Чудо для Hot-табыча - Влада Ясная

как это сидит. Партнеры у меня строгие, жена одного из них — бывшая модель. Если ты будешь выглядеть хуже неё, сделка сорвется. Так что давай, не стесняйся. Я профессионально оцениваю.

— Профессионально он оценивает, — бурчу я, но первую модель все же надеваю.

Отдергиваю шторку и выхожу. Раздельный, бирюзовый, с завязками на бедрах. На мне он сидит... ну, неплохо. Но взгляд Тимура заставляет меня почувствовать себя так, будто я вообще голая.

— Сними, — говорит он спокойно.

— Что?

— Сними. Не то.

— А в чем проблема?

— В том, что этот купальник для девочек, а не для женщин. Ты выглядишь в нем как старшеклассница на выпускном. Мне нужно, чтобы ты выглядела как женщина, с которой нельзя не считаться.

Я захожу обратно, вешаю бирюзовый и беру следующий. Цельный, черный, с глубоким декольте и вырезами на талии. Выхожу.

Тимур смотрит. Долго. Очень долго. Его взгляд скользит по моей фигуре, задерживается на вырезах, на груди, на бедрах. В примерочной становится жарко.

— Уже лучше, — говорит он хрипловато. — Но не идеал. Попробуй красный, раздельный.

Я примеряю красный. Он вообще почти ничего не скрывает — одни веревочки и крошечные треугольнички. Выхожу, чувствуя себя откровенно голой.

Тимур медленно поднимается с кресла. Подходит ближе. Останавливается в шаге, разглядывая меня так, что хочется провалиться сквозь землю.

— Повернись, — просит он.

Я поворачиваюсь. Чувствую его взгляд на спине, на ягодицах, на ногах. Воздух между нами искрит.

— Этот, — говорит он тихо. — И еще два таких же, в других цветах. Ты в нем богиня.

Я поворачиваюсь к нему лицом и сталкиваюсь с его глазами. В них — не просто оценка. В них — голод. Тот самый, который я видела в нашу первую встречу, только теперь приправленный чем-то еще. Чем-то, от чего сердце пропускает удар.

— Тимур... — начинаю я.

— Я знаю, — перебивает он. — Мы не должны. Но, Надя... — он проводит пальцем по моему плечу, едва касаясь. — Если бы ты знала, как мне сложно держать себя в руках.

Я сглатываю. Стою перед ним в этом откровенном купальнике, чувствуя, как по коже бегут мурашки от его прикосновения. Хочется сделать шаг навстречу. Хочется отшатнуться. Хочется...

— Одевайся, — говорит он резко и отворачивается. — Нас ждут.

Я захожу в примерочную, трясущимися руками стягиваю красный купальник. Слышу, как он расплачивается на кассе, как продавщицы щебечут, рассыпаясь в комплементах. А сама стою и пытаюсь отдышаться.

Что это было? И почему у меня дрожат колени?

Через полчаса мы уже в машине, едем в аэропорт. Тимур молчит, сосредоточенно глядя на дорогу. Я тоже молчу, но краем глаза за ним наблюдаю. Его руки на руле, его профиль, его запах — всё это заполняет салон, не оставляя места для воздуха.

— Надя, — вдруг говорит он, не поворачивая головы. — То, что произошло в примерочной...

— Ничего не произошло, — быстро отвечаю я.

— Именно, — кивает он. — И я хочу, чтобы так и оставалось. Пока. Потому что если что-то произойдет, я не смогу остановиться. А останавливаться мне нельзя. Ты в опасности. Мы оба в опасности. И пока я не разберусь с одной проблемой...

— С Аланой?

Он резко поворачивается ко мне.

— Откуда ты знаешь?

— Ты писал. «Она вышла на охоту». И потом, я же видела, как ты смотрел на ту девушку в клубе. Виолетту. А потом её не стало. Я не дура, Тимур.

Он молчит долго, очень долго. Потом выдыхает.

— Ты права. Ты не дура. И поэтому ты должна быть особенно осторожна. Алана опасна. Она уже убила одну женщину просто за то, что та была рядом со мной. Если она узнает про тебя...

— Она знает, — перебиваю я. — Ты сам сказал.

— Знает, — соглашается он. — Поэтому пока ты под моей защитой. Но защита не сработает, если я не смогу держать себя в руках. Ты понимаешь?

— Понимаю.

— Вот и хорошо.

Он снова замолкает. А я смотрю в окно на пролетающие мимо пейзажи и думаю: понимаю ли? Понимаю, что этот мужчина опасен. Понимаю, что рядом с ним можно вляпаться в такие истории, что мало не покажется. Понимаю, что он, скорее всего, разобьет мне сердце.

Но почему-то именно сейчас, глядя на его профиль, я чувствую себя в безопасности. Впервые за долгое время.

— Тимур, — говорю тихо.

— М?

— Спасибо, что предупредил. И что... заботишься.

Он усмехается, но усмешка выходит кривая.

— Не за что, Надя. Это меньшее, что я могу сделать. Потому что если с тобой что-то случится...

Он не договаривает. Но я и так слышу.

Впереди — аэропорт, частный самолет, спа-курорт и партнеры. Впереди — несколько дней рядом с ним, когда придется притворяться, что между нами ничего нет. Когда придется улыбаться и делать вид, что этот мужчина для меня просто босс.

Интересно, у меня получится? Или эта поездка станет началом конца — или началом чего-то совсем другого?

В машине играет тихая музыка. Тимур сворачивает к терминалу для частных самолетов. А я сжимаю в руках пакет с купальниками и пытаюсь унять бешеный стук сердца.

Боги, как же с ним сложно. И как же хорошо.

Глава 17

Частный самолет — это даже не самолет, это летающий будуар. Кожаные кресла, стюардесса, которая появляется ровно в тот момент, когда нужно, шампанское в хрустальных бокалах и такие вкусные закуски, что я забываю про свои манеры и уплетаю всё подряд. Тимур сидит напротив, пьет виски и смотрит на меня с той самой усмешкой, от которой внутри всё переворачивается.

— Нравится? — спрашивает он.

— А то, — отвечаю с набитым ртом. И тут же краснею. — То есть да, спасибо. Очень.

— Ты когда-нибудь летала на частных?

— В моей жизни вообще ничего частного не было, — честно признаюсь я. — Квартира и та ипотечная.

Он смеется. По-настоящему, тепло, и от этого смеха у меня сердце пропускает удар.

— Надя, ты удивительный человек. В тебе нет ни капли фальши.

— Это потому что я не умею притворяться, — вздыхаю я. — Это минус, вообще-то. В бизнесе, наверное, с таким плохо.

— В бизнесе — да, — соглашается он. — А в жизни — бесценно.

Я отворачиваюсь к иллюминатору, чтобы он не видел, как я краснею. Облака внизу такие пушистые, что хочется прыгнуть в них. Или это шампанское так действует?

Курорт оказывается еще лучше, чем я могла представить. Огромный спа-комплекс на берегу моря, белые корпуса в колониальном стиле, пальмы, бассейны с бирюзовой водой и запах цветущих магнолий, от которого кружится голова.

— Наш коттедж на берегу, — говорит Тимур, ведя меня через парк. — Там два этажа,