Отвратительная жена. Попаданка сможет... - Анна Кривенко

кованые перила, посмотрела вниз и поняла, что во дворе сейчас совершенно темно — ничего не видно. А на небе сияют мириады прекрасных звезд, и среди них ни одного знакомого созвездия. Навалилась тоска. Редкое для меня состояние, честно говоря. Тоска по прежней жизни, по нормальным людям, которые хоть иногда, но все-таки встречались мне. Тоска по свободе…

Да, здесь я находилась в клетке и была вынуждена воевать. Может, всё-таки стоит уйти отсюда? Этого жаждет Алексей Яковлевич и его друзья. Да и папаша Марты был бы рад, если бы меня не стало. Но разумно ли это? Я не привыкла бездумно рисковать своим благополучием. В этом мире у меня нет знакомых, нет дома, нет работы и документов. Уйти просто так означало бы, вероятно, попасть в очень непростые обстоятельства. Кому нужна одинокая девица без ничего? Приданое тоже никакое.

Поэтому лучше не рыпаться и продолжать воевать.

Я серьёзно продрогла, оставаясь на балконе более пятнадцати минут, но возвращаться жутко не хотелось. Опять сталкиваться с этими испорченными аристократами, натыкаться на презрительные взгляды… Просто мерзость какая-то. Но меня уже ощутимо трясло от холода, и я решилась вернуться.

Однако не успела сделать и нескольких шагов к двери, как кто-то появился в проёме. Замерла, невольно встревожившись. Через мгновение навстречу мне вышел мужчина, и я узнала его — это был тот самый Николай Воронцов.

Ну, прекрасно! Теперь и с ним придётся бодаться. Наверняка тоже начнёт надо мной издеваться. Но, к моему удивлению, мужчина мягко улыбнулся и проговорил:

— Простите за беспокойство, Марта Михайловна. Я захотел представиться поближе. Меня зовут Николай. Фамилия — Воронцов. Капитан в отставке.

— Да, я запомнила ваше имя, — произнесла я сухо, пытаясь понять, что ему от меня надо. — Как вас по отчеству, Николай?

— Прошу вас, называйте просто по имени, — вдруг ответил он, и я удивилась ещё больше. Что за блажь такая?

— Хорошо, Николай, — ответила я как можно более равнодушно, всё ещё ожидая от него какой-нибудь гадости.

Но он прошёл вперёд, остановился неподалёку от меня у перил и мечтательно посмотрел в звёздное небо.

— Сегодня очень красиво, не правда ли?

— Да, — ответила я, стараясь держать голос ровным, хотя зуб на зуб не попадал.

— Жаль, что такой хороший вечер иногда портят злые языки, — продолжил Николай, изрядно ошеломляя.

О чём это он? Что за странный намёк?

— Ничего страшного, — сказала я осторожно, внимательно наблюдая за его профилем. К слову сказать, профиль был довольно интересным. Не столь впечатляющим, как у Алексея Яковлевича, но очень мужественным. — Если не обращать внимания на глупости, которые несут эти языки, то настроение даже не испортится…

— Правда? — искренне удивился Николай и повернулся ко мне. Его губы норовили приподняться в лёгкой улыбке. — Вы очень интересно говорите, Марта Михайловна.

— Называйте меня просто Мартой, если уж вы для меня — Николай… — я решила действовать твердо и уверенно. Авось испугается и отстанет…

— Спасибо, — кивнул мужчина и снова посмотрел в небо. — Так вот, повторюсь, вы очень интересный человек, Марта. Должен признаться, я наблюдал за вами. Вы так легко нашли язык с каждым, с кем вам пришлось говорить. Я, конечно, не слышал этих разговоров, но по выражению вашего лица видел, что вы… способны дать ответ на любой вопрос.

Я усмехнулась. Кажется, кое-кто откровенно льстит. Но зачем ему это? А вдруг его послал муж, чтобы выведать моё настроение и впечатления? Что, если это всего лишь ловушка, в которую я могу попасть по своей доверчивости?

Душа покрылась холодом.

— Никаких таких талантов во мне нет, — произнесла я спокойно, но с явной прохладой. — Я просто люблю справедливость. Как люди поступают со мной, так и я буду поступать с ними. Ведь это правильно, не правда ли?

Николай неопределённо кивнул. В этот момент меня пробрало дрожью так сильно, что я невольно вздрогнула. И только сейчас он понял, что я откровенно замёрзла. Мужчина мгновенно дернулся, резко снял с себя камзол и, не спрашивая моего разрешения, набросил мне на плечи. Одежда пахла цветочным мылом и чем-то, напоминающим табак. Стало тепло и уютно, но в то же время жутко неловко.

— Простите, но этого не нужно, — сурово произнесла я, пытаясь снять камзол.

— Пожалуйста не снимайте, вы замёрзли! — встревоженно произнес мужчина. Постойте так немного, а ещё лучше давайте вернёмся внутрь.

Я смотрела на Николая, искренне пытаясь разгадать его мотивы. Не удержавшись, спросила прямо:

— Кто вас подослал?

Лицо мужчины удивлённо вытянулось, а около губ появилась обиженная складка.

— Обижаете, Марта Михайловна, — так и сказал он. — Но я вас не виню. Скажем так, я прекрасно понимаю, с какими хищниками вы сталкиваетесь на таких вечерах, поэтому могу понять вашу подозрительность. Но вы должны мне поверить — я не лукавлю. Я искренен с вами.

Я криво усмехнулась.

— И зачем это нужно, Николай Воронцов?

Мужчина выдохнул и снова отвернулся к звёздам.

— А вот об этом, пожалуй, я умолчу, — произнёс он несколько тоскливо и загадочно, чем очень меня удивил.

Глава 20. Наглый поцелуй…

— Извините, — произнесла я, несколько смутившись. — Не хотела вас обидеть…

Николай действительно казался искренним, и я решила дать ему шанс, то есть поверить его словам, а именно тому, что он пришел сюда по своей воле и не хотел ничего дурного. Но находиться с ним наедине и дальше не хотелось: наверное, сам по себе этот вечер вызывал у меня слишком сильное напряжение. Да и холод был чрезмерным.

Мы отправились ко входу в гостиную, и я уже собралась вернуть мужчине камзол, как вдруг прямо передо мной вырос… Алексей Яковлевич. Я невольно вздрогнула, потому что это было крайне неожиданно. Муж нахмурился, а когда увидел, что я на террасе не одна и что на моих плечах покоится мужской камзол, то глаза его блеснули… гневом. Ноздри начали раздуваться, как у быка — о, я уже не раз имела «честь» наблюдать подобное выражение на лице супруга. Аж захотелось притащить Алексею Яковлевичу стол, чтобы он мог мощно стукнуть по нему кулаком по старой доброй привычке.

Его появление и неуместная, как я считаю, реакция произвели эффект разорвавшейся бомбы. С меня мгновенно слетела усталость. Я выровнялась, подбородок вздернула повыше и посмотрел на мужа насмешливым взглядом.

— Что привело вас сюда, Алексей Яковлевич? — уточнила лениво. — Если вышли воздухом свежим подышать, то мы с удовольствием подвинемся. Проходите!

Я демонстративно отошла в сторонку, открывая мужу возможности пойти, но он, естественно, не сдвинулся с места.

— Что вы здесь делаете… вдвоем? — не стал