Тесса, бастардка князя - Марина Николаева (ЛФР)

под холмом, среди раскидистой ивы и любовалась заходом Солнца. Казалось, она сидит так неподвижно уже целую вечность, не обращая внимания на мелких мошек, противно жужжащих перед лицом. Но, если присмотреться, можно было заметить, что мушки не приближаются к ней, и не смеют трогать ни её красивое лицо, ни блестящую чёрную косу, ни красивую, но крепкую кожаную броню. У её ног лежали меч и котомка.

Подул свежий ветер, принося с собой прохладу и всколыхнул пожухлую степную траву, несмело коснулся блестящих волос ведьмы и немного потрепал их. Но женщина не торопилась убрать выбившуюся прядь в косу, она ждала, ждала свою ученицу. И вот, её терпение было, наконец, вознаграждено. Впереди замерцали сине — золотые искры, и из одноразового портала вышла молодая девушка, темноволосая и синеглазая, чем-то неуловимо похожая на женщину. С котомкой и колчаном со стрелами, луком за спиной и мечом в руках. Увидев выходящую из портала девушку, женщина облегчённо выдохнула и встала на ноги.

— Заждалась тебя. Ну, здравствуй, Тесса, — воскликнула госпожа Алиса.

— Так, пока доехала до усадьбы Тайной Стражи, пока бумагу на портал выбила, время прошло, — оправдалась молодая охотница. — Расскажете, что за дело?

— Женщины на сносях жалуются, что по ночам их душат. При тщательном осмотре обнаружила на шее ранки с запекшейся кровью. Нечисть расшалилась. Присмотрелась тут, и, думаю, что это Албаста балуется. Только, думаю, пришлая она. Из диких. Раньше жалоб не было.

— А женщины где?

— С ними знахарка сейчас. О них не беспокойся.

Ведьма, закинув котомку на плечи и прихватив меч, пошла в сторону деревни. Тесса зашагала за ней. Не дойдя до деревни, Алиса завернула к общественному овину, крепкому бревенчатому зданию, крытому прошлогодней соломой.

— С овинником поговорим сначала, — предупредила меня ведьма, вынимая из своей бездонной котомки каравай чёрного хлеба.

В овин нас не пустили. При нашем приближении из овина вышла какая-то тёмная тень, похожая на старый пень. Ведьма, взглянув на меня, вытащила из кармана склянку с зелёным порошком и распылила в воздухе щепотку снадобья. И теперь, в ведьмином видении я увидела, что это не старый пень, а маленький овинник, местная нечисть, бородатый морщинистый дедушка в чёрном тулупчике, несмотря на лето.

— Ведьма к нам пришла, да не одна, а с молодой ведьмой, — захихикал овинник, поплотнее укутываясь в тулупчик и удобнее присаживаясь на неожиданно возникшему из воздуха пне.

— Доброго здравия вам, батюшка овинник, — степенно поклонилась ведьма, не реагируя на его хихиканье. — Вот вам гостинчик от нас: хлеб да соль.

Каравай хлеба с солью, завернутой в чистую тряпочку, оказалась в цепких ручках нечисти. Понюхав гостинчик, овинник улыбнулся. И тут же подарок исчез в его бездонных карманах тулупчика.

— За гостинчик благодарствую. С чем пожаловали, ведьмы добрые? — спросил он, глядя на Алису немигающими жёлтыми глазами.

— Женщины деревенские на непорядок жалуются.

— Бабы — дуры, всю жизнь ругаются, за это и биты бывают мужьями.

— И такое бывает. Да тут у трёх баб на сносях раны на шее обнаружила. Нечисть кровушку пьёт, да жизнь отнимает у них. Непорядок! Договор надо соблюдать!

— Мы договор блюдём!

— Это хорошо, что договор блюдёте! Меньше спроса будет у Тайной Стражи! А вот выявить кровопийцу дам вам срок одну ночь! Не найдёте — прибудет сам Глава! А уж его вы знаете!

Услышав про Главу, овинник побледнел, растерял весь свой боевой дух.

— Ладно, ладно, хозяйка! Выясним до утра, кто это. И доложим вам!

Ведьма откланялась и поспешила в деревню. А я за ней.

Госпожа Алиса посетила все три избы, где проживали беременные бабы. Под её присмотром я осмотрела их и у всех на шее заметила ранки от укусов.

— Кровопийца? — спросила я и задумалась. Какая нечисть питается кровью беременных женщин? На ум никто не приходил, кроме вубыра.

Ведьма одарила всех троих амулетами от нечисти.

— Носите постоянно, не снимая. Это от нечисти, — приказала она.

После мы пошли в общественную избу, где остановилась Алиса.

— У нас договор на крови с большей частью нечисти. В людских поселениях не должны шалить. Эта кровопийца из диких, я уверена.

— Что будем делать, когда поймаем?

— Дикую и чёрную нечисть следует уничтожить на месте!

Отужинав мясным супом и гречневой кашей,принесённых старостихой, мы легли отдохнуть.

Ночью я проснулась от удушья.

— Чёрт! — крикнула я, ухватив мелкого волосатого зверёныша за ножку. Зверёныш запищал, вися вниз головой, дрыгая ножками.

Проснувшаяся Алиса, увидев зверька, прихватила его за шею и встряхнула.

— А вот нечисть дикая заявилась! Сейчас и убьём тебя! — воскликнула она.

— Не убивайте меня! Меня дедушка овинник прислал! — заверещал мелкий.

— Зачем душил меня? — спросила я.

— Так, побаловаться хотел.

— Добалуешься у меня! — вякнула ведьма и засунула мелкого овинника в зачарованный мешок!

Ближе к полуночи мы дошли до овинника и ведьма свистнула.

Старший овинник появился не один, а с помощниками в количестве трёх штук. По виду моложе него: борода жиже, морщинок на лице меньше. Все они были приодеты в ржавую кольчугу и с маленькими топориками в руках. Видать, на смертный бой собрались.

— Госпожа ведьма, внука верните младшего, прошу вас, — заканючил овинник.

— Наказать его не забудьте, мою помощницу душить вздумал, — грозно сказала Алиса и вытащила за хвост мелкого. Тот заверещал и спрятался за спинами старших.

— Нашли мы дикую нечисть! Албаста у нас появилась! Не из наших! Логово себе устроила в заброшенном домике, на дальнем поле.

* * *

К заброшенному домику мы добрались по воздуху. Овинник прочитал заговор на незнакомом языке и… мы с нечистью вместе просто оказались рядом с полусгнившим домиком.

— Раньше здесь пасека была. Да бортник помер, детей у него не было. А ульи люди растащили по дворам, — объяснил овинник наличие дома.

— Как Албасту из дома выманим?

— Помощница моя приманкой побудет для Албасты, — неожиданно для меня выдала ведьма.

Выдав мне один костяной гребень со сверкающими камнями ( " Камни не драгоценные, а стекляшки только " — шепнула мне Алиса в ухо), и ещё один костяной гребень без камней, меня усадили рядом с небольшой речкой, протекающей вблизи дома, и наказали расчёсывать волосы.

Первой выглянула местная русалка.

Пришлось овиннику самолично вмешаться и прогнать речную обитательницу прочь.

— Не по твою душу мы здесь.