Девяносто девять дней в "Сантосе" - Юлия Поспешная

— Она не любит, когда её так называют! — голос Кости прозвучал резко и явно громче, чем следовало.

Все за столом перевели удивленные взгляды на Стрельцова. Даже Инна подняла ошарашенный взор на своего (или не своего?!!) парня.

Я и сама поймала себя на том, что пораженно гляжу на Костю, который сжигает неприязненным взглядом Ростислава.

— Ладно, — пожал плечами Ростислав с легкой ухмылкой, — буду знать.

Он взглянул на меня, я поймала его взгляд.

— Лана, — он кивнул мне, — так даже красивее.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Взгляд Кости стал более свирепым, а Инна, напротив, выглядит совсем беспомощной. Все остальные за нашим столом пребывалив смятении, на лицах застыла настороженность.

— Так, что? Лана теперь дрессировщик Сореля? — спросил Ростислав, когда Марго, отлучившись, принесла ему заказанную выпивку.

Вопрос был задан всем, но парень смотрел только на меня. Я, в свою очередь, отпивала аделантадо, и смотрела куда угодно, только не отливающие металлом и льдом глаза Ростислава. Мне было неловко, мне казалось, его нахальный взгляд, словно, раздевает меня или вообще видит через одежду.

— Мы на это надеемся, — пожав плечами, ответил Игнат.

— Во всяком случае между ними уже установился заметный контакт, — заметила Яна.

— Надо же, — вальяжно протянул Ростислав, не отводя от меня взгляда. — Но, старика Сореля можно понять. Тяжело сопротивляться природному очарованию.

От этих слов я закашлялась, и сидевший рядом Тито заботливо постучал меня по спине.

— Откуда ты Лана? — спросил меня Ростислав.

— Она из Москвы, — снова встрял Костя.

— Я и сама могу ответить, — бросив взгляд на Стрельцова ответила я.

Парень изменился в лице. Господи, да что он так бесится?! Ничего не понимаю! То он преподносит мне романтические прогулки по вечернему городу, то бегает успокаивать взбалмошную Инну, то ненавидит парня, который уделяет мне внимание. Что творится в голове у Кости? Чего он вообще хочет?!

— Из Москвы, значит? — переспросил Ростилав.

— Да, — кивнула я, поймав себя на мысли, что размеренный и немного властный голос Ростислава одновременно вызывает беспокойство и приятное волнение.

А ещё я вдруг поняла, что меня одолевает странное желание понравится Ростиславу. Я не могу этого объяснить, тем более, что мне самой явно нравится именно Костя. Может быть я хочу, чтобы он ревновал? Неужели я правда такая? Я вкратце пересказала Ростиславу историю о том, как оказалась в Анапе и о своем уже принятом решении остаться на работу в дельфинарии.

— Твоя мать очевидно будет против, — заметил Ростилав.

— Скорее всего, — вздохнула я.

— Я могу с ней поговорить, — заметил Игнат.

— Спасибо, но будет лучше, если я сама ей всё расскажу, — покачала я головой.

— Как знаешь, — согласился Игнат.

— А где ты планируешь остановится? — спросил Ростислав.

И тут я увидела, как Костя снова напрягся.

— Я уже подумала об этом, — встряла Яна и посмотрела на своего мужа. — Я договорилась с Евдокией и Герасимом, они приютят нашу новую сотрудницу.

Она улыбнулась и добавила с хитринкой в голосе:

— Почти бесплатно.

— Почти? — переспросила я.

— Если что, — заметил Ростилав, — я могу предложить апартаменты любого качества… и совсем бесплатно.

Я взглянула на него. Сейчас мне не понравилось, как он говорил. В его голосе звучало неприкрытое превосходство и надменность. Без слов было понятно, по манерам, взгляду, дорогим часам и ботинкам, что Ростислав богат. Или, что более вероятно, богаты его родители.

— Спасибо, но я бы попробовала вариант Яны, — ответила я.

Ростислав чуть вскинул брови, его губы тронула неуверенная улыбка.

Ничего, пусть не думает, что может сверкать передо мной наличием денег и тем самым «купить» меня. На таких избалованных мальчиков-мажоров я вдоволь насмотрелась в Москве.

Все или большинство из них эгоцентричные и избалованные наглецы, привыкшие на всё смотреть с позиции покупателя.

Пошёл на фиг! Со мной всякие фокусы вроде дорогих тачек, отелей и украшений не прокатят!

Мое расположение к Ростиславу серьёзно подтаяло, а необъяснимое желание получить его расположение начало стремительно иссякать.

Напряженную и неловкую обстановку за столом разрядил Айдан, который сделал музыку по громче и пригласил всех вниз, развеется на танцплощадке.

Там, внизу, под светящимися гирляндами уже отплясывали несколько посетителей «Оаху». Звучали ритмичные латиноамериканские мотивы, под которые уже с видимым удовольствием танцевали несколько пар. Я была удивлена, что люди похоже приходят в «Оаху», как раз ради того, чтобы потанцевать. На некоторое время бар в маленьком южном городке превращается в маленькую Аргетину, с её традиционными танго и чакарера. Вот уж не ожидала, обычно на наших курортах в барах крутят всякую попсу типа «Седой ночир», дурацкий рэп (с матами) или бандитский шансон а-ля «Владимирский централ».

А тут, мне самой захотелось потанцевать зажигательные латиноамериканские танцы, хотя я и не сильно умею, если честно.

— Составишь компанию? — рядом прозвучал знакомый, глубокий и текучий голос Ростислава.

Я обернулась на него, он стоял рядом со мной, протянув широкую ладонь. Я задержала взгляд на его узловатых длинных пальцах и выступающих через кожу венах на локте. Взгляд у Ростислава был уверенный, я бы даже сказала наглый и повелительный.

Что-то дрогнуло у меня в груди, и я положила свою руку в его тёплую, чуть шершавую ладонь. Одновременно я заметила пронзительный и свирепый взгляд Кости, устремленный в нашу сторону. Стрельцов держал за руку Инну, они ждали, когда закончится музыка, чтобы вступить в танец.

Ростислав ждать не стал, он ринулся вперёд и увлек меня за собой.

— Постой… — выдохнула я, когда он вытянул мою правую руку в сторону и положил свою свободную руку на мою талию. — Я... я не слишком умею…

— Я тебя научу, — он подмигнул мне и сверкнул соблазнительной улыбкой, — просто доверься мне.

— Я тебя даже не знаю, — выдохнула я.

— Пока не доверишься так и не узнаешь, — парировал Ростислав.

Он танцевал великолепно. И вёл партнёршу, то есть меня, умело и уверенно.

Я несколько мгновений чувствовала себя смущенно и скованно в танце, но затем поддалась и доверилась Ростиславу.

— Я бы никогда не подумала, что ты умеешь так танцевать, — заметила я, когда музыка закончилась.

— Почему? — глаза Ростислава чуть сузились.

Глядя на него снизу-вверх, и стоя почти вплотную к нему, ощущая взбудораженное напряжение в его теле, я сама чувствовала смущение и неловкость.

В Ростиславе удивительным образом сочетались две стихии, две противоположности: промёрзлый нерушимый лёд и бурлящее под ним губительное пламя. Притягательная харизма и властный, жесткий характер. В то время, как Костя явно был мечтающим романтиком и слегка инфантильным джентльменом.

Но, наверное, именно это во многом и притягивало меня к Косте. В нем не было ни капли