Ведьмам накладывают швы - Джульетта Кросс

– Тебе может что-нибудь понадобиться в доме. Оставь ключ у себя, Вайолет.

Звучало как приказ. Словно его голос вошел в меня сквозь поры на коже и застыл где-то глубоко в груди.

– Ладно.

Я облизала губы и положила ключ себе в задний карман. Я притворялась, будто меня совсем не смущает дерзость оборотня, от которой между ног сладко загудело.

Я взяла в руки тарелку.

– Раз уж ты настаиваешь.

Нико подошел к столу и отставил мою тарелку.

– Настаиваю, – сказал он мягко и тихо, и его пальцы коснулись моих. За эти две секунды между нами прокатилась волна напряжения, а его взгляд в мгновение переменился с горячего и твердого на холодный и отстраненный.

– Ну что, тогда увидимся в студии? – Я отступила на шаг.

– Конечно.

Он прошел к раковине и стал мыть посуду.

– Спасибо, Нико, – искренне поблагодарила я, остановившись в дверях. – Я очень ценю твою заботу.

Он оглянулся через плечо, внимательно рассматривая меня своими зелеными глазами.

– Всегда рад.

Его голос звучал мягко и проникновенно, но в то же время твердо и вкрадчиво. Как он это делает? Я понятия не имею, черт возьми. Дело было не в том, что именно говорил Нико, а в том, как он произносил эти слова. От того, как они прозвучали из его уст, у меня дрожали колени.

Я пыталась изображать равнодушие к этому мужчине, но чем дальше, тем труднее мне становилось скрывать, что я влюбилась в него по уши. С безрассудной страстью. С пограничной фиксацией.

И все же я должна была оставаться реалисткой. Любая здоровая женщина была бы увлечена Нико. Возьмем, к примеру, Линдзи. Стоило мне вспомнить, как она хлопала ресницами и строила ему глазки, и внутри меня всколыхнулось ядовитое пламя ревности. Особенно когда сам он признался, что считает ее хорошенькой. К тому же Линдзи являлась талантливой художницей, что мне тоже было неприятно признавать.

Стоп! Так, может, карта Влюбленные означала Нико и Линдзи?!

От этой мысли на меня накатила тошнота, которую я скрыла под маской «да катитесь вы все». Гоня от себя причинявшую боль идею об их возможной близости, я направилась в студию, чтобы забыться за работой. В ней я могла хотя бы попытаться утопить эти невыносимые чувства. Хотя противный внутренний голосок подсказывал, что избавиться от них мне не светит.

Глава 7. Вайолет

Я нанесла последние белые штрихи на мордочку совы-сипухи, которую изобразила на бедре моей клиентки Тии. Тия была лучшей подругой Изадоры, которая, в свою очередь, приходилась племянницей тете Бэрил. Как и Изадора, Тия обладала способностями ведьмы-проводницы и целительницы.

– Вообще-то, я сначала планировала разработать оберег для Проводниц – тебя и Иззи. Но теперь не могу избавиться от ощущения, что сперва мне надо разобраться, как делать его для оборотней.

– Полагаю, ощущение – верный знак того, что именно магия наводит тебя на такую мысль.

Тия вытянула шею, чтобы повнимательнее рассмотреть, что у меня получалось. Ее черные кудри длиной до плеч были зачесаны назад и перевязаны красной банданой. Белые чернила создавали эффектный контраст с ее смуглой кожей. И хотя белый всегда немного выцветал после нанесения, рисунок на коже Тии все равно смотрелся ярко.

– Значит, так и надо поступить, – констатировала она.

– Я работаю над этим. Пару дней назад у меня было видение, и с тех пор я постоянно об этом раздумываю. Оно случилось, когда я делала татуировку Нико. Он тогда рассказал про шрам, полученный из-за потери контроля над волком внутри.

– А что именно ты видела?

– Ведьмин знак. – Я промокнула лишние чернила. – Как будто голос моей магии пытался произнести заклинание, но я не расслышала его. Я надеялась, что разберу его в следующий раз, но пока этого не случилось.

– М-м. А у Джулс есть книги про ведьмины знаки?

– Блин, ну я и дура. – Я вздернула голову.

– Да брось, далеко не всегда.

– Нет, правда. Почему мне это даже в голову не пришло? – Я покачала головой, откидываясь назад. – У нас ведь есть самая редкая на свете книга о ведьминых знаках. «Этимология и описание всех известных знаков ведьм», составленная Мэриголд Лорд. Это сборник древних знаний и редких, даже запрещенных, колдовских знаков. Рубен достал эту книгу через Девраджа, когда на Матео наложили проклятие и никто не мог его снять.

– Тогда ты знаешь, что делать. Садишься и штудируешь до тех пор, пока не найдешь ответ. Тетя Бэрил тоже говорила про этот сборник, хотя у нее его и нет. Там наверняка найдется ответ.

Я облегченно выдохнула. Мы с Тией как раз заканчивали – я обработала ей бедро антисептиком и наклеила тейп. Пока она рассматривала татуировку в зеркало, я протерла за ней стул.

– Классно получилось, Вайолет. Ты шикарно делаешь градиент.

– Спасибо.

Я по-настоящему гордилась собой – мне удалось здорово продвинуться по сравнению с моими первыми работами. Вдвойне приятно было слышать похвалу от нее.

– Можно тебя проводить?

Мы прошли мимо рабочего места Тома, и я помахала ему рукой. Он пришел уже после того, как я взялась за татуировку Тии. Том сидел за своим ноутбуком и создавал для студии арты, которые просила Ливви.

Сестра сказала, что пока она будет готовить наши сайт и соцсети к запуску, нам стоит брать в качестве клиентов друзей и родственников. Когда все будет готово к официальному открытию, мы поднимем шумиху в соцсетях, чтобы привлечь новых клиентов и заполнить расписание. Ливви была опытной пиарщицей, так что мы ей доверяли.

Пока мы шли к ресепшен, Шон вовсю разглядывал Тию.

– Ну, где татуировка? – спросил он, изучая ее своими темными глазами. – Покажи, не стесняйся.

Тия рассмеялась, но все же приспустила спортивки, чтобы показать ему рисунок.

– Супер, – ухмыльнулся он, облокачиваясь на стойку. – Ты же ведьма, да?

– Почему ты так решил?

Шон прищурился, рассматривая Тию. Или, по крайней мере, притворился, будто рассматривает.

– У тебя особая аура. От тебя веет таинственной красотой.

Она широко улыбнулась, затем облизнула и поджала губы.

– Фигня.

– Почему? – рассмеялся Шон, когда она достала свою кредитную карточку и положила ее на стойку.

– Ты же грим. И еще ты Блэкуотер. А это значит, что ты что-нибудь знаешь про каждого встречного в радиусе ста километров. Возможно даже их темные секреты.

Генри Блэкуотер, старший брат Шона, действительно работал на Рубена. Он собирал подробнейшие сведения о каждом, кто живет в районе Лоуэр-Гарден. Все происходило с его ведома, хотя он ни с кем не был связан