Операция "Ух", или Невеста для Горыныча - Ирина Дмитриевна Субач

Этим знанием я поделилась с попутчиками.

– Тогда все складывается, – радостно огласил Финист. – Все совершенно очевидно. Идем, куда шли! К куриной голове!

– Сам ты куриная голова, – буркнул Вихрь. – А там была избушка.

– И видимо Яга, – продолжил делиться догадками не в меру говорливый Иван. – Видать, она там баньку молодцам топила, ужинами кормила. А там глядишь, может кто и в жены брал. Разок другой…

По лицу Вихря прошла волна гнева. Желваки заиграли, кулаки сжались.

– Ты за кого мою бабку принимаешь? – обманчиво спокойно спросил он у царевича.

– Ни за кого! – встряла я. – Не правильно истолковал Иван! За женой не к бабке твоей ходили, а дальше… – я провела пальцем по тропке к горам, через них и аж до самого замка Горыныча. – Змеюка девиц много веков воровал, вот за ними и ходили. Кто добрался, тот с женой и вернулся. Так что направо нам!

Я уже хотела свернуть карту, но глазастый Елисей что-то заметил.

– Постойте, Премудрейшая, – притормозил меня льстец. – Тут что-то еще есть. Вот, смотрите, еще одна тропка. От места где мы сейчас, да напрямую к горам. Не придется кругами ходить, быстрый путь! Если прямо пойти!

Я пристально вгляделась туда, куда тыкал тонким пальцем Елисей.

На карте и в самом деле, под определенным углом проступала тоненькая вдавленность, будто кто-то провел пунктир, а после стер.

Пунктир вел прямо, в неизвестность, туда где скрывались загадочные буквы “по…ку”, а еще этот путь был явно на день короче, а то и на полтора.

Не пришлось бы огибать огромный круг к избушке, а идти сразу напрямую к горам.

– Я против! – сухо отвесил Вихрь. – Этот маршрут я впервые вижу, а я леса эти, поверьте, с детства знаю. Карта слишком старая, чтобы ей доверять.

– Вот именно! – возвел к небу палец Иван. – Старая, потому и забытая. Небось, все шастали напрямую раньше. А потом забыли, что можно не кругами ходить. Наверняка, все на невест соблазнялись и к Яге топали.

– Можно сэкономить день пути, – поддержал друга Елисей. – Не придется, привалы второпях делать.

– Или сгинуть! – мрачно вставил свое слово Финист. – Вы царевичи удалые, но опыт говорит мне, что Вихрь прав. Лучше идти проверенным путем. Пусть и долгим.

Все уставились на меня, в ожидании решения.

– Доставайте Грибу, – немного подумав, постановила я. – Эта поганка сто лет на поляне росла, наверняка что-то про короткий путь знает.

Вихрь быстро принес котомку и вытряхнул Грибу с колобком прямо на карту. Та была такому бесцеремонию крайне возмущена.

– Свеееет!! – заверешала она. – Мне режет глаза свет!

– Чай не из Румынии, – рявкнула я, хватая ее под ножку, чтобы не ускакала от ответа. На мгновение осмысляя, что никакой Румынии еще и в помине не существует, и существовать еще пару веков не будет. – Соберись, Грибница, нам помощь твоя нужна!

– Ах, помощь, – зарделась поганка, кокетливо закатывая глаза. Ее настроение тотчас стало лучше, но не сильно. – Ну для этого мне нужно выпить чашечку цикория, принять ванну…

Тут же под ней ожил колобок:

– По утрам ванну принимают только аристократы, либо деге…– но договорить я ему не дала.

Тряхнула и его, и Грибу, чтобы не отвлекались.

– Времени нет на ваши игры. Ты нам путеводного колобка испортила, так что помогай. А то далеко не уйдем.

За пару минут я изложила Грибе все, что узнали по карте и по камню, и выжидательно уставилась на нее.

– Соловей-покойник там! – припечатала она и даже немного удивилась. – А вы не знали разве? Я думала, все ведают, что он в горах сидит. Нежить проклятая. Охраняет самый быстрый проход через горы.

– Соловей-покойник? – переспросил Елисей. – Это еще что за напасть?

Я про такого тоже впервые слышала, судя по лицу Финиста и остальных – мы все в этом были солидарны.

– По началу-то он разбойником был, – принялась рассказывать Гриба. – Грабил обозы, да корованы, золото, каменья собирал. А потом зима лютая случилась, да и замерз он. На смерть!

– А что можно не насмерть? – послышался шепоток Ивана.

– Цыц, – рыкнула на него Гриба. – Только в навь он не отправился, тут остался. Как мертвяк, так же проход охраняет, всех кто приближается – взглядом морозит. Поговаривали даже, что деда Карачуна и того в плен взял. Сани у него расписные отобрал, тулуп красный, да тройку лошадей – Вьюгу, Пургу да Метель. Все себе прибрал!

– А откуда ты все это знаешь? – в сомнениях уточнила я.

– Да проскакивали мимо Соловья иногда люди, да на полянке все свой путь заканчивали, – выложила Гриба. – Идут, бахвалятся золотом, да каменьями которые у него умыкнули. А тут и мы – грибы-забияки! Хвать их, да к себе на полянку! Потому что, если добыл богатств – Молчать надо! – Гриба назидательно возвела палец вверх. – Деньги любят тишину!

Несколько мгновения я размышляла, взвешивая все за и против. Сократить путь через Соловья, или идти длинным, но проверенным путем.

Гриба конечно соблазняла, тем, что возможность проскочить была. Но я сомневалась… а рисковать не хотелось.

– Решено, идем к избушке, – постановила я. – В конце концов, нам точно за женой. То бишь за Василисой. Так что, первоначальный план не меняем. Тише едешь, дальше будешь!

Дальнейшие сборы прошли быстро, и вскоре мы продолжили прокладывать путь по заметенной и никому не видимой тропе меж вековых деревьев. По расчетам Вихря до старой избушки Яги было полдня пути, а оттуда еще день до безопасного перехода через горы.

Егерь следовал впереди, за ним я и поравнявшийся со мной Финист. К нему же перекочевала Гриба с клубком-колобком.

В котомке она ехать напрочь отказалась, Вихрь же отказался тащить ее, чтобы не слушать грибной бубнеж.

Замыкали нашу процессию царевичи.

– Вот скажи мне, Финист, – непринужденно завела беседу поганка. – Я всё твою историю про Марьюшку из головы выбросить не могу. А с чего вдруг ты такие требования к кандидатке выдвинул? Эти условия даже на мой грибной прибабахнутый вкус – с прибабахом.