Сломленные во тьме - Эшли Элизабет

— Разве что чтобы повесить твои яйца вместо омелы, — я усмехнулся. Машина остановилась на светофоре, и я взглянул на тротуар, где мужчины в костюмах, уткнувшись в телефоны, спешили по Финансовому кварталу на свои скучные работы. — Думаешь, он знает больше, чем сказал?

Вин провёл рукой по тёмным волосам.

— Конечно. И я уверен, он лгал насчёт торговли людьми и своего участия в этом.

Я приподнял бровь.

— Просвети меня.

Он достал из кармана визитку.

— Пока я «сдерживался»…я стащил это с его стола. Он был слишком занят, пытаясь не обосраться, чтобы заметить.

Чёрная визитка казалась ничем не примечательной, пока её не повернули к свету, открывая название: «Голубые бархатные грёзы».

Я нахмурился.

— Что это за хрень?

Вин сжал руль.

— Подпольный секс-клуб. Но это не просто клуб. — Он замолчал, и я ждал продолжения. — Перед смертью отца мы ходили туда с ним. Вернее, в другой клуб с таким же названием.

Я почесал затылок, чувствуя себя в тумане.

— Отец-сын… сближение?

— Можно и так сказать. Но не в том смысле, о котором ты думаешь. — Его улыбка исчезла. — Там проводили аукционы, где продавали женщин и… — он напрягся, — детей.

— Что? — я откинулся назад. — Какого чёрта вы там делали?

Светофор переключился, и машина тронулась.

— Мы пришли закрыть это место. Отец взял с собой команду, а я, как старший, пошёл с ним, чтобы увидеть всё своими глазами. Он никогда не говорил, кому принадлежал клуб, но был в ярости. Я никогда не видел его таким. — Он задумался. — Мужчины приходили торговаться за женщин, которых держали под наркотиками и привозили против их воли. — Его челюсть сжалась. — Это было место настоящих ужасов. Мы вывели женщин и детей, а затем подожгли клуб, оставив этих ублюдков гореть заживо.

— Господи…

— Да. — Машина остановилась у трапа самолёта. — Надеюсь, я ошибаюсь, но если это тот же клуб, что семь лет назад, то похищений будет ещё больше. — Он расстегнул верхнюю пуговицу. — Нам нужно найти его и сжечь дотла вместе со всеми, кто там замешан.

Я потер подбородок, обдумывая его слова, когда до меня дошло.

— Ты сказал, семь лет назад?

— Да, — он вылез из машины и достал сумку из багажника. — За несколько дней до смерти отца.

Я замер. Что-то в этих сроках не сходилось. Лёгкий стук Вина в окно заставил меня открыть дверь.

Когда Вин поднялся по трапу, я спросил:

— Думаешь, это всё связано?

Вин остановился и обернулся.

— Что связано?

— Всё, — я упёрся руками в боки, глядя на взлетающие самолёты. — Убийство отца. Похищение Скарлетт. Секс-клуб. Игорь. Дьявол. Вся эта хрень.

Вин шагнул ко мне, вздохнув. Его глаза потемнели, когда он провёл рукой по щетине.

— Если это так, то всё только что стало ещё хуже.

Закрыв дверь, я прислонился к ней и зажмурился, ощущая тяжесть.

Всё стало намного сложнее.

Я направился на кухню, нуждаясь в выпивке, но заметил Скарлетт, спящую на диване. Развернувшись, я сел рядом, слегка наклонив сиденье, но она не проснулась.

Я провёл костяшками по её фарфоровой щеке, откидывая прядь светлых волос за плечо. Одеяло, должно быть, укрывавшее её, теперь лежало между телом и диваном. Футболка задралась, открывая нижнюю часть спины, и моя рука замерла в воздухе, сжавшись в кулак, который обрушился на ближайшую подушку.

Ярость охватила меня. Кровь вскипела, зрение покраснело. Воздуха в комнате будто не осталось, грудь тяжело вздымалась. Я смотрел на каждый шрам Скарлетт. Каждый рубец. Каждую линию. И чувствовал, что вот-вот потеряю контроль.

Чтобы усугубить свою боль, я попытался сосчитать их. Понять, сколько раз он отметил её. Но линии сливались, не имея ни начала, ни конца, превращаясь в один огромный шрам.

И тут со мной случилось то, чего не было со смерти отца. Я поднёс руку к щеке, увидев на пальцах влагу. Слёзы наворачивались на глаза, горло сжалось.

Если бы у меня было одно желание, я бы забрал всю её боль. Физическую и душевную. Я бы нёс её за неё, чтобы она больше никогда не чувствовала этого.

Как кто-то мог сделать с ней такое?

Как можно было сломать что-то столь драгоценное?

С лёгкой дрожью я провёл пальцами по выпуклой коже.

Склонив голову от стыда, я думал о том, как подвёл её. Я допустил, чтобы это случилось. Я позволил чудовищу мучить её, потому что не бросился за ней, когда её похитили.

Забрали у меня.

Я отпустил её, думая, что ей будет безопаснее вдали от этой жизни. Но я ошибался. И из-за этого она расплатилась за мои действия.

Но я всё исправлю.

Начиная с этой чёртовой минуты.

Нежно я провёл костяшками по её щеке.

— Скарлетт.

Она потянулась, перевернулась на спину и уставилась на меня.

— Лео? Что случилось? — Она села, в глазах читалась паника.

— Ничего, — я прикоснулся к её щеке, радуясь, как она мгновенно расслабилась, больше не вздрагивая. — Всё в порядке. Просто я хочу тебя кое о чём спросить. — Она зевнула, ожидая. — Ну, я тут подумал… — Я сжал затылок. — То есть, я хочу сказать… — Я выдохнул. Что со мной? Я же Алари, чёрт возьми! Пригласить жену на свидание не должно быть так сложно. Её взгляд смягчился, на губах появилась улыбка, и этого было достаточно. — Ты пойдёшь со мной завтра поужинать?

Она прикусила губу.

— Типа… свидание?

— Да.

— Свидание со… мной? — Она сморщила лоб.

Я ухмыльнулся.

— Да, Светлячок. Свидание с тобой. — Она улыбнулась и кивнула. — Да? — мой палец скользнул по её коже.

— Да. Мне бы очень этого хотелось, — ответила она, щёки порозовели. Облегчение накрыло меня, мышцы расслабились. — Ну… — она снова зевнула. — Мне, наверное, пора в кровать. — Она свесила ноги с дивана, потирая глаза.

Прежде чем она встала, я остановил её.

— Позволь мне. — Я подхватил её на руки и прижал к груди. Она прижалась головой к моему плечу, пока я нёс её наверх. Включив свет, я уложил её, укрыл одеялом и поправил его. — Спокойной ночи, Скарлетт. — Я наклонился и едва коснулся губами её лба.

— Спокойной ночи, Лео. — Она повернулась на бок и сразу уснула, будто я её и не будил.

Я направился к двери, собираясь выключить свет, но остановился, зная, что она испугается, если проснётся в темноте. Резкий свет злился, будто понимая, что нарушает ночной покой. Если бы только что-то могло помочь ей спать спокойно…

И тут меня осенило.

Я вышел и достал телефон, быстро набрав номер.

— Мистер Алари? — в трубке раздался зевок. — Всё в порядке?