Как вылететь с отбора и не влюбиться - Эва Морей

Несколько секунд тянутся мучительно медленно. Я слышу собственное дыхание, чувствую тяжесть ладони Иары на плече — твёрдую, поддерживающую. Рауль смотрит на нас по очереди. Потом резко отпускает Изольду и делает шаг к Дарио. Тот даже не отступает. Его пальцы сжимаются в кулаки.

— Вы пожалеете об этом, — тихо бросает он, проходя мимо. — И вы тоже, миледи.

— Равиль, — холодно произношу я, — не забудьте поправить галстук.

Он замирает на мгновение, затем оборачивается. В его взгляде ненависть. Но он ничего не отвечает и уходит по коридору. Я выдыхаю, чувствуя, как все тело становится ватным.

— Леди, вы в порядке? — Дарио подходит немного ближе к Изольде, в его голосе звучит тревога.

— Он… он сказал, что если я буду сопротивляться, он… — её голос срывается в рыдания, она практически падает к нему в объятия.

— Всё уже закончилось. Вас никто больше не тронет. — тихо говорит Дарио. Его рука нерешительно опускается ей на макушку.

Я вопросительно смотрю на Иару.

— Дарио нормальный мужик — тихо говорит она, верно понимая мое беспокойство — Не все купцы такие, как этот червяк.

Я киваю. Изольда всё ещё дрожит. Возвращаться в зал ей явно нельзя. Мы находим её личную помощницу и передаём Изольду буквально из рук в руки. Только когда она немного успокаивается, позволяем себе уйти.

Когда мы возвращаемся, музыка всё ещё играет. Смех, звон бокалов, блеск драгоценностей — словно в тёмном коридоре ничего не произошло. За столом Орделла сразу замечает отсутствие Изольды и Рауля. Но лицо её резко меняется, когда на их места садятся Иара и Дарио. Её губы кривятся, стоит ей встретиться взглядом с последним.

— А где господин Вентаро? — спрашивает она с натянутой улыбкой.

— Господин Равиль… простите, Вентаро решил покинуть нас раньше, — отвечаю я ровно — Срочные дела. Кажется, связанные с репутацией.

Орделла сверлит меня взглядом.

— А леди Изольда умчалась по делам вместе с ним? — говорит она с издевкой.

— Вздор. — не выдерживает Иара — Изольда переволновалась, она в своих покоях вместе со служанками.

Орделла поджимает губы и демонстративно отворачивается к соседям за столом, натужно пытаясь завести беседу. Теперь настал мой черед довольно улыбаться: провалились твои хитрые планы, тетка. Я с интересом поворачиваюсь к Дарио.

— Дарио, я вижу вы нашли общий язык с Иарой — улыбаюсь радушно — Она прекрасно разбирается в людях, поэтому вы мне заранее симпатичны. Расскажите, чем занимаетесь.

Дарио улыбается светлой почти детской улыбкой. Его лицо в этот момент преображается. От суровости не остается и следа, теперь он больше напоминает задорного мальчишку с каштановыми вихрами и легкими веснушками на лице.

Он рассказывает о гильдии торговых кораблей, о рейсах через штормовые проливы, о нападениях пиратов, которые ему доводилось отбивать. Иара восторженно называет его воином — только морским. Дарио смущённо смеётся, но не отрицает.

За разговором время летит незаметно. Вечер, который казался пресным и идеально выверенным, наконец становится интересным. Музыка постепенно стихает. Распорядительница отбора поднимается со своего места, призывая нас ко вниманию.

— Уважаемые гости, — её голос разносится по залу. — Сегодняшний приём стал достойной точкой нашего второго испытания. Мы увидели не только блеск и роскошь, но и умение выстраивать союзы.

Мой взгляд невольно находит Кайрена. Он смотрит прямо на меня, в его взгляде я считываю напряжение. Может все-таки удастся вылететь?

— Пришло время объявить имена тех, кто продолжит участие в отборе. — продолжает Ровелла.

Глава 15. О том, что не всякая победа радует

Зал стихает не сразу. Сначала это похоже на медленно затихающий прибой: смех глохнет, разговоры обрываются, бокалы опускаются на столы. Распорядительница отбора стоит в центре зала — прямая и безупречная, как само олицетворение всей этой замшелой традиционалистской церемонии.

— Леди и господа, — торжественно произносит она. — Второе испытание подошло к концу.

Я чувствую, как напрягаются плечи. Рядом Иара почти незаметно скрещивает руки на груди. Часть меня еще надеется на то, что сегодня мой последней вечер в этой резиденции. Хотя я прекрасно понимаю, что надежда тщетна. Слишком хорошо саарины провели время в плясках вокруг костра, еще и все передружились.

— Прежде всего я хочу отметить блестящую организацию вечера леди Сюзанны и леди Летиции.

По залу прокатывается одобрительный гул.

— Их приём для представителей Островного союза стал образцом дипломатического такта и светской безупречности. Всё было выверено: от рассадки до музыкального сопровождения. Гости остались довольны, а договорённости — достигнуты.

Сюзана и Летиция улыбаются с одинаково отрепетированной скромностью.

— Леди Мариэт и леди Иара, — продолжает распорядительница, и внутри меня всё сжимается в тугой узел, — столкнулись с куда более сложной ситуацией.

Я внимательно разглядываю Сюзану, на ее лице застыло самодовольное выражение. Она смотрит прямо на меня. Я отвечаю ей самой идиотской улыбкой, на какую способна. Похоже, она назначила меня своим врагом. А враги в этом месте — роскошь, которую я не могу себе позволить.

— Однако им удалось не только удержать положение, но и повернуть обстоятельства в свою пользу. В политике это называется победой. — Орделла делает небольшую паузу — Союзы строятся не в идеальных условиях. Союзы строятся в кризисе.

Её взгляд задерживается на мне дольше, чем следовало бы. Слишком много внимания моей персоне. И совсем не того сорта, которого я хотела бы.

— И, наконец, леди Марианна и леди Изольда.

В зале становится заметно тише.

— Напоминаю, что это испытание было не только дипломатическим. Оно было проверкой умения прислушиваться к другим, уступать и жертвовать своими амбициями для достижения наилучшего результата.

Марианна выпрямляется, вскидывая подбородок, ее пальцы судорожно сжимают ткань платья.

— К сожалению, их вечер прошёл хуже остальных. — По рядам прокатывается шёпот. — Но дело не только в этом. Леди Марианна отказалась от сотрудничества, действовала единолично и позволила себе пренебрежительное отношение к своей напарнице.

Как удачно, что Изольды нет в зале. Зная её характер, она бы пала духом ещё до конца речи.

— Отбор — это не соревнование в гордыне. Это испытание характера. Поэтому леди Марианна покидает нас сегодня.

По залу проносятся вздохи. То тут, то там начинаются шепотки. Марианна вскакивает так резко, что её стул падает.

— Это абсурд! — её голос дрожит от ярости. — Это несправедливо!

У распорядительницы не дрогнул ни один мускул на лице. Герцог наблюдает за происходящим спокойно. Его лицо — холодное и непроницаемое, нельзя прочитать ни одной эмоции на лице. Я не вижу ни сочувствия, ни раздражения, только ледяное безразличие. Марианна оглядывает зал — словно ищет поддержку… и не находит её. Потом резко разворачивается и буквально вылетает прочь. Двери закрываются