Девяносто девять дней в "Сантосе" - Юлия Поспешная

Я слушала с неослабевающим интересом. Во-первых, мне хотелось, как можно скорее постичь все знания и премудрости, необходимые сотруднику дельфинария «Сантос», а во-вторых Фанг действительно рассказывал очень интересно.

Я, лично, не знала, что у осьминогов настолько развиты вкусовые рецепторы, что эти существа способны использовать их так же эффективно как, например, зрение.

А ещё Фанг рассказал мне, что первые осьминоги появились ещё аж в мезозое.

Мы закончили убираться где-то к одиннадцати часам. То есть уборка одного резервуара заняла больше двух часов. Недурственно.

После осьминогов Фанг перепоручил меня Борису.

— Привет, — парень легко сжал мою руку и повёл за собой. — сейчас будем кормить зубастых красавиц.

— Ты про акул? — с опаской и интересом спросила я.

— Неа, — хитро улыбаясь ответил Борис, — про Serrasalmus.

— Э-э… что? — спросила я. — Я не понимаю латынь…

— Ты же будущий врач, — с неожиданной серьёзностью произнёс Борис на ходу. — Во всяком случае у нас тут без латыни никак. Придётся выучить…

— Ладно, — вздохнула я.

К тому, что латынь нужна будет в дельфинарии жизнь меня не готовила.

— Да расслабься, — вдруг засмеялся Боря, — я тоже ни хрена не знаю эту латынь. Просто ты такая красотка и я хотел перед тобой понтануться.

— А-а… — я выдавила из себя улыбку и изучающе оглядела Бориса с головы до ног.

Он был высокий и мускулистый, с бородой и татуировками на руках и спине. Вроде бы взрослый брутальный мужик… но шутит и ведёт себя, как девятиклассник. Это нормально?

— Serrasalmus — это латинское название пираний.

— Пираний?! — громче, чем нужно воскликнула я.

— Ты их боишься? — спросил Борис.

— Ну, как тебе сказать… — замялась я. — Столько фильмов про них, как они в море на людей нападают…

— Это всё чушь, — отмахнулся Борис. — Пираньи исключительно пресноводные, в море они жить не могут.

— То есть они живут в реках и озёрах?

— В реках, чаще всего, — кивнул Борис. — Кстати, в странах Южной Америки, пастухи, когда перегоняют скот через реку, обычно отдают на съедение пираньям одно животное. Чтобы остальные могли перейти.

— Какой ужас! — воскликнула я. — Зачем вы вообще их держите?

— Это не ужас, просто природа, — пожал плечами Борис. — Кстати, если наши волки называют «санитарами леса», то пираньи, по сути, «санитары рек». Они в первую очередь пожирают всякую падаль ну и больных, ослабевших животных.

— Это жестоко! — воскликнула я.

— Это эффективно, — Боря поднял правую руку с оттопыренным большим пальцем.

Я не была уверена, что хорошо отношусь к Борису. Его мышление меня слегка настораживало.

Он остановился возле синей металлической двери и, толкнув её, вошёл внутрь.

— Проходи! — крикнул он из помещения.

Я зашла следом и оказался в огромном зале с белыми кафельными стенами. В центре зала, под решеткой располагался сам резервуар, а по периметру вокруг него был прорезиненный пол.

— Тебе выпала честь покормить сегодня этих красоток, — сказал Борис, доставая из пластиковых контейнеров полиэтиленовые мешки с мясом.

Когда я подошла, он вручил мне парочку таких мешков, а сам пошел открывать решетку.

Часть решетчатого покрытия отъехала в сторону и моему взору предстала зеленовато-серая вода бассейна, в котором обитали жутковатые рыбины. Но пока я не видела не одной. Я чуть наклонилась вперёд, пытаясь что-то рассмотреть в водной, довольно мутноватой пучине.

— Э! А вот так делать не стоит! — крикнул мне Борис. — Были случаи, когда пираньи выпрыгивали из воды!

Я тут же отпрянула назад.

— Они могу вцепится в лицо?! — ужаснулась я.

— Нет, — поморщился Борис, — но могут напугать, и ты свалишься в воду… А стая пираний за минуту способна обглодать корову.

Он посерьёзнел.

— Я не шучу.

— Буду знать, — нервно сглотнув, ответила я.

Тут я увидела в воде движение и тут же швырнула в воду кусок мяса.

Но выплывшая на поверхность рыба быстро ушла вниз и скрылась на глубине.

— А почему она не стала есть?

— А ты бы стала есть, если бы в тебя швырнули блюдом размером с половину твоего тела? — усмехнулся Борис. — На самом деле эти рыбки очень трусливы по одиночке, а кровожадными и агрессивными бывают только в стае. Подожди, пока их на поверхности станет больше.

— Хорошо, — кивнула я.

Я ощутила скользящее внутрь меня опасливое чувство. Меня не покидала пугающая мысль о том, что будет с человеком, который оступится и рухнет в воду, к пираньям.

Я побросала в воду новые кусочки мяса, когда увидела, как на поверхности рыб стало куда больше.

Пираньи поглощали пищу почти мгновенно. Не успевали кусочки мяса падать в воду, как стая рыб, похожая на какое-то гигантское водяное бесформенное чудовище, за доли секунд поглощали их.

— Отлично! — похвалил меня Борис. — В следующий раз справишься сама.

Я улыбнулась ему и подбросила пираньям ещё еды.

— Всё, пока им достаточно, — решил Борис и закрыл решетку.

После пираний, мы покормили акул, среди которых Борис показал мне маленьких акулят. Бо-оже… какие же они были забавные!

— Забавные?! — усмехнулся Борис, услышав от меня этот эпитет. — Подожди, пока они вырастут! Будут, как их родители!

Он указал на пару Галапагосских акул, которые плавали рядом со своими детёнышами.

— Они опасны для человека? — спросила я.

Борис кивнул.

— Скорее да, чем нет. Случаев нападения не много, но человек привлекает их, и они очень любознательны. Кстати не маши сильно руками, когда стоишь у воды. Это больше их привлекает — взмахи и движения человеческих рук.

— Поняла, — кивнула я и отошла от края аквариума акул.

За этот день я увидела больше акул, чем за всю свою жизнь. И даже стала свидетелем самых настоящих родов, под наблюдением доктора Тито. Правда долго любоваться нам он не дал и прогнал нас.

— Это интимное дело! Нечего тут цирк устраивать! — проворчал Тито Бессарионович.

Пристыженные мы покинули помещение аквариума с роженицей-акулой.

— Он души не чает в наших питомцах и уважает больше людей, — хмыкнул Борис.

Он проводил меня к аквариуму, где обитали афалины — так называется самый распространенный вид дельфинов.

Там я встретила Костю и Сашу. Сначала, при виде Стрельцова, мое сердце радостно и взволнованно подпрыгнуло. Я не смело улыбнулась ему, но Костя, сухо поздоровавшись со мной сказал Саше:

— Я пойду проверю, как там карликовые касатки, а ты введи нашу новую… сотрудницу в курс дела.

Я разочарованно и грустно глядела на него, но Костя больше не удостоил меня своим взглядом и просто прошёл мимо.

Я обернулась ему вслед и вздрогнула, когда он хлопнул дверью.

Ничего не понимаю. Чем я его так обидела? Он же сам вчера сказал… Или… или я