Всё начинается с нуля - Ания Сказ

магии человеком. А мы помогаем как можем. Зейна вот спец по всяким настойкам и отварам. Выуживает то тут, то там крупицы эльфийских знаний и стряпает своё. В жару, на её авторских отварах от жажды и бессонницы, весь замок держится.

Шарин придвинула к себе принесённую из башни книжку и водя пальцем по строчкам принялась сверяться с бирками на флаконах.

— И как успехи на поприще приручения? — заинтересовано спросил я.

— Пока что не очень. Если ты не ибат, у которого в предках затерялся кто-то с эльфийской кровью, и не способен от рождения укрощать энергетические потоки, магия не слушается и не отзывается. А если и задерживается в организме, то сжигает человека как свечку за два часа.

— Вы это знаете не понаслышке, да? — я хмуро сдвинул брови. От таких новостей становилось сильно не по себе.

— Несколько лет назад погибли два добровольца, — нехотя рассказала Шарин, оторвавшись от созерцания бирок.

— И опыты не прекратили? — не поверил своим ушам я.

— Это секретный проект государственной важности. Отец ни за что не позволит его закрыть, — Шарин тяжело вздохнула. — Он одержим идеей с помощью магии поднять людей на новый уровень эволюции. Либо через браки с эльфами, либо так. Через опыты.

Она вдруг погрустнела.

— Я вот тоже должна была стать кем-то вроде подопытного, выйдя замуж за эльфийского принца и нарожав волшебных детишек на радость миру.

Звучало всё это премерзко. Сразу вспомнился портрет наследного аманиэля Иллу-Валиона. Холодного и неприятно надменного. Сердце понимающе и даже сочувственно сжалось. Всё-таки договорные браки, должны остаться пережитком прошлого. Никто не достоин подобной участи. Ни первая сеньора Златавира, ни последний нищий тёмного Нолгора.

— Сам Гораций, я так понимаю, ибат? — иронично произнёс я.

— Бывший, — выдохнула Шарин. — Отказался лечить людей в пользу науки. И это хорошо. Обычный человек давно свихнулся бы.

Подытожила она и в очередной раз сверившись с принесённой книжкой отставила на стол три флакончика.

— Отто, ты слышал что-нибудь про ритуал просветления эфира? — тихо обратилась она ко мне. На что я отрицательно помотал головой.

— Не помню.

— Ну разумеется. Глупо было спрашивать, — пробормотала Шарин и указала на единственное в комнате жёсткое кресло. — Сядь сюда.

Я подчинился без лишних вопросов.

Шарин тем временем продолжала вещать, строго по книге отмеряя длинной пипеткой жидкости из пузырьков.

— За счёт эмоциональной встряски этот ритуал очищает сознание от ментального мусора, позволяя поднять и воскресить из глубин памяти те или иные важные события и мысли. Он безопасен и очень популярен среди эльфов, которые, к слову, живут гораздо дольше людей и им просто необходимо периодически освежать голову. Так что бояться совершенно нечего.

Шарин поднесла к моему лицу пипетку с прозрачной жидкостью внутри.

— Открой рот, это всего лишь тонизирующая настойка женьшеня.

— Дерзайте, ваше высочество, хуже всё равно уже не будет, — мрачно пошутил я, послушно глотая капли, а затем произнёс, морщась от горечи, окутавшей язык. — Про возраст клевета. У нас всегда хорошая память.

Покосившись на меня, Шарин молча вынула пробку из второго флакона и нырнула туда пипеткой. На моё заявление она никак не отреагировала. Да я и сам понимал, насколько абсурдно оно звучало в сложившейся ситуации.

— Кровь птицы ирбис. Редкая зверюшка. Всегда мечтала увидеть своими глазами. Но она водится только в заповедных лесах Ренкхое. Но туда остроухие людей совсем не пускают, — Шарин закончила мысль и осеклась, бросив на меня виноватый взгляд. Я старался побороть отвращение к вкусу крови, прочно засевшему в носу, и сделал вид, что не заметил пренебрежительного высказывания.

— И наконец частица энергии Майделин, — с почти священным трепетом выдохнула Шарин. — Ментально-астральной магии.

Яркий белый шарик растаял на моём языке, оставляя холодок и жгучее послевкусие. Я тут же почувствовал лёгкую дрожь, зародившуюся в затылке и медленно стекавшую вниз по телу.

Принцесса тем временем подошла к комоду и выудила из верхнего ящика тонкую иглу, опасно блестевшую в синеватой полутьме кабинета.

— Теперь дай палец, — резко скомандовала она.

Я инстинктивно вжался в жёсткую спинку кресла, обтянутую коричневым дерматином. Недоверчиво косясь на орудие пыток в её руках.

— Только не говори, что тебя придётся уговаривать, — Шарин возвела глаза к потолку. — Нужна всего лишь капля, чтобы установить связь с хрустальными кристаллами, пока ты не ушёл в подсознание.

— Не сводя с принцессы настороженного взгляда, я медленно вытянул руку. Проколов мизинец, Шарин ловко, один за другим обмазала моей кровью каждый из кристаллов, образующих полукруг на столе передо мной.

— Они послужат проводниками и помогут концентрировать потоки магии внутри тебя, — она ещё раз хмуро сверилась с книжкой, распластанной на столе. Кивнула. Подняла на меня яркие, как весеннее небо глаза и строго произнесла:

— А теперь, Отто, сосредоточься и попробуй нащупать магию. В книге написано, что ты должен почувствовать зарождающуюся энергию в солнечном сплетении.

Шарин взволнованно подалась вперёд, нервно облизнув пересохшие губы.

Я невольно повторил за ней этот жест.

— Призови свой внутренний источник, подумай о нём, представь, как он мог бы выглядеть. Каблучки простучали по полу, а сзади мне на плечи легли две прохладные ладошки.

Повинуясь тихому, вкрадчивому голосу принцессы, я медленно прикрыл глаза и словно нырнул с головой в ледяную воду. Воздух моментально выбило из лёгких, Шарин объясняла что-то ещё, но её слова доносились будто через вату. С трудом находясь на краешке сознания, сквозь ресницы я наблюдал, как один за другим загораются белым светом хрустальные кристаллы, как от моих пальцев паутинками тянутся и возникают между ними тонкие связующие нити. Искать и призывать источник не пришлось. Я практически сразу почувствовал, как неведомая доселе сила вращается и гудит во мне, грозя вырваться наружу.

А дальше комната поплыла, и перед глазами с нечеловеческой скоростью замелькали картинки. Большинство из них выглядело как размытое пятно, не давая шанса разглядеть сюжет. Но некоторые были чёткими и яркими. Например, комната со множеством игрушек, где я не мог отыскать единственного действительно любимого зелёного зайца в мелкий белый цветочек, бледная измождённая женщина на кровати, с большим родимым пятном на шее, явно сгорающая от лихорадки, тёмный чулан, испорченные подушки и туфли на полу, драка возле мозаичного фонтана и другие мелкие потрясения.

Гул голосов и звуков, сопровождавших видения, нарастал, сливался в общий поток, отдаваясь тупой болью в затылке. Мне хотелось затормозить, дать себе время на осмысление увиденного. Но магия не ждала. Птица в клетке, горные склоны, обнажённая женская спина, дуэль, разорванные чертежи и торжественный зал. Яркий свет бьёт в окна. Полоска становится больше. Ширится и растёт, заполняя собой всё пространство. Хочется спрятать горящие