Золушка?! Да! Та самая! - Ли Литвиненко

— А-а-а-а! Так, значит, она тебе и вправду приглянулась? — улыбался во весь рот Верден. — Следовательно, я не ошибся!

— Следовательно, ты почти труп, раз посмел дразнить меня.

— Ну брось, — пошел на примирение Карл. — Ты так вцепился в эту милую мадмуазель, что я просто не удержался, чтоб не дернуть тебя за усы.

— Не приближайся к ней больше, — обиженно приказал принц.

— Хорошо! Отлично! Но, должен сказать, вкус у вас, ваше высочество, прекрасный. Девушка невозможно мила и так прелестно шутит. Я хохотал до слез, когда она предложила подшить мне мой оторванный манжет.

— Почему ты не вернул её мне? — злился Тим, видя, как улыбается незнакомке Римус.

Он был самым высоким в их компании, и сейчас, разговаривая, постоянно наклонялся к лицу девушки.

— Ну ты же видел! Мердок тоже решил познакомиться с прелестницей. Да что он! Все мужчины в зале не позволят ей покинуть комнату, пока незнакомка не потанцует с каждым.

От этих слов ревность полностью затопила сердце принца.

— Верни её мне немедленно! — рявкнул он на друга.

— Конечно! Как только закончится эта полька. Прерывать танец было бы просто кощунством. Смотри, как хороша твоя избранница. Порхает, словно мотылек. Волшебная бабочка… — заворожено сыпал маркиз комплименты, смотря в зал.

Тим хотел схватить его за грудки и сбросить за перила балкона, но слово «твоя» немного успокоило. Здесь действительно не было для него конкурентов, незнакомка все равно будет принадлежать ему, пусть пока и не знает об этом.

Наконец, танец закончился, и Карл бросился навстречу Римусу и Золушке. Он резко, почти грубо, отклонял всех кавалеров, желавших танцевать с таинственной гостьей.

— Её желает видеть принц! — кричал он в зал. — Она покорила его сердце! — объяснял он громко сразу всем гостям.

Недалеко от них стояла старшая сестра Тима, и, конечно, Карл знал, что она все слышит. Сейчас вся царственная семья примется выслеживать эту пару. Карлу это показалось забавным. Такие препятствия только сильней разожгут в Тиме интерес к девушке, поэтому совесть его не мучила.

Два кавалера, с которыми Золушка танцевала, схватили её за руки и повели обратно на балкон. Они словно окружили её кольцом, не девая другим гостям даже заговорить с ней. Это приводить её в смятение, Золушка больше не хотела общаться с принцем. Она хотела вернуться в зал и закружится в «Вальсе весны», который, уже вовсю играл оркестр.

— Он ждет вас, — объяснил поспешность Карл.

— Но я не желаю…

— Тим ждет вас, — уточнил Карл и, увидев, как девушка покраснела еще сильней, незаметно подмигнул Римусу.

— Он хотел вызвать на дуэль каждого, кто лишит его возможности танцевать с вами.

— Это ужасно! — испугалась Золушка.

Тим выглядел серьезным противником, и она надеялась, что маркиз Верден просто так шутит.

— Да, украв вас, я спас половину придворных! — гордо заявил Карл и завел её на балкон.

Римус остался охранять входные двери, которые закрыл за ними. Перед этим он воздел руки к небу, показав принцу, что испытывает к незнакомке высшую степень восхищения. Карл подхватив под локоть Кевина, утащил его куда-то в сад.

И вот принц и Золушка снова остались одни.

— Куда это они? — растерянно спросила Золушка.

Оставаться наедине с мужчиной было неприлично. Прошлый раз, за портьерой, не в счет.

— Я попросил своих друзей оставить нас, — тихо сказал Тим и протянул к ней руку.

— Зачем? — потупила взгляд Золушка.

Этот мужчина словно притягивал её к себе одним лишь взглядом.

— Чтобы никто не мешал нам танцевать. Вы позволите вас пригласить?

— Да, — она согласно протянула к нему руки.

Весенний вальс — что может быть романтичней? Музыка не гремела в этой уединенной нише, она доносилась сюда робко, давая возможность и теплой ночи внести в ее атмосферу свой вклад. Из сада доносились песни соловьев, в кронах деревьев шумел ветер, а где-то на реке квакали лягушки. Красивая пара кружилась в медленном вальсе…

Здесь на свежем воздухе танцевалось легче. Не стеснял ни душный воздух бальной залы, ни пристальные взгляды придворных. Но девушка словно горела на ярком солнце. Левая рука Золушки лежала на плече принца, пальцы приятно холодил темный бархат его камзола. Правая покоилась в его ладони, и от этого прикосновения сердце замирало и уходило куда-то в пятки.

«Что со мной?» — спрашивала себя девушка.

Никогда раньше ни один мужчина не вызывал у неё таких сильных чувств. Кружась с ним в танце, Золушка хотела только одного: навечно продлить это волшебное мгновение и никогда не размыкать их пальцы. Ей казалось, что смотреть в эти темные страстные глаза можно бесконечно. Это не может надоесть.

Рука Тима лежала на её талии, тонкой, словно ствол молодого деревца. Он уверенно вел, кружа Золушку в тесном пространстве. Они двигались так гармонично, словно всю жизнь до этого танцевали вместе. Ему хотелось нарушить приличия и притянуть сияющую незнакомку ближе, но воспитание и боязнь оскорбить незнакомку заставляла сдерживаться и вести себя согласно этикету.

Пара была поглощена друг другом и совсем не замечала, что за ними наблюдают. Со второго этажа, с балкона королевской спальни, расположенной на три окна левее, на них, затаив дыхание, смотрели сам король и шесть его дочерей. Им было тесно на почти декоративном балкончике, и женщины то и дело толкались, силясь разглядеть пару получше. Людвиг IX им очень в этом мешал, стоял первым и своей широкой спиной загораживал весь обзор.

— Ну кто же она? — нетерпеливо спрашивали женщины у отца шепотом.

Они боялись потревожить танцующих и шушукались, словно заговорщики.

— Не знаю… — растеряно отвечал король. — Она не был нам представлена. Я в этом уверен.

— Я согласна с батюшкой, — отвечала Янина. — Это платье я бы не пропустила.

— Оно волшебное! — восхищенно поддержала Юджина.

— Она вся словно само волшебство! — шепотом восхитился король.

И он, и его дочери наблюдали за Тимом с радостью и надеждой — кажется, на этот раз свадьбе быть!

— Вы узнали, кто эта девушка? — обратился король к своему запыхавшемуся секретарю, стоявшему на следующем балкончике и смотревшему на влюбленных в подзорную трубу.

— Никак нет, ваше величество. Этой девушки нет не в одном списке, я абсолютно уверен в этом.

Сэру Алеверу Музье безоговорочно верили — память у секретаря просто феноменальная. Он помнил всех придворных не просто по именам и фамилиям, но также знал все их чины и титулы.

— Но разве это возможно? — расстроился король.

Он собирался немедленно отправиться к родственникам девушки, не дожидаясь окончания бала, и договорится с ними о помолвке. Тогда после последнего танца прямо на рассвете, можно было бы объявить всему королевству