Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1 - Наталья Шевцова

class="p1">Я от такой черной неблагодарности даже глазами захлопала. Он меня что, в чем-то подозревает? Уж не в сговоре ли с бандитами? Как там говорят? Творя добрые дела, не забудь приготовить пути экстренного отступления. Правильно, скажу я вам, говорят.

Короче, я разозлилась. И нашла коса на камень. А что? Мой сон, что хочу, то и делаю! От бандитов ушла — ушла, и от этих, неблагодарных, если надо будет, тоже уйду! И тут же решила — надо!

— Нет, их было трое! — уперлась я рогом. — И ничего я не недоговариваю! Рассказала всё, как было! Не нравится! Приятно было познакомиться! Вернее, неприятно! Чем смогла, помогла! Всё, я пошла!

И хотела было, собственно, пойти. Однако пока я говорила, великан успел рассмотреть меня: и то, как я была одета, поразило его, судя по его следующим фразам, до глубины души. А я еще помнится думала, брать эти джинсы или нет! Меня смущало, что они похожи на камуфляж и я в них буду выглядеть, как новобранец на полевых учениях.

— Прошу прощения, я просто не знал, что среди клинков закона[1] есть женщины. Хотя, учитывая ваши редкие, если не сказать, уникальные, способности, неудивительно, что для вас сделали исключение. — Меня, кстати, Ройс Грейсон зовут. Я мэр Тихой пристани.

Я отлично понимала, что ничего из вышесказанного не было просто запоздалым комплиментом, но спорить с тем, что я — клинок закона с уникальными способностями, не стала. В конце концов, кто мне помешает потом сказать: «Ах, так вот что вы имели в виду! Ах простите! Просто я не местная! И потому подумала, что это был такой оригинальный комплемент!»? Правильно, никто.

— Анна, — кивнув, что, мол, приятно познакомиться, коротко представилась я и подтвердила: — Да, есть!

Вслед за чем, пользуясь тем, что обстоятельства этому благоприятствуют, закрыла тему, напомнив о более насущной.

— А вы так и будете стоять на месте? Или может поможете мне?

— Пока не могу, — покачал головой великан. — Менталист навесил на нас всех сигналки. Сначала нужно с ними разобраться. Иначе, всполошим раньше времени.

К этому моменту я как раз полностью закончила с веревками второго.

— Конрад, ты как? Достаточно в себя пришел, чтобы видеть магические потоки? — поинтересовался Ройс Грейсон у него.

— Нет, — отрицательно покачал тот головой. — В глаза, словно песка насыпали. И голова… по-прежнему, будто в стальных тисках, которые сжимаются при любой попытке сосредоточиться.

— Попробуй глубже вдохнуть, — предложил ему друг. — Делай это медленно, через нос. Не торопись. Почувствуй, как воздух наполняет твои легкие. Представь, что с каждым вдохом ты впускаешь внутрь чистую, свободную энергию, а с каждым выдохом выталкиваешь всё чуждое, что пытается контролировать тебя или ограничивать. И делай это до тех пор, пока не почувствуешь, что тиски ослабевают.

К тому моменту, как я освободила от пут вторую из женщин, Ройс Грейсон наконец разобрался со своими сигналками и, пока я освобождала от веревок девочек, он снимал сигналки с остальных своих спутников.

— Как далеко вы оттащили его в лес? — уточнил он, когда я остановилась рядом с ним, наблюдая за похожими на игру на арфе движениями его рук и пальцев.

Я на миг задумалась. И хотя, видит бог, когда я тащила бандита мне показалось, что я протащила его все двадцать, если не двадцать пять километров, я понимала, что на самом деле эти показатели намного скромнее. Раз так в десять. Эту цифру я и озвучила.

— Думаю, километра на два — два с половиной.

— То есть, минут десять форы у нас есть, — подсчитав что-то в голове, кивнул он и вновь обратился к своему спутнику. — Конрад, ты как, пришел уже в себя?

— Если тебя интересует, смогу ли я вывести нас из лесу? То настолько да, уже пришел, — отозвался тот.

— Отлично, тогда бери женщин и детей и веди. А я пойду от вас на небольшом расстоянии позади, чтобы надежней следы запутать. Эх жаль, сюрпризов оставлять нельзя… — посетовал он. — Я бы с удовольствием! Но, к сожалению, эти же сюрпризы могут наших преследователей к нам и привести. Так что нет, не буду рисковать…

Так как я тоже была женщиной, я позволила Конраду «взять» и повести меня тоже.

Шли мы молча. Точнее, я шла молча. А женщины, девочки и Конрад время от времени о чем-то тихо переговаривались. О чем именно, я не прислушивалась — мне было о чем подумать.

И лейтмотивом моих глубокомысленных дум было сакраментально-философское: «Что дальше?»

«Что делать, — размышляла я, — если я не проснусь? Что делать, если я попаданка? Чушь, конечно... И тем не менее…»

Я машинально шагала вперёд, не глядя на дорогу, не чувствуя, как ветки и листья цепляются за одежду и время от времени хлещут меня то по лицу, то по рукам, то по груди.

«Нет-нет! Это должно быть сном. Вот только слишком уж он долгий… Слишком яркий. Слишком… настоящий?..

Ха! Ничего себя настоящий!

Слишком умный не только для птицы, но и для человека ворон, пентаграммы, бандиты, магия...

Хорошо, не настоящий, — согласилась я сама с собой. — Пусть будет просто необычный. — И тут же сама себе возразила:

— Ха! Ничего себя просто!

Хорошо, — снова согласилась я сама с собой. — Сон странный. И всё что со мной происходит тоже странно! Но ведь происходит же! И я пыталась проснуться, но у меня не получилось!

Возможно, плохо пыталась?

Возможно, — в очередной раз согласилась я сама с собой и… тяжело вздохнула, потому как в глубине души знала: я хорошо пыталась. Я перепробовала все. Или… не все же не все?..

Я повернула голову и посмотрела на Конрада.

Ниже ростом и более округлый, он был где-то того же возраста, что и Ройс Грейсон, чуть за пятьдесят. Его фигура и манера держаться, как и фигура и манера держаться последнего, говорили о том, что он бывший военный, который, правда, уже довольно долгое время наслаждается мирной жизнью.

Правда, в отличие от сурового и мрачного Ройса Грейсона, по крайней мере, на меня он произвёл именно такое впечатление, у Конрада наслаждение жизнью было написано у него на лице. Открытая, добродушная улыбка и глаза — тёплые, карие, с мелкими лучиками морщинок вокруг — «выдавали» человека светлого, с добрым сердцем. Его взгляд излучал ту редкую лёгкость, которую не изобразишь и не сыграешь — она либо есть, либо её нет.

Да, да, я знаю, что вы подумали. Что я тот еще чтец душ! Но, поймите меня правильно, мне нужно было кому-то довериться, а он шел ко мне