Эскорт для сводных - Бетти Алая

Всё это время я не отнимаю губ от Катюшкиной руки. Сладкий аромат кожи вынуждает вжиматься, нюхать, запоминать. Запах девушки, которая за такое короткое время стала важна. Это что-то нереальное!

— Ой! — вскрикивает сестричка и резко меня отпихивает, — мама...

Оборачиваюсь и вижу, как Лера стоит на балконе виллы, в белом халате и улыбается, глядя на нас с Катей.

— Она уже всё увидела, — целую свою малышку в висок, не спуская взгляда с Леры.

Та вдруг показывает мне большой палец. Легенда готова! И принцем нашей принцессы стану я. Сорян, Влад!

Отвожу сестричку в бунгало, затем возвращаюсь к себе.

Сейчас всё совсем иначе. Моюсь, натягиваю плавки, шорты. Стряхиваю прохладные капельки воды с волос. Смотрю на себя в зеркало. На шее вьется татуировка в виде змеи.

Настя... я для неё это сделал. И лишь потом понял, что эта женщина, словно змея, обвила моё горло и душила, душила. Вытягивала из меня жизнь, вынуждала чувствовать себя ущербом.

Я наивно думал, что тянусь вверх. Но мы изначально стояли на разных ступеньках.

— Сука ты, Настя, — выплевываю в зеркало, — но всё равно. Счастья тебе!

Наверное, в этот момент я окончательно распрощался со своей болью. Потому что теперь меня распирает от другого, более светлого чувства. В груди аж порхает всё.

— Катюш, прости меня, — говорит отец, когда мы сидим на террасе и завтракаем.

Катюшка в голубом сарафанчике, такая милашка! Хочется просунуть свои шаловливые ручонки в ее трусики.

— Я должен был знать...

— Ты не мог знать, — говорит Лера.

— Всё в порядке, — девушка улыбается, — неприятно, конечно, но меня спасли.

— С тобой точно всё в порядке? — не унимает батя.

— Пап, прекрати, — рычит Влад, — если что-то будет не так, Катя поделится с Лерой, ведь так?

— Да, — краснеет девочка, — спасибо вам за заботу, но нет смысла волноваться.

Отец вздыхает.

— Значит, вам нужно улетать? — говорит он, массируя виски пальцами, — так срочно?

— Важный контракт горит, пап, — Влад откидывается на диване.

Как он вообще может себя в руках держать? Рядом с нами такая сексуальная, милая сестричка. Я вот вообще не в состоянии находиться с ней и не касаться, не тискать.

Хочу ласкать Катюшку, доводить её до оргазмов, смущать! Сука... кажется, у меня встал.

— И Катя тоже улетает, — почти стонет батя.

— Ой, ладно тебе! — ржу, — ты наоборот с молодой женой наедине будешь, можно из койки не вылезать.

— КИР! — ревет отец, — имей хоть немного уважения!

— А что? — не понимаю, — вы ж не старые.

Все взрываются громким хохотом. А я незаметно накрываю ладонью коленку сидящей рядом Кати. Она вздрагивает, по шелковистой коже рассыпаются мурашки.

— И что она будет делать дома, одна? — хмурится батя.

— У неё практика, да, доченька? — спрашивает Лера, в её глаза появляется какой-то нехороший хитрый блеск.

— Да, — Катя пытается скрыть за волосами пунцовые щечки.

А внутри меня вместе с сердцем бьется адреналин. Хочу поласкать свою девочку. Забираюсь под её платье, а там...

— Блядь... — ругаюсь себе под нос, утопая в ее горячей узости, — без трусов...

— Что? Не расслышал... — говорит отец.

— Ничего, — стискиваю зубы, размазывая по пальцам сладость своей сестрички.

Девушка подаётся вперед, слегка расставляет ножки. Как же хочется в неё! Блядь! Это ж пиздец! Всё нахер! Погружаю пальцы глубже. Вижу, как малышка стискивает вилку.

Это опасно...

Ласкаю набухший клитор маленькой сестрички.

— И где, напомни? — Лера невозмутимо лопает фруктовый салат.

— В небольшом стартапе, — голос Кати дрожит, — они там... ох...

— Что?

— Ничего! — выпаливает она, а я продолжаю свою ласку.

И меня не остановит даже укор в глазах брата. Он всегда следует правилам. А я не хочу. Совращать сестричку это охуенно возбудительно.

— Слушайте! — отца вдруг осеняет, — а что, если вы возьмете Катю на практику? Сколько сейчас, месяц?

— Да, — лепечет малышка.

— А это идея! — восклицает Лера, — при деле будет и вы сможете присмотреть за ней.

— А мне нравится, — улыбается брат, — думаю, мы найдем место в нашей компании.

— И хорошая отметка будет, а не какие-то «рога и копыта», — ухмыляется Лера, но я знаю, что она думает о другом.

Об этом говорит её до бесячки ехидная ухмылка.

— Я всегда за, — тяну, пытаясь избавиться от навязчивого желания прямо тут усадить девочку на себя и трахнуть.

— Тогда решено, — говорит Влад, — кстати, я заказал билеты. Улетаем сегодня вечером.

Влад

— Блядь, братишка, билеты в эконом?! — канючит брат, когда мы укладываем Катюшкин чемодан в верхний отсек.

С самого утра я не могу перестать на неё смотреть. Просто любоваться тем, как она мило смущается, улыбается, глядит по сторонам своими огромными глазищами с густыми ресницами.

— Куда сядешь? — игнорируя нытье младшего, спрашиваю Катю.

— В центр, — она смущенно кусает губки.

— Хочешь между нами? — угадываю.

— Да.

Мы усаживаемся. Я на крайнее, чтобы сидящие на другом ряду особо не глазели на моего ненасытного братца и Катю. Почему-то внутри меня сидит четкое желание защищать их обоих.

Кир плюхается у окна и тут же тянет сестру на себя.

— Иди ко мне, — рычит, начинает насиловать её губы.

Вздыхаю. Он ненамного младше меня, но аппетиты сексуальные у Кирилла зверские. Я вообще позднего развития. Кир первым лишился невинности, даже раньше меня. Первым встрял в серьезные отношения.

А я...

А что я? Не было пока женщины, способной пустить корни в моей душе и захватить её. Не было до одного благотворительного фуршета. Ведь когда я увидел Катю, сердце встрепенулось и забилось чаще.

— Кир... прекрати... ох... — он уже орудует под её платьицем.

— Хочу в твою киску, — стонет он громче, чем нужно.

Люди начинают поглядывать. Блядь!

— Кир! — рычу на него, — оставь её до того, как прилетим. Имей уважение.

— Ну ты душнила, — он возвращает Катюшку на её место между нами.

Катя очень женственная девочка. Предпочитает юбки брюкам и вообще вся невероятно нежная. Её хочется касаться, защищать, дарить ей тепло и вообще добиться всего в этом мире ради неё.

— Тебе комфортно? — обнимаю девочку.

Сестренка льнет ко мне, чувствую, как бьется её сердце. В унисон с моим.

— Да.

— Ага, в экономе... — продолжает бесить Кир.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — игнорирую брата, касаюсь лба девушки.

Он кажется мне горячим.

— Не заболела?

Она продолжает жаться ко мне. Член немедля реагирует на близость этой красотки. Катя вдруг накрывает мой пах ладошкой.

— Ты всегда такой сдержанный, Влад, — шепчет мне на ухо.

Вокруг снуют стюардессы, задержавшиеся пассажиры, а сводная сестра расстегивает мою ширинку.

— Катя... — хриплю, — не думаю... ох блядь...

Она ловко управилась с