Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха. - Светлана Малеёнок

его поступка! А ведь он прекрасно знает, что обесчещенной девушке очень трудно будет выйти замуж, что ее наверняка выгонят из дома. Знает, что, оставшись на улице без средств к существованию, скорее всего, погибнет! А ведь многие обесчещенные им девушки, а затем изгнанные родителями, носили под сердцем его ребенка! Так что, Ваше Величество, я знаю, кто это! — Вингельмина посмотрела мне в глаза. — Это бесчестный, бессердечный, без зазрения совести, безнаказанно пользующийся своим положением великовозрастный распутник!

Каждое сказанное принцессой слово било Артана куда сильнее пощечин. Он побледнел, ведь так с ним еще никто никогда не разговаривал. Девушка закончила свою пламенную, обличительную речь, перевела взгляд на меня, и, прямо и спокойно посмотрев мне в глаза, спросила:

— Ваше Величество, вы пригласили меня для того, чтобы познакомить с вашим… братом? Или поругать, что я, защищая свою честь, принесла ему… некоторые неудобства?

— Неудобства? — отойдя от первого шока, возмутился Артан. — Да ты меня покалечила! Да я теперь не смогу… — он замялся, не смея продолжить свою мысль.

— Не сможете что? — Вингельмина дерзко вздернула подбородок, без страха и смущения глядя в глаза, возвышающегося над, ней непутевого брата. — Не беспокойтесь, к сожалению, сможете. Но примерно недельку придется прикладывать лед. А то ваше «чудо» уже наверняка распухло и теперь мешает ходить, да? — Ядовито припечатала она, с насмешкой глядя в лицо Артана.

И, похоже, впервые мой брат не нашелся, как ответить на такое явное оскорбление. Он лишь тихо прошептал.

— Простите, Ваше Высочество! И покаянно понурил голову.

Воспользовавшись паузой, я пригласил принцессу присесть, а затем не удержался от вопроса.

— Ваше Высочество, насколько я понял, Артан по какой-то нелепой ошибке принял вас за горничную. Это, конечно, никак его не оправдывает! — добавил я поспешно, заметив, что красивые брови девушки вновь нахмурились. — Но все же, как так вышло, что он не один раз встретил вас в крыле прислуги?

— Всё очень просто! — девушка пожала плечами и ухмыльнулась. — Я там живу.

* * *

Я ошарашено замер на пороге маленькой бедно убранной комнаты для прислуги и только теперь понял, что меня удивило в ответе Вингельмины тогда, в «Тенистой беседке». Так как в ее так называемых «покоях» была только старая рассохшаяся кровать да грубо сколоченные стол, кресло и узкий шкаф, из открытой двери которого торчали пышные наряды принцессы. Да и, то только те, что поместились в него. Остальные так до сих пор и находились в тяжелых кованых сундуках, занимающих почти половину этой крошечной комнаты. Я почувствовал, как стыд и злость буквально захлестывают меня.

— Кто? Кто посмел поселить в крыло для прислуги принцессу сопредельного государства? — Боюсь, мой рычащий от еле сдерживаемой ярости голос испугал стоявшую рядом со мной девушку.

— Барбара, — откуда-то пискнул тоненький голосок. Подняв глаза, я увидел, что за спину Вингельмины, прячется худенькая в конопушках девушка.

— Ты кто? Вроде бы лицо знакомое.

Девушка бочком, со страхом в глазах, вышла из-за своего укрытия и, присев в поклоне, прощебетала:

— Я, Ваше Величество, Тильда, горничная. Была приставлена экономкой в услужение Ее Высочеству.

— Так это правда, что именно Барбара поселила Вингельмину в эту убогую комнату?

Девушка кивнула и подняла на меня виноватый взгляд. Больше ни к чему было пытать горничную. И так понятно, что она ни при чем, и ей не по статусу возражать старшей распорядительнице.

— Тильда, а позови-ка ты Барбару ко мне! Пусть подойдет ко мне в кабинет, — как можно спокойнее попросил я девчушку и обернулся к Вингельмине.

— Ваше Высочество, позвольте задать вам вопрос?

Принцесса подняла на меня удивленный взгляд своих красивых малахитовых глаз и кивнула.

— Почему вы представились Артану Гелией?

— Потому что меня так зовут! Ну, чаще всего именно так ко мне и обращаются: Геля, Гелия. А Вингельмина — очень длинно. Это имя я обычно использую для официальных церемоний.

— Ге-лия, — тихо произнес я, словно пробуя это имя на вкус. Оно было мягким, нежным и каким-то ласковым. Я бросил взгляд на принцессу. Девушка, слегка нахмурив свои красивой формы, четко очерченные брови, совершенно невозмутимо смотрела перед собой, о чем-то глубоко задумавшись. А я вдруг вспомнил, какую ужасную сцену я недавно устроил при других принцессах и даже слугах, очевидно смертельно оскорбив эту невероятную красавицу. И что на меня нашло? И это при всей моей хваленой невозмутимости и умении держать себя в руках. Тряхнув головой, отогнал неуместные и запоздалые сейчас сожаления.

— Гелия! — позвал я громче.

— Что? — словно очнулась девушка, подняв на меня свои лучистые глаза. — Вы позволите мне вас так называть? — В груди что-то сжалось, и я почувствовал, что с нетерпением и волнением ожидаю ее ответа. Хотя после всего произошедшего почти наверняка она мне откажет в этой малости.

— Думаю, это уже не имеет смысла, — ответила она ровным и каким-то безжизненным голосом. — Мы подпишем соглашение, и я сразу покину вас.

Вроде бы все так, все верно, но почему-то тоска железными клещами сжала мое сердце, во рту пересохло, и я хрипло выдавил из себя:

— Останьтесь! Прошу вас!

И снова этот пытливый, серьезный взгляд, проникающий мне прямо в душу. Предвосхищая ожидаемый вопрос, я поспешил добавить:

— Вингельмина, если бы речь шла о передаче территории одной из сторон, то было бы достаточно, лишь подписать договор. Но в нашем случае, когда предполагается совместное владение территорией, необходимо согласовать и прописать дополнительные условия. Поэтому я прошу вас задержаться на два-три дня и обсудить все это. — Закончив, я бросил на девушку взгляд и тут же отвел его, опасаясь, что она его неправильно истолкует, и, задержав дыхание, ожидал от нее ответа.

— А как же ваши гостьи? У вас хватит времени уделить им должное внимание? — Неожиданно сменила она тему, улыбнувшись уголками губ. — Если считать, что соревнование по удивлению вас я выиграла, то каждая из оставшихся девушек надеется оказаться лучшей и быть удостоенной чести стать вашей женой и королевой Русии.

— А вы? — невольно вырвалось у меня, и мне захотелось провалиться сквозь землю.

— А меня это не интересует, — и такой прямой, холодный и равнодушный взгляд, — но у меня к вам будет встречное предложение!»

Глава 14. Дежавю

Сидя на маленькой софе, я рассеянно осматривала свои новые покои и одновременно пыталась представить, в каком тоне сейчас император отчитывает экономку. Также рычит, как на брата, или все же разговаривает с ней намного мягче, так как она все же заменила ему мать?

— Гелия! Какие наряды прикажете собрать вам в поездку? — Тильда стояла посреди гардеробной между рядами всевозможных