Верну тебя, бывшая жена - Лена Голд

class="p1">Я не двигаюсь. Сижу, как парализованная, и наблюдаю. Вижу, как губы Мадины Абрамовны шевелятся, она что-то спрашивает, указывая на одно из сложных колец в витрине. Соня, следуя протоколу, открывает витрину, чтобы достать изделие для осмотра.

— Ну же… Включись! — начинаю паниковать, не слыша голосов.

Начинается спектакль. Свекровь берет кольцо, подносит к глазам с таким видом, будто изучает подделку на блошином рынке. Ее голос, вначале приглушенный, вдруг набирает силу:

— Что это?! Это же брак! Смотрите — здесь крепление шатается! И здесь, на краю, скол! Да вы издеваетесь над людьми!

Свекровь поворачивается к другим клиентам, размахивая кольцом, как вещественным доказательством. В магазине воцаряется мертвая тишина. Все взгляды прикованы к ней. Рита бледнеет, открывает рот, но не может вымолвить ни слова. Соня в ступоре.

— Я у вас в прошлый раз покупала серьги! Та же история! Один раз надела — и все, рассыпались! Деньги на ветер! А цены-то какие запрашиваете! Это развод на деньги, а не магазин!

Волна ярости поднимается от самого подреберья, смывая всю усталость и весь страх. Она пришла сюда не просто так. Выбрала час, когда людей больше всего. Пришла, чтобы уничтожить. Покалечить мою репутацию, которую я ни разу не позволяла очернить.

Поднимаюсь со стула. В глазах стоит красный туман, открываю дверь в зал.

Все взгляды мгновенно переключаются на меня. Рита смотрит с облегчением и ужасом одновременно. Соня широко раскрывает глаза. Мадина Абрамовна обрывает свою тираду на полуслове. Ее узкие, злые глаза встречаются с моими. В них я читаю не просто злорадство, но и расчетливое торжество.

Ну что, дорогая невестка, выйдешь на бой? — именно об этом она сейчас думает.

Подхожу к ней, останавливаясь на почтительном расстоянии.

— Мадина Абрамовна. Добрый день. Я слышала, вы обнаружили брак в изделии «Лепестка». Это чрезвычайная ситуация, и мы, безусловно, ее решим.

Я протягиваю руку. Она, опешив от моего слишком спокойного тона, машинально отдает мне кольцо. Я поднимаю его так, чтобы увидели все присутствующие клиенты.

— Коллеги, клиенты, прошу прощения за этот инцидент. Каждое изделие перед попаданием в витрину проходит личный контроль. Я лично проверяю каждую деталь. Это кольцо, — я поворачиваю его в лучах света, — не имеет ни сколов, ни дефектов крепления. Вы можете в этом убедиться.

Я кладу кольцо на бархатную подушку на прилавке и делаю шаг навстречу свекрови. Мое лицо — бесстрастная маска вежливости, но глаза, прямо чувствую, горят ледяным огнем.

— Что касается вашего предыдущего приобретения, Мадина Абрамовна, у нас ведется база всех покупок. Если вы предоставите чек или назовете примерную дату, мы мгновенно найдем ваш заказ в системе и проверим, была ли от вас жалоба. За все время работы «Лепестка» ни один клиент жалоб не оставлял. И претензий к качеству не имел.

По шее Мадины Абрамовны расползается красный румянец. Она не ожидала холодного, публичного отпора. Неужели после последних моих слов она не взялась за ум? Зачем это делает? Хочет, чтобы мы с Арсланом разошлись поскорее? Так и это будет. Всему своё время.

— Это… Это было давно! Я чек не сохранила! Но факт остается фактом! — пытается она парировать, но ее голос уже потерял уверенность. В нем слышна злоба, переходящая в истерику.

— Факты — вещь упрямая, — говорю, не повышая тона. — И они зафиксированы. Без чека и без записи в базе жалоб ваше заявление, к сожалению, не может быть рассмотрено как официальная претензия. Однако как владелец этого места, — развожу руками, — я ценю ваше беспокойство о качестве. В качестве жеста доброй воли я готова лично осмотреть кольцо в вашем присутствии и, если гипотетический дефект будет найден, — вернуть вам деньги. Прямо сейчас.

Я делаю паузу и окидываю взглядом других клиентов. Некоторые уже смотрят на мою свекровь с нескрываемым подозрением и неодобрением.

— Если же дефекта нет, — продолжаю, глядя прямо в ее глаза, — то, к сожалению, ваши слова попадают под статью о клевете, порочащей деловую репутацию. И мне, как хозяйке этого заведения, придется защищать его законными способами. Вы все еще хотите провести экспертизу кольца, Мадина Абрамовна?

Женщина смотрит на меня с такой ненавистью, что, кажется, воздух трещит. Но она проиграла. Публично и с треском. Сдаваться — значит признать ложь. Настаивать — значит нарваться на еще больший скандал с вызовом полиции, где ее ложь раскроется мгновенно.

— Нет, — хрипло выдыхает она, хватаясь за сумку. — Мне… у меня нет времени на это. Но вы… вы еще пожалеете!

Она резко разворачивается и, не глядя по сторонам, почти выбегает из магазина, громко хлопнув дверью.

В зале на секунду все затихают. Потом кто-то из клиенток вздыхает:

— Боже, какая неадекватная женщина.

Другой добавляет:

— Хозяйка молодец, четко все разложила.

Знали бы они степень ее неадекватности. Тем более в последнее время. Она же должна была знать, что я не позволю испортить мне репутацию. Знала, что я отвечу прилюдно так, что мало не покажется.

Оборачиваюсь к людям, не скрывая извиняющейся улыбка.

— Приношу извинения за доставленные неудобства. Пожалуйста, продолжайте выбирать. Сегодня для всех присутствующих — пятнадцать процентов скидки в качестве компенсации за испорченное настроение.

Рита, придя в себя, кивает мне с безмерным облегчением и начинает общаться с клиентами. Соня смотрит на меня… с восхищением, что ли…

Оказавшись в мастерской, обхватываю себя руками, всхлипываю. Злоба и адреналин бушуют внутри. Она снова перешла черту.

Не теряя ни минуты, набираю адвоката. Встреча, которую я постоянно откладывала, сегодня точно состоится. Развод неизбежен. И да, фотографии с побоями сохранены в нужной папке. Пора с этим покончить. Даже если это повлияет на будущее дочери…

Глава 14

Перед выходом из мастерской включаю ноутбук и за считанные минуты вырезаю фрагмент из записи камер наблюдения. Свекровь входит в магазин — одета в пальто цвета бордо, осанка королевы базара. Вот она размахивает кольцом, вот ее перекошенное лицо крупным планом, и голос, срывающийся на фальцет. Сохраняю файл на флешку и дублирую в облако. На всякий случай. Теперь у меня есть доказательство не только синяка, который оставил на моем лице муж.

Черт бы его побрал…

Так бы хотелось знать, где я совершила ошибку, раз мы докатились до такой степени.

— Я на встречу, — говорю, выходя в зал. Рита и Соня синхронно поднимают головы. — Если кто-то из Тагировых объявится — сразу звоните. Я не шучу.

— Поняла, — кивает Рита. — Ты как сама?

— Я в порядке. Завтра встретимся.

— Всего доброго!

Вру, конечно. Я ни черта не в порядке. Я — сгусток нервов, замотанный в деловой