Мой демон удачи - Саша Бездушная

— Не кипятись, милок, — старушка продолжала разбрызгивать воду. — Йод полезен для щитовидки. А демонам, между прочим, тоже нужны микроэлементы.

Варя смотрела на эту сцену, едва сдерживая смех. Гад, великий и ужасный, стоял в круге из йодированной соли, как рассерженный кот, которого заперли в переноске. Руны на его скулах пульсировали алым, а глаза метали молнии.

— Выпусти меня, — процедил он. — Сейчас же. А то пожалеешь, старая бабка.

— Не могу, — Клавдия Степановна покачала головой. — Ритуал уже начался. Если я сейчас прерву, будет выброс энергии. Может, даже взрыв.

— Какой взрыв?!

— Небольшой. Комнату разнесёт, не больше.

В этот момент в дверь постучали. Все замерли.

— Клавдия Степановна! — раздался голос Сан Саныча, философа из третьей комнаты. — У вас там что, вечеринка? Я слышал крики! Можно к вам?

— Нельзя! — крикнула Клавдия Степановна.

Но было поздно. Дверь распахнулась, и на пороге возник Сан Саныч собственной персоной. Он был, как обычно, слегка навеселе, в мятом пиджаке и с бутылкой кефира в руке. Его мутный взгляд обвёл комнату, наткнулся на пентаграмму, на соляной круг, на Гада, стоящего в центре с выражением вселенской ярости, и на Клавдию Степановну с пульверизатором.

— О! — философ просиял. — У вас тут спиритический сеанс! Я обожаю спиритические сеансы! Можно я с вами?

— Нельзя! — уже крикнули все трое.

Но Сан Саныч, как истинный философ, не привык обращать внимание на запреты. Он шагнул в комнату, поскользнулся и, взмахнув руками, влетел прямо в соляной круг. Точнее — сквозь него. Соляная линия, вспыхнув последний раз, погасла, и круг разомкнулся.

А потом Сан Саныч чихнул.

Это был не просто чих. Это был чих такой силы, что свечи погасли, пульверизатор выпал из рук Клавдии Степановны, а сам философ, потеряв равновесие, рухнул на алтарь, уронив иконы, статуэтки и банку с каким-то подозрительным порошком, который, упав, рассыпался по полу зелёным облаком.

— Апчхи! — сказал Сан Саныч. — Извините. У меня аллергия на лаванду.

В комнате повисла тишина. Клавдия Степановна смотрела на разгромленный алтарь. Гад смотрел на разорванный круг. Варя смотрела на всех по очереди, не зная, смеяться или плакать.

— Ритуал сорван, — констатировала старушка. — Я же говорила, что нельзя прерывать.

— Я тебя предупреждал, — Гад вышел из круга, отряхивая с одежды остатки соли. — Никогда. Не доверяй. Ведьмам.

— Я не специально! — воскликнула Клавдия Степановна. — Это всё он! — она ткнула пальцем в Сан Саныча, который уже успел устроиться на стуле и открыть кефир.

— А что я? — философ пожал плечами. — Я просто зашёл. А вы тут магией занимаетесь без меня. Нехорошо.

— Ладно, — Варя поднялась. — Ритуал не получился. Но вы сказали, что знаете, как снять привязку, даже без ритуала. Вы можете объяснить?

Клавдия Степановна вздохнула и поправила платок.

— Могу, — сказала она. — Но тебе не понравится.

— Почему?

— Потому что привязка ваша — она не только от ритуала, девочка. Она кармическая. Ты и твой демон — вы связаны не просто словами. Вы связаны прошлыми жизнями. Чтобы разорвать эту связь, нужно не просто снять проклятие. Нужно, чтобы один из вас простил другого за то, что случилось тогда. В прошлой жизни.

— В прошлой жизни? — Варя нахмурилась. — Вы опять про это?

— Да, — старушка кивнула. — И пока ты не вспомнишь, что между вами было, и не простишь его, или он тебя, вы будете вместе. Привязаны. Навсегда. И он понемногу, потихоньку умрет.

— Я не верю в прошлые жизни.

— А придётся, — Клавдия Степановна вдруг стала очень серьёзной. — Потому что иначе вы оба погибнете. Твоя удача, вернее её отсутствие, убивает его. А без него ты снова станешь ходячей катастрофой. Тебе это надо?

Варя замолчала. Она посмотрела на Гада. Он стоял у окна, спиной к ней, и смотрел на улицу. Его плечи были напряжены, руки сжаты в кулаки. Он молчал. Но в этом молчании было больше слов, чем в любом разговоре.

— Я... я подумаю, — сказала Варя. — Спасибо за попытку.

— Не за что, — Клавдия Степановна махнула рукой. — Приходите, когда надумаете. Только в следующий раз нужно без посторонних, — она покосилась на Сан Саныча.

Они вышли из комнаты Клавдии Степановны и направились к себе. Варя хотела обсудить услышанное, но Гад шёл молча, и она не решалась заговорить. Что-то в его молчании было пугающим. Он словно закрылся, отгородился невидимой стеной.

— Гад, — начала она, когда они вошли в комнату. — Может, всё-таки...

— Тихо, — перебил он, поднимая руку.

— Что?

— Слушай.

Варя прислушалась. Сначала ничего не было слышно, кроме обычного шума хостела. Где-то работал телевизор, на кухне гремела посуда, Сан Саныч декламировал стихи. Но потом она услышала другое. Звук моторов. Несколько машин. И они приближались.

— Шрам, — произнёс Гад. — Все таки надо было оставаться в гаражах.

Глава 12. Река

Глава 12. Река

— Как?! Мы же были осторожны!

— Видимо, недостаточно, — он распахнул дверь и выглянул в коридор. — Уходим. Сейчас.

Они бросились к чёрной лестнице. Но было поздно. Снизу уже доносились крики и топот. Люди Шрама ворвались в хостел.

— Наверх! — скомандовал Гад, и они побежали к пожарной лестнице.

Они выскочили на крышу. Холодный ветер ударил в лицо. С высоты трёх этажей было видно, как вокруг хостела паркуются чёрные внедорожники, из которых высыпают люди в тёмной одежде. У некоторых в руках было оружие. Они шли в хостел

— Там мотоцикл! — Варя показала вниз. «Урал» стоял у черного входа, припаркованный рядом с мусорными баками. — Если мы спустимся...

— Они нас заметят, — Гад покачал головой. — Нужен другой путь.

Он огляделся.

— Есть идея, — сказал Гад. — Но тебе не понравится.

— Мне никогда