Главное не влюбиться - Татьяна Катаева

— Потому что у меня тренировка с Тарасом и тренером. Не забывай, я готовлюсь к чемпионату страны.

— У меня завтра игра, я не смогу.

— Без проблем. Значит, послезавтра будет двойная тренировка.

— Ок, — отвечаю и наконец-то покидаю стены этого грёбаного зала.

Когда завожу мотор, сразу же давлю на газ. Ни минуты лишней не хочу тут находиться. Какого хрена я на неё так реагирую? Ответ, как всегда, прост. Недостаток секса в личной жизни дурно влияет на поведение даже таких парней, как я. Которые прошли армию, жили без секса месяцами. Какой секс? Иногда сил не хватало, чтобы даже подрочить. Так что сейчас молодой организм требует элементарного траха. Часто и много. И это надо сейчас же исправить.

Я звоню Сане, в надежде, что он поддержит затею бухича и траха. Но наш герой слишком увлёкся новой жертвой. Он уже вовсю строит план соблазнения Евы Высотниковой — сестры своего врага. Я, конечно, не святой, но считаю этот метод неправильным. Вот только достучаться до друга не могу. Он словно переключил свой тумблер и запрограммировался на месть. Ни доводов, ни разумных объяснений не слышит.

Назару не набираю — не хочу. Он последнее время безумно раздражает. Все уши мне прожужжал о Снежке. Тем более ему перед игрой желательно не пить. Он потом теряет ориентацию и тянет команду ко дну. Набираю Гордиенко. У него пока нет соревнований, может позволить затусить с другом.

Марк согласился почти сразу.

— Где? — коротко спросил он.

— Давай в Пульс махнем, — поворачивая в сторону дома, говорю я.

— Через два часа встретимся там, — сообщает он и отключается. Голос у него подавлен и раздражён. Кажись, кто-то тоже успел вынести ему мозг. Даже знаю кто. Алёхина проехалась по нему катком в очередной раз. Эти двое с ума сходят друг по другу, но ни за что не признаются.

Клуб встречает меня гулом. Басами. Давлением на виски. Здесь всегда легче дышать — потому что громко. Потому что не слышно собственных мыслей. Тех самых запретных мыслей, которые последнее время меня безумно пугают и раздражают.

Поначалу мы с другом делаем вид, что всё хорошо. Шутим, пьём и пытаемся отвлечься. А потом, словно тумблер выключается и мы погружаемся каждый в свой мрак.

Молчим. Кажется, даже посторонние звуки исчезли. Музыка притихла, оставляя один на один с мыслями.

Сидим, как два придурка, которые пришли «оторваться», а вместо этого тонут каждый в своём болоте.

Гордиенко вертит стакан. Я давлю в себе раздражение. Компания из нас — дерьмо. Не разговариваем. Не смеёмся больше. Даже на телок не пялимся толком.

И меня это жутко раздражает. Меня бесит, что я здесь — а в голове она.

Как заевшая пластинка, которую зажевало на одной и той же песне. Как чёртов вирус, который поразил все органы. А ты... а ты не пытаешься вылечиться. Пьёшь сироп, потому что он вкусный. А надо антибиотик. Чтобы раз и навсегда избавиться от вируса.

Потому что её голос — противный, сладкий, раздражающий. Её движения — липкие, вязкие, забираются под кожу.

Я делаю глоток. Потом ещё. Алкоголь не помогает думать. Не помогает расслабиться. Но я убеждаю себя и повторяю, что просто ещё не та доза. Вот сейчас с кем-то познакомимся и забудем двух подруг, которые вынесли нам с другом мозги.

Что я там только что думал?! Забудем?

Если это так, тогда какого хрена я сейчас на танцполе вижу танцы двух неадекватных подруг?

Сначала думаю — глюк. Мозг просто решил добить меня окончательно.

Но нет.

Ксюша.

Чёрт возьми, конечно, это она.

И Аня рядом.

Они на танцполе. Свет падает на её лицо, играет на коже. Она двигается так, будто насмехается над всем миром. И в первую очередь надо мной. Её тело... оно словно сливается с музыкой. Движется в такт... нет, не движется. Порхает. В штанах становится тесно. Ну нет... это моё проклятие?

И надо же было именно сейчас им появиться тут. А может, они намеренно приехали в тот же клуб. Хотя... откуда б им знать, где мы. Ни я, ни Марк ничего не публикуем в соцсетях. И если это совпадение, то у судьбы странное чувство юмора. Человеку, который хочет завязать с наркотой, подсовывает эту дрянь прямо под нос.

— Ты это тоже видишь? — хрипит Марк. Вижу, как он сжимает ладошки в кулаки. Стандартная его поза, когда он видит Алёхину.

— К сожалению, — тянусь за сигаретой и подкуриваю быстро. Не пить и не курить перед игрой... план провален. А завтра такой ответственный матч.

Ещё какое-то время мы тупо сидим на месте и наблюдаем за ними. Такое чувство, что ждём чего-то. Ну или кого-то. А что более точно — мы ждём, пока они что-то начнут вытворять. И этот момент наступает...

Мы оба выпрямляемся резко. Как по команде. Тело собирается мгновенно. Инстинкты — на максимум.

Они явно под градусом. В принципе, обычное состояние для клуба. Не в мясо, что тоже неплохо. Но уже достойно расслабленные. Потому что слишком смелые. Слишком красивые.

Они как будто притягивают к себе взгляды других парней. Словно их жопы притягивают проблемы.

И как по щелчку, к Ане какой-то урод подваливает. Типичная крыса. Улыбается. Что-то ей в ухо льёт. Лапы свои тянет. Я даже не замечаю, как Марк срывается с места.

Быстро. Жёстко.

Я знаю этот шаг. Когда он злой. Когда терпение — в ноль. Интересно, он сейчас больше злится на Аню или на мудака этого? Кто отгребать будет?

Парень что-то бормочет Марку, ехидно улыбается, со всех сил пытается выглядеть «крутым». Но Гордиенко таким не запугать. Марк что-то шепчет ему в ухо, и парень быстро исчезает. Растворяется в толпе танцующих, как будто его и не было.

И вот они уже с Аней танцуют. Играет быстрая песня, но им хоть бы что. Прижимаются друг к другу и танцуют.

Горячо. Дико. Чёрт возьми, живо.

Аня смеётся, запрокидывает голову назад. Глаза горят. Марк касается её шеи губами. Прикусывает, поднимается вверх по коже и впивается в губы. Такое чувство, что мир вокруг них исчезает.

И вот тут меня накрывает. Какой-то неизвестной до этого ревностью. Завистью что ли. Не понимаю, на самом деле, до конца своих чувств.

Я перевожу взгляд на неё.

На Снежку. На мою сводную сестру. На девушку,