Дикая Ника для бандита - Лина Мак

— Ага, сейчас! — Яся щурится и внимательно смотрит на меня. — Какая тебе работа, когда живот уже нос подпирает?

— А где наша Маша? — спрашиваю взволнованно я.

Я звонила девочкам по приезде. Спряталась от Давида в ванной и набрала и Ясе, и Маше. Маша пообещала прийти, но так и нет её до сих пор.

— Снова со своим боссом воюет, вероятно, — ухмыляется Яся. — Он же так и не успокоился. Кажется мне, наша Маша сдаёт позиции.

— А её Воронов? — спрашиваю нервно.

— Да всё не уймётся вместе со своей мамашей, но там с ними, я так поняла, уже совершенно другие люди общаются, — вздыхает Яся.

— Кто же знал, что так выйдет, — вздыхаю я. — Вот тебе и верный муж, любящий отец и примерный семьянин.

— Эй, — Яська садится рядом в кресло-качалку. — Прекрати погружать себя в ужасные мысли.

— Ты не знаешь, о чём я думаю, — улыбаюсь Ясе.

— Знаю, — уверенно кивает подруга. — У нас с тобой совершенно разные ситуации, но я прекрасно понимаю, о чём ты думаешь. И пускай мой Дан намного лучше, чем твой дикарь, — Яся сощурилась, а я только глаза закатила улыбаясь, — но он твой. Чернобор скотина у тебя, но, как оказалось, даже он подлежит дрессировке и умеет добиваться, чего хочет.

Наш смех тихо разносится по комнате, и мне так тепло становится. Я скучала. Вот за такими нашими подколами, разговорами, да и просто тихо помолчать.

— Девочки, папа вернулся. Где мои принцесса и Ягодка? — в комнату заглядывает улыбающийся Стальнов. В костюме, но с закатанными рукавами. Стальнов бережно берёт на руки Любу, а у меня в груди всё сжимается от картины. — Идите на веранду, — улыбается нам этот суровый мужик. — Ловите последние тёплые деньки.

Яська расплывается в улыбке, а я снова тихо завидую ей. Нет, не из-за того, что у меня такого нет, а потому что она заслужила. Даже больше, чем я. И у неё вышло приручить этого сурового мужика.

Машу мы так и не дождались, получив от неё сообщение, что она задержалась на работе.

А пока я ехала домой, решила заехать на работу. Пускай я и была далеко, но работу контролировала. Моя администратор вышла толковым управляющим. Девочка справляется на все сто, что очень радует меня. И я точно знаю, что Стальнов тоже приглядывал за салоном. Но самой очень хочется посмотреть на место, которое я строила с нуля.

Давид звонил несколько раз, но я только написала сообщение, что у Яси. Не хочу с ним разговаривать. Он как танк — прёт, не видя препятствий.

Я скучала по его бешеному темпераменту, но слишком больно было после того, как его переклинило. И я боюсь до трясучки, что его снова переклинит.

Захожу в салон, кутаясь в широкий вязаный кардиган, и вдыхаю родной запах. Подхожу к стойке администратора и смотрю на знакомую макушку.

— Здравствуйте, — здороваюсь я громко.

— О боже! — взвизгивает администратор Анечка. — Ника Михайловна, Вы вернулись!

Девушка бросается ко мне, выскакивая из-за стойки, но резко замирает.

— Мамочки, — пищит она, прикрывая рот ладошками, а в глазах появляются слёзы. — Вы такая красивая.

— Аня, — вздыхаю я и сама обнимаю девушку.

Я соскучилась за всеми. Начинаю расспрашивать о работе, о сотрудниках, и тихо радуюсь, что никто не сбежал, и все работают по своим местам.

За разговорами и погружением в рабочий процесс не сразу соображаю, что на улице уже почти ночь. А я даже не чувствую усталости. В кабинете приглушённый свет, так тихо и спокойно. Почти.

Поднимаю глаза и смотрю на суровый взгляд Чернобора, что замер в дверях и раздувает ноздри от бурного дыхания.

— Скажи, Дикая, ты совесть потеряла где-то на пляжах, под палящим солнцем? — хрипит его голос.

— А? — по-идиотски переспрашиваю я, прикрывая живот руками.

— Я чуть не сдох, пока нашёл тебя, — рычит он, медленно подходя ко мне, а я замечаю, что Чернобор прихрамывает. — У тебя телефон сел, или ты его утопила? Ника, скажи мне, что случилось? Хоть слово скажи, иначе я сейчас этот салон разнесу к ебеням!

— Я просто решила поработать, — пищу я, вжимаясь в кресло, и понимаю, что Чернобор на пределе, а его бешеный взгляд запускает мурашки по коже.

Кажется, я немного накосячила.

Глава 27

Смотрю на Дикую, которая вжимается в кресло, и впервые вижу в её глазах вину. Мне кажется, что у меня глюки от пережитого за сегодня, но нет.

— Давид, ты успокойся, — просит Ника. — Я просто забыла предупредить.

— Забыла предупредить, — повторяю за Дикой, вижу, как она прикрывает живот, как еле дышит, и чувствую себя мудаком.

Снова! Снова это паршивое чувство, из-за чего во рту разливается горечь. Зажмуриваюсь, перевожу дыхание. Нужно просто успокоиться.

Стальнов же сказал, что я просто стал дебилом, и поржал с меня, когда примчал к ним час назад. А вот то, что один урод решил палок в колёса вновь наставить, неприятный сюрприз.

Стальнов выслушал и позвонил своему тестю. Косточки на пальцах болят, а вот в голове до сих пор эта уродская рожа Марата.

Вова сказал, что понятия не имеет, где его брат, но просил не горячиться. Он сам разберётся. Но нет у меня доверия этим козлам. Камневы нагло пытались отжать часть земель, чтобы расширяться здесь. Выдворил. Но если старший из братьев сделал вид, что понял и принял, то вот Марат явно страдает проблемами с башкой.

И то, что эта тварь трепала своим паршивым ртом, только сильнее разозлило.

— Чернобор, отойди от меня, — просит Ника, но отводя от меня взгляда. — И лучше успокойся за дверью, а я пока соберусь.

— Успокойся за дверью, — повторяю за Никой и снова закипаю.

Вроде же только успокоился. Она жива, здорова, даже работает. Рожать скоро, а она работает. Да и кому рожать? Меня Дикая игнорирует полностью, отписываясь тупыми сообщениями, а её удочки, что я папаша, только раздражают.

Беру Нику за руки и тяну на себя аккуратно, а ведь у меня сейчас желание дёрнуть её вверх, развернуть раком и оттрахать, чтобы забыла имя своё.

— Давид, — шепчет напряжённо Дикая.

— Вот скажи мне, какого хера я должен делать всё для того, чтобы тебе было комфортно, а ты даже не можешь позвонить? — злюсь я. Не могу сдержать себя.

Понятия не имею, почему меня так рвёт. Хотя нет, имею. Я не смогу без этой… и не назовёшь её так больше. Но какая же она сука!

— Чернобор, у нас с