Главное не влюбиться - Татьяна Катаева

— Нет…

— Да, — отрезает.

И прежде чем я понимаю, что происходит, Кирилл одним чётким движением подхватывает меня на руки. Просто берёт. Поднимает. Прижимает к себе.

— Кирииилл… — тяну я в полувозмущённом, полуразбитом состоянии. Хотя мне чертовски нравится чувствовать его тело. Вдыхать аромат.

— Тихо. Поехали домой. А то ты снова найдёшь приключения на свою пятую точку. А у меня завтра игра.

Он выносит меня из клуба так, будто я его личная собственность. Марк бросает быстрый взгляд, кивает — но не вмешивается. Аня машет мне рукой, смеётся, явно думая, что я близка к выигрышу своего спора.

Свежий воздух ударяет в голову, и я чувствую, как от его близости внутри всё плавится.

Мы садимся в его машину. Он усаживает меня рядом, пристёгивает ремень, его пальцы скользят по моему бедру — случайно, но достаточно, чтобы у меня перехватило дыхание.

Кирилл смотрит вперёд. Челюсть сжата. Пальцы побелели от напряжения.

А мне хочется… Повернуть его лицо к себе. И посмотреть, что горит у него внутри на самом деле.

Но я молчу, и он тоже. И пусть в салоне тихо играет музыка, напряжение чувствуется даже в воздухе.

— Кир...

— Просто молчи, Снеж. Не надо. Мы сейчас приедем домой и ляжем спать. У тебя тренировка завтра, у меня игра. Я тоже выпил больше положенного, поэтому не отвлекай меня от дороги.

Он, конечно же, ищет повод, чтобы не говорить со мной. Ну и ладно, не сильно и хотелось.

Когда машина паркуется во дворе, я замечаю, что дома свет не горит. И вспоминаю, что родители улетели на два дня в Париж. Опа, так мы одни дома с ним. М-м-м, это очень даже хорошо. Потому что я кое-что задумала.

Глава 19. Ксюша

Мы разбегаемся по комнатам, словно боимся задержаться друг возле друга на одну минуту дольше. Словно если мы остановимся и соприкоснемся, то неминуемо взорвёмся. И если я этого желаю, то Кирилл... Не знаю. Мне кажется, когда он смотрит на меня, я вижу в его глазах похоть. Но стоит ему открыть рот, и с него каждый раз льётся какая-то дичь. Словно он намеренно хочет меня задеть.

Я захожу в комнату и, прикрыв за собой дверь, вжимаюсь в неё спиной. Дыхание моё сбивается, и на теле выступают мурашки. Верчу в стороны головой и пытаюсь прогнать мысли, которые так усердно стучат в моей голове. И я же понимаю, что соблазнить Кирилла — дело не лёгкое, но всё равно этого хочу.

Почему?

Спор? — вроде как логично.

Похоть и возбуждение? — вроде тоже.

Любовь? — ну не. Понимаю, что меня влечёт в нём, это упругая задница, красивая мордашка и сексуальное тело. И член, который я видела, но не касалась. И мне хочется этого. Безумно. Такое чувство, что я сейчас на Виагре. Девственница, а веду себя как опытная. Что ж, вот бы ещё и действовать так же активно и не трусить, когда к нему пойду.

Отхожу от двери и снимаю все свои вещи. Схватив полотенце, иду в ванную комнату. Надо освежиться. Да и не только телу — мыслям тоже. Вот только чем дольше я стою под водой, тем сильнее моё желание.

Горячая вода стекает по спине, как будто пытается смыть с меня всё: клуб, запах Кирилла на моей коже, его руки на моей талии, его дыхание у шеи, его взгляд — этот прожигающий, жадный, который сильнее любой температуры.

Но ни черта не смывает.

Я стою под душем, уткнувшись ладонями в плитку, и слышу собственное дыхание — резкое, рваное, будто я только что пробежала марафон. Волосы тяжело прилипают к плечам, вода течёт по груди, по животу, ниже… прямо туда, где этот узел.

Тугой.

Ноющий.

Неотвязный.

— К чёрту, — шепчу я самой себе, но мысли не слушаются.

То тянут в правильную сторону: Успокойся, Ксюша. Забудь. Это неправильно. Это запрет. Это сводный брат.

То резко срываются в ту, запретную сторону, от которой у меня подкашиваются ноги: Его руки на мне. Его губы. Его тело, прижатое к моему в клубе. И то, как он смотрел… будто хотел по-настоящему.

И я не знаю, что сводит меня сильнее — то, что он хочет меня… или то, что он делает вид, будто нет.

Потому что если Кириллу что-то нужно — он берёт. Он не ходит вокруг да около. И пусть он считает себя правильным мальчиком... всё равно он потребитель. Но это касается не меня. Мной он только руководит и наказывает. Он любит, чтобы я его слушалась и подчинялась. Интересно, в постели он тоже любит послушных девочек? Или же страстных и диких?! Как я.

И это, чёрт возьми, заводит меня ещё сильнее. Стоит отпустить мысли — так мы уже с Кириллом в горизонтальном положении.

Вода перестаёт быть спасением. Она становится мучением. Каждый поток будто напоминает, что мне нужно не это…

Я выключаю душ, срываю полотенце, обматываю тело и смотрю на себя в зеркале. Губы припухшие от жара, глаза блестят, щёки — красные. Я будто сама себя не узнаю. Будто я на каком-то тонком поводке, который вот-вот лопнет.

Словно я не та тихая девчонка, которая танцует в зале. Которая раз за разом выполняет команды тренера и боится ослушаться, и ещё больше — проиграть. Не та дерзкая ведьма, которая любит выводить Кирилла. Играть на его нервах, так чисто ради забавы.

А женщина. Взрослая. Которая не просто ради прихоти идёт бесить брата. А потому, что сама выбрала его на роль первого мужчины.

Просто потому, что я так хочу!

Чувство страха? Да, оно есть.

Чувство запрета? Ещё какое.

Но желание… желание перекрывает всё.

Я открываю дверь ванной и иду по коридору. Сердце — бах-бах-бах — будто готово вырваться. Колени дрожат, но тело двигается на автомате. Полотенце держу одной рукой, вторая сцеплена в кулак — чтобы не развернуться и не сбежать.

Останавливаюсь у его двери. Темнота в коридоре — как заговор. Тишина — как ожидание. Словно весь мир застыл в ожидании того, что сейчас будет. Мне и самой дико интересно. Оттолкнёт или поддастся соблазну? Первое — более вероятно. Потому что у Кирилла слишком много установок и запретов. Он боится разочаровать отца. И пусть он всеми силами пытается это скрыть — я-то вижу.

Я осторожно толкаю дверь и вхожу. В комнате полумрак.