Терновая Корона - Виктория Олейник

Отерев уголок рта ногтем, он прищурился.

— Разденьте ее.

Зимний король прогулялся передо мной, как дикий хищник, пожирающий добычу голодными горящими глазами. Ничего в нем больше не было человеческого или даже демонического. Он напоминал раздутую от яда змею, а на меня смотрел, как на заманчивый плод.

Я дернулась, когда один из сопровождающих потянулся ко мне, но этим лишь угодила в руки тех типов, которые находились сзади. С моих губ сорвался рык, но это мало помогло, когда бородач, ухмыляясь, поддел мою блузку кинжалом и провел им вверх, разрезая ткань.

И лифчик тоже. Застежка щелкнула; я ощутила, как освободилась грудь. Зарель вскинул руку, не позволив бородачу убрать остатки одежды. Он сделал ко мне шаг. Подойдя склонился ко мне так, что пришлось отвернуть голову, чтобы избежать его губ.

Но это не смутило зимнего короля. Он хищно втянул мой запах. Его рука коснулась моего живота, поползла выше...

— Я же говорил, что получу тебя... — Его ладонь беспрепятственно скользнула под мой растерзанный лифчик, ткань послушно сместилась, обнажая мою грудь и позволяя зимнему королю обхватить полукружие ладонью. Рядом гоготнул мой конвоир, его дыхание участилось.

Зарель… не делал мне больно, скорее, ласкал в своей излюбленной манере. Его пальцы перекатили горошинку соска, и я сцепила зубы... Я вытерплю... все вытерплю...

— Когда я встретил тебя впервые, ты была маленьким воробушком. Но я всегда знал, что ты вырастешь сочным плодом... И пусть его сорвал не я, но я буду тем, кто будет срывать его с особенным смаком снова и снова. Обещаю, мой милый воробушек, я доведу тебя до исступленных криков. Я выбью из твоей головки этого тернового ублюдка. И когда ты начнешь в экстазе кричать мое имя, я, возможно, дам тебе выдохнуть...

Он одним рывком содрал с меня остатки блузки и развернулся, взмахнув рукой.

— А теперь оставьте нас! Я позову, когда с ней наиграюсь!

— Но я тоже хочу с ней поиграться! — Бородач крепче сжал мои локти. Его похоть перехлестывала через край, заставляя меня стискивать зубы от отвращения. Рядом согласно поддакнули другие стражники, заткнувшиеся разом, когда Зарель обернулся.

— Поиграть с ней, значит, хотите?

— Вы обещали! — громко отрезал бородач. — Я полгода мечтал, как ворвусь в ее сладкую киску! Мы все мечтали!

— Все-е... - медленно протянул Зарель, его губы дрогнули в оскале.

Но демоны будто разум потеряли. Наперебой они начали расписывать, в каких позах будут иметь «терновую шлюху». Куда вставят и сколько раз. Они далеко зашли, не замечая, как глаза Зареля наливаются кровью, а в воздухе все ощутимей пахнет металлом.

Наконец, Зарель зловеще рассмеялся и вихрем промчался по залу. Погрузив руку в тело бородача, он закрыл глаза, будто получал удовольствие от чужой смерти. Снежная поземка взметнулась по помещению, она закружилась, вторя хрипам конвоиров.

Получив относительную свободу, я обхватила себя руками и прижалась к стене, расширенными глазами наблюдая, как падают замертво опустошенные демоны и разлетаются прахом... как бородач — размерами в несколько раз превышающий самого Зареля! — сипит и задыхается. Как теряет краски, как выцветает, а Зарель, напротив, напитывается энергией. Наливается чужой жизнью и магией, буквально поглощает своего подданного.

У меня перехватило дыхание. Я слышала, что Зарель совсем съехал с катушек. Его магия, способная украсть, отнять чужую жизнь, чтобы на ней проросла гнилая поросль, напрягала. Это... Уровень высшего. Зарель перестал быть обычным демоном, как и просто демоническим королем. Это уровень высшего демона, но даже Леодар никогда так не поступал со своими врагами!

— Вот я и выполнил твое желание. Теперь ты часть меня. Ты поиграешь с ней, будучи моей частью…

По его губам скользнула усмешка. Позволив мумии, оставшейся после бородача, упасть и разлететься в пыль, он с любовью осмотрел меня, изучая, как произведение искусства. Его глаза сузились, наконец, он махнул рукой, и по его приказу ко мне подлетела девушка.

Она засуетилась рядом, наряжая меня, как куклу, в черную летящую тряпку. Оглушенная смертями демонов, я тяжело дышала и не сводила глаз с Зареля, тогда как он повел рукой, предлагая мне сесть за стол, возникнувший по велению его магии.

- А теперь уважь меня, невеста. Пришла пора поговорить…

25

Поговорить! Я судорожно вдохнула, ничего не понимая, и обхватила себя руками. Пусть до сих пор и не дошло до угроз воплотить мерзкий сон в релаьность, но было ощущение, что меня облили грязью и облапали. Никогда не любила зимний клан, он ужасен. Я неоднократно слышала от них, что смертные и другие демоны движимы лишь инстинктами...

Но пока что инстинктами управлялись в первую очередь сами зимние демоны. Они насиловали смертных женщин и вырезали целые деревни, чтобы насытиться кровью.

Если другие существа и были движимы инстинктами, то у зимних демонов внутри таилась лишь самая кровавая, самая жестокая тьма. Они были злом воплоти, и по их венам текла лишь ненависть. Нет ничего и никого, кого я бы считала более низкими, чем они.

Возможно, это связано с моим прошлым. Я была совсем малюткой, когда Зарель вырвал сердце моего отца. Он наслаждался этим и упивался... и только что я снова увидела, какое удовольствие ему доставляет чужая смерть.

Я содрогнулась в отвращении. Но я была без особой поддержки в данный момент. Связана чужой волей. И мне нужно было время, чтобы выгадать момент для последнего удара и оценить новые риски. Я сделала шаг, но не опустилась на стул, выдвинувшийся сам по себе.

— Итак, — Зарель скользнул по мне взглядом, и его губы искривились в злой усмешке. — Ты ведь понимаешь, что уже в моих руках.

— Я не боюсь тебя.

— Разве я жду от тебя страха? — Зарель невозмутимо откинулся на спинку и презрительно усмехнулся. — Все, что мне от тебя нужно, это чтобы ты расставляла для меня свои ноги и лежала смирно, пока я тебя трахаю, а потом покорно рожала моих отпрысков. Не так уж сложно, разве нет?

— То есть ты хочешь рабыню, Зарель, — едко отрезала я, не желая играть в эти игры. Зарель дернул подбородком, кривя свои поганые губы.

— Я только что нарисовал тебе хороший расклад. В нем я всего лишь буду тебя трахать, столько раз, скольком мне захочется, и заметь, обещаю доводить тебя до пика, а потом забирать твоих птенцов, все чинно и с пользой для тебя.

— Катись в ад!

— Я