Мы, которых не было - Хелен Либерти

Дверь в квартиру открыта. Стоит переступить порог, как ко мне подлетает Олег и притягивает к себе.

— Привет, красавица моя. Я так сильно скучал по тебе, — говорит он и сразу целует.

Это не те губы. Не те чувства. Если честно, вообще ничего не ощущаю. Ни бабочек, ни вспышки, ни того внутреннего взрыва, который меньше часа назад лишил дыхания.

«Потому что это не Саша, дура», — внутренний голос сегодня особенно безжалостен.

Олег чувствует напряжение и разрывает поцелуй первым.

— Малыш, что случилось?

И что должна ему сказать? Что встретила свою первую любовь? Что позволила себе забыться? Что потеряла голову и контроль, а рядом с ним так долго держала дистанцию?

— Да устала, Олеж, — бормочу, проходя мимо него в гостиную. — Случай тяжелый, придется много работать. Возможно, месяца три буду там постоянно.

Зачем сказала про три месяца? Ведь собиралась обсудить с Дашей, чтобы занятия проходили у меня. Почему сама себе все усложняю?

«Потому что ты хочешь его видеть. А сама строишь из себя правильную».

Когда-нибудь мысли перестанут меня разрывать? Сама себя доведу до нервного срыва.

— Ну ничего, малыш. Я знаю, как тебе расслабиться, — Олег подходит сзади, обнимает и начинает целовать шею.

Меня передергивает. По коже проходит дрожь — но не от желания. Становится неловко и чуждо, как будто ко мне прикасается посторонний человек.

Что же этот поцелуй Соколова со мной сделал…

— Олеж, — мягко убираю его руки с талии, — хочу сегодня побыть одна. Давай встретимся завтра?

Он смотрит подозрительно, внимательно, пытается прочитать что-то по лицу. Думаю, сейчас начнет говорить, что соскучился и никуда не уйдет. Но все происходит, как обычно, когда делаю не так, как ему хочется.

Молча уходит в коридор, берет куртку, обувается и уходит, громко хлопнув дверью. Обиделся.

И сейчас почему-то все равно. Хотя, должно быть, иначе. Должна чувствовать вину, привычный укол в груди, это липкое «ты все испортила». Должны скрести кошки на душе. Но ничего нет. Пусто.

Стою и смотрю на дверь минут десять. Просто смотрю и анализирую свои ощущения. И чем дольше стою, тем больше убеждаюсь: меня ждет трындец. Такие американские горки, каких нет ни в одном луна-парке.

Господи, Соколов, ну зачем ты снова появился в моей жизни? Сколько раз за сегодня задаю себе этот вопрос? Сотый? Тысячный?

Настроение — напиться до отключки и забыть сегодняшний день, как страшный сон. Иду на кухню в поисках бутылки вина, которая осталась еще с восьмого марта. Тогда до нее руки не дошли, а сейчас самое время. Достаю из холодильника, нахожу бокал, наливаю и выпиваю залпом. Вино почти сразу ударяет в голову. Кроме утренних бутербродов и чая у Даши сегодня ничего не ела, так что неудивительно, если быстро накроет.

Наливаю второй бокал. Тело начинает расслабляться, напряжение постепенно отпускает. Мысли притупляются. Хочется просто отключиться и стереть этот день.

Но стоит закрыть глаза, как передо мной снова вспыхивает лифт, его откровенный взгляд, в котором полыхает тот самый огонь, едва не спаливший меня дотла. Настойчивые, уверенные губы… Черт. Внизу живота тут же стягивается тугой узел напряжения, требующий хоть какого-то выхода.

Мои планы портит звонок в дверь. Твою мать, кого принесло в такое время?

Наверняка Олег решил вернуться и высказать свое «фи». Он же не договорил. Не глядя в глазок, открываю дверь, уже готовясь к разборкам.

Но вместо Олега на пороге стоит Соколов. Он опирается одной рукой на дверной косяк, в другой — бутылка виски. Снова этот прожигающий насквозь взгляд.

Я замираю. Смотрю и не в силах отвернуться. Саша слегка наклоняет голову, уголок губ лениво поднимается.

— Ну, снова привет, зеленоглазик. Пустишь?

Глава 9

САША

Апрель 2018

(Настоящее)

Двери лифта закрываются с глухим щелчком. Я остаюсь внутри. Стою пару секунд, потом тяжело выдыхаю и провожу ладонью по шее, пытаясь хоть немного снять напряжение.

Она ушла. Опять.

— Какой же я идиот… — тихо бросаю в пустоту.

Почему не вышел следом? Мог ведь. Но в тот момент завис. Не привык я бегать за кем-то. Всегда считал, что, если человек хочет — остается. Если нет — насильно не удержишь.

Вот поэтому ты ее и потерял на пять лет, дубина. Хотя давал обещание, что не отпустишь и всегда найдешь.

Здесь спорить с самим собой не стану. Я действительно дубина. Но и обещание выполнил свое. Нашел ведь.

Лифт едет вверх, цифры медленно сменяют друг друга. На душе тяжело и мерзко. Злюсь на нее, на себя, на всю эту ситуацию. Прислоняюсь спиной к стене и медленно сползаю вниз, садясь прямо на пол. Плевать, холодный он или грязный. В голове по кругу крутится поцелуй, ее реакция и то, как резко она отшатнулась. Она испугалась не меня, а собственных чувств.

Кабина останавливается, потом снова начинает движение. Я даже не смотрю, какой этаж. Мысли крутятся вокруг одного: все снова пошло по одному месту.

Двери открываются. На пороге стоят Даша с Антоном.

— Саш, ты что здесь делаешь? А где Милена? — Даша заходит внутрь, нажимает первый этаж и присаживается на корточки рядом со мной. Антон устраивается возле нее.

— Я снова облажался, Даш, — отвечаю ей и закрываю лицо ладонями.

Она качает головой.

— Вставай. Пойдем прогуляемся. И не сиди на полу, простынешь.

Я поднимаюсь сам. Мы доезжаем до первого этажа, двери открываются, и выходим на улицу.

Вечер в Краснодаре теплый, но свежий. После духоты лифта воздух бьет в лицо, как пощечина. Вдыхаю глубже, пытаясь прийти в себя. Антон убегает вперед к площадке, а мы с Дашей остаемся у скамейки.

Сажусь, упираюсь локтями в колени и смотрю вперед. В голове происходит полный разбор полетов. За один день моя жизнь перевернулась с ног на голову. Мы с Миленой начали все неправильно. Нам нужно поговорить — без упреков, спокойно, как взрослые люди.

— Ну давай, косячник, — усмехнулась Даша и положила ладонь мне на плечо. — Рассказывай, что ты натворил и куда делась Милка?

— А что рассказывать? Я кретин. Мы поцеловались, представляешь? — говорю я с кривой улыбкой.

— О, первый поцелуй случился в лифте. Думала, у вас это будет куда более романтично.

— Блин, рыжик, давай, пожалуйста, без твоего сарказма, — устало прошу я. — Мне реально хреново. Мы поцеловались, а она убежала. И она хотела этого поцелуя, она мне ответила, не оттолкнула и…

— Так, — перебивает меня Даша и тихо смеется. — Давай без подробностей. Все-таки она моя подруга, а ты мой брат. Мне неловко такое слушать.