кинулся к ковшу.

Ивар снова коснулся лба спящей Таяны и скривился – огненный. Она по-прежнему спала, дыхание чернокосой было частым и рваным. Её бледное лицо, обрамлённое разметавшимися волосами, казалось ему невероятно прекрасным.

Виноват перед ней. Не должно было случиться так…

Когда отвар был готов, Атрей осторожно поднёс чашку к её губам, но разбудить Таяну не вышло.

– Вливай взвар медленно, по ложке за ложкой, весь, – сказал, поддерживая её голову. – Это должно помочь.

Вдвоём им удалось влить большую часть кружки. Тепло от огня и напитка постепенно начало проникать в её тело, и дрожь вскоре стала слабее.

– Присмотри за ней пока, я пойду баню затоплю, надобно еë прогреть, чтобы хворь вышла.

Атрей отставил кружку и подошёл к лавке, где спала Таяна, осторожно коснулся её руки. В его взгляде мелькнуло что‑то тёплое.

– Она добрая сердцем. Я чувствую.

Ивар кивнул, с трудом отводя взгляд от неё и мальчика.

– Ты спас её, – вдруг произнёс Атрей, не глядя на Ивара. – Когда она упала в реку.

Воевода сжал кулаки, вспоминая тот момент, когда Таяна сорвалась с обрыва и исчезла под водой. Сердце до сих пор сжималось от страха.

– Я не мог иначе, – глухо ответил он.

– Люба она тебе.

Слова повисли в воздухе. Ивар не отрицал. Любил. А Атрей улыбнулся – едва заметно, но искренне, тоже успел к ней прикипеть душой.

– Она поправится. И примет тебя и твоего зверя.

Воевода вздохнул и вышел наконец во двор. Хотелось ему верить в это.

***

Я очнулась от тёплого, убаюкивающего запаха трав и жара. Голова ещё немного гудела, а жарко было очень! В помещении было дымно, нет, не так, за дым я приняла пар – я находилась в отстроенной воеводой бане, поняла. Лежала я на жёсткой лавке.

В следующий момент мой взгляд упал на фигуру, сидящую неподалёку на деревянном табурете. Ивар.

На нём были одни штаны. Он дремал, склонив голову на сложенные на груди руки, но при моём движении мгновенно встрепенулся.

– Таяна! – его голос звучал взволнованно. – Ты очнулась! Как ты себя чувствуешь?

Неосознанно отпрянула от мужчины, вспомнив недавние события. Я попыталась сесть, но из-за слабости мне удалось лишь подтянуться и опереться о бревенчатую стенку спиной.

– Всё хорошо, не бойся, – мягко произнёс Ивар, помрачнев, и выставил руки перед собой, показывая, что не опасен.

Смутилась, осознав, как воспринимались мои действия со стороны. Неловко вышло.

Знала ли его страшную тайну Тая?.. Непохоже.

– Ты уснула. Атрей наконец обернулся и доготовил за меня отвар, мы дали его тебе, и тебе ненадолго стало лучше. Но после твоя кожа стала слишком холодная, вернулась дрожь, и я перенёс тебя сюда, в баню, чтобы согреть.

Я огляделась.

– Где Атрей? – прохрипела воспаленным горлом.

– Он ушёл охотиться, – ответил воевода слегка охриплым голосом, не сводя с меня пристального, потемневшего взгляда. – Чтобы тебе стало лучше, он решил поймать дикую птицу.

Вскоре я поняла причину, из-за чего Ивар так пялился.

Осмотрела себя: я лежала на широкой полке в парной… в одной лишь тонкой, влажной сорочке, облепившей моё тело, словно вторая кожа.

Ткань намокла и практически полностью просвечивала.

Привычного мне нижнего белья в этом мире женщинам не полагалось носить… что было очень не удобно!

Сглотнула, чувствуя, как учащается моё дыхание и пульс.

– Спасибо, – тихо произнесла. – За то, что заботился обо мне.

– Прости, что так вышло, – покаянно произнёс Ивар. – Если бы я тебе рассказал… что могу примирять медвежью шкуру, ты бы не застыла.

– Не надо, – перебила, прикрывая просвечивающую грудь хотя бы своими волосами. – Ты не виноват. Я просто… испугалась. Всё случилось слишком неожиданно.

Ивар ничего на это не ответил. В теплом воздухе бани повисло напряжение. Он продолжал смотреть на меня, и моё сердце билось всё чаще.

В какую-то секунду он медленно поднялся с табурета и приблизился, не сводя с моего лица глаз.

– Та-а-я, я ведь не железный! – выдохнул протяжно, нависая надо мной могучей скалой.

Уперся коленями по обе стороны от моих бедер, сжав меня почти что в тисках своими крепкими бедрами. Заключил в ловушку. В капкан.

– Чего ты боишься? – прорычал, согревая мою шею горячим воздухом. До приятных, будоражащих мурашек.

Я молчала, пытаясь просто дышать.

Суровый воевода смотрел на меня с высоты своего роста, непривычно темными глазами. Поднял ладонь, огладил пальцем линию моего виска вниз по щеке, контуру губ, подбородку.

Склонился ниже, а я замерла, понимая, что сейчас произойдёт – поцелует!

И я хотела этого не меньше, чем он.

– Тая... – простонал мучительно, опаляя горячим дыханием мои пылающие щеки и рот.

Я не отстранилась, и губы воеводы властно смяли мои в жадном порыве.

Я ответила на поцелуй – сперва робко, потом всё смелее, отдаваясь непривычному, волнующему ощущению. Мир сузился до тепла его губ, до жёстких пальцев, впивающихся в мои плечи, до прерывистого дыхания, смешивающегося с паром бани.

Ивар отстранился, разглядывая меня пристально, будто желал запечатлеть в памяти взлохмаченный образ. В полумраке сверкнули его янтарные глаза.

– Тая… – выдохнул он, уткнувшись лбом в мой висок. – Я столько лет ждал. Столько раз представлял, как скажу тебе, кто я…

Прикоснулась ладонью к его щеке –