Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки. - Элен Скор

Заметив, что я пришла в себя, Иван совсем по-стариковски принялся ворчать:

- Светлова, ты чем думала? Ты зачем в него столько магии вбухала? А я если бы я не пришёл, кто бы тебя стал откачивать?

- У меня это есть, - я полезла за пазуху, вытащив кулон с небесным камнем.

Глаза у Ивана округлились, он воровато оглянулся, словно боясь, что нас кто-то увидит.

- Спрячь и никому не показывать. За такую вещь могут и убить! И скажи, Светлова, почему имея накопитель, ты им не воспользовалась?

Действительно, почему?

Только сейчас до меня дошло, что я просто не знаю, как это делать.

Глава 13

Иван поддерживает меня под локоть, мы крадёмся по коридору, словно партизаны. Если попадёмся на глаза кому-то из коллег, расспросов не оберёшься, все же видок у меня такой, что краше в гроб кладут, бледная, словно нежить.

Повезло, что бригада Ольги ещё не вернулась из инфекционного блока, а наши сегодня работают на приеме в городской больнице.

И ещё раз повезло, что именно сейчас Татьяна Сергеевна отправила Ивана за каким-то лекарством. У Никольской больницы снабжение в разы хуже, чем в госпитале. И хотя так делать не положено, но целители время от времени использовали запасы госпиталя на благо горожан.

Что натолкнуло Ивана пройтись по палатам, он промолчал. А ведь обычно их с Яковом лишний шаг не заставишь сделать. Тем не менее, он меня буквально спас от магического истощения. А ведь Татьяна Сергеевна не раз предупреждала, что с резервом нужно быть осторожнее.

А я, можно сказать, почувствовала себя всесильной, вот и поплатилась! Магия это не только большие возможности, но и большая ответственность. Я ведь отлично об этом знаю! Неужто, молодое тело так на меня действует, когда эмоции бегут впереди разума?

Тем не менее, до столовой мы добрались никем не замеченными, гуляющие по коридору больные не в счет. Усадив меня за стол, Иван наложил в тарелку каши, побольше, с горкой. Сунул мне в руку кусок хлеба и велел:

- Ешь!

Я накинулась на еду. С каждой минутой мне становилось всё лучше, слабость отступала. Иван сел напротив, серые глаза смотрели настороженно, словно он опасался, что я тут же грохнусь в обморок.

- Мне уже лучше. Тебя, наверное, Татьяна Сергеевна ждёт.

- До сестринской дойдешь? – спросил он.

- Да что мне сделается, - улыбнулась я.

- Ты бы на сегодня с лечением прекращала. Посиди, книжку почитай.

Книжку? А ведь действительно, Яков постоянно читает какой-то медицинский справочник, может и я найду там что полезное.

- Иди, иди, ничего со мной не случиться.

Иван встал, дошёл до дверей, остановился, обернувшись.

- Ваня, - сказала я, поддавшись моменту, - спасибо!

Он коротко кивнул и вышел.

Доев кашу, я налила себе ещё стакан компота. Пила медленно, смакуя каждый глоток. Когда почувствовала, что могу твердо стоять на ногах, отправилась в сестринскую.

Отыскала на полке книгу Якова, она оказалась действительно интересной. В ней описывались методы совмещения магического лечения с традиционным. Парень хотел стать целителем и серьезно готовился.

Зачитавшись, я не заметила как пролетело время. Вернулись наши с больницы, а потом наступило время пересменки и все засобирались домой.

Ольга выглядела усталой, но при этом эмоции у нее зашкаливали. Подруга с удовольствием делилась со мной новостями, рассказывала, как прошел день. В разговоре то и дело мелькало имя Ильи Ивановича. У меня мелькнула мысль, что старший целитель стал для нее авторитетом, заменив отца.

Я не придала этому особого значения, лишь порадовалась, что Ольге есть у кого набраться опыта. У нас вон в бригаде все намного сложнее.

По дороге домой я то и дело перекладывала ридикюль из руки в руку. И чего он такой тяжелый? Не сразу вспомнила, что помимо глиняного горшка, который я прихватила утром и протаскала зазря, там ещё лежат пирожки, которые мне вручила матушка Николая и сверток из ресторана его друга. Интересно, что там?

Впрочем, неважно, главное, что мы сегодня с ужином!

Следующие дни были спокойнее.

Запланированная выписка прошла вполне буднично, выздоровевшие солдаты получили на руки документы и отправились в краткосрочный отпуск, а потом снова на службу.

На их место привезли других раненных. Прямо с поезда сгружали на телеги и потом переносили на заранее подготовленные кровати. Мы распределяли их по тяжести ранения, проводили диагностику, сверяясь с медицинскими картами. После случая с Николаем, это для меня стало правилом номер один.

Его, кстати, перевели в обычную палату, родители и друзья навещают каждый день. Степан делал попытки за мной ухаживать, приглашал в родительский ресторан, но я пока отнекивалась, ссылаясь на работу.

В один из таких визитов удалось познакомить друзей Николая с Ольгой, она очень понравилась хамоватому Фролу. Но вот подруга отнеслась к нему с некоторой прохладой, что его только подзадорило. Теперь парни провожали нас до дома.

А когда стало известно, что Николая выпишут в день, когда у нас намечается первый выходной, парни решили, что это нужно отметить. Родители Николая были того же мнения, решив устроить ужин в честь выздоровления сына и заодно окончания учебного года.

Николаше всё же удалось скрыть от маменьки то, что он с друзьями прибыл в Никольск намного раньше и уже успел прилично отметиться. Зато сейчас он мастерски исполнял роль послушного сына.

Уж не знаю, была ли это благодарность старших Черкасовых или их уговорил Николай, но за день до выписки Вера Даниловна вручила мне небольшую карточку с приглашением на два лица. Форма одежды – вечерняя.

Ольга восприняла приглашение с большим энтузиазмом и сразу же принялась перетрясать свои наряды, которых у нас с собой было не так уж много.

Меня же намного больше выхода в свет волновали более приземлённые вещи: приобретение продуктов и вещей первой необходимости, коих у меня накопился целый большой список.

Поэтому, наш первый выходной начался с посещения рынка и скобяной лавки. Сопровождали нас Санек с братом, работая одновременно носильщиками и охраной.

Рынок встретил толкотней и шумным гомоном, продавцы нахваливали свой товар, кто-то самозабвенно торговался, кто-то переругивался. Рынок – это отдельная жизнь, текущая по своим законам и мы с ходу окунулись в неё, пробуя квашеную капусту из большой дубовой бочки, заедая её тонко нарезанными ломтиками молодого козьего сыра.

Зачерпывали ложкой нежный, тающий на языке творог, пробовали прошлогодний, уже порядком загустевший мед. Выбирали куски сала, чуть