Вне себя - Елена Букреева

в ответ показываю ей знак «окей» пальцами. Недолго думая, она достаёт телефон, показывает сообщение Боре, и тот первый раз за эти несколько дней усмехается. А через секунду мой телефон брякает оповещением. На экране всплывает сообщение с десятком смайликов жениха и невесты. Господи. Она ждала целую вечность, чтобы отправить это.

Но, признаться честно, в душе сейчас бушует такая радость, которую не омрачает даже влетевший в аудиторию препод по геологии. Он, облаченный во все чёрное и с давних времен гордо носивший прозвище «Грю» из-за схожести с персонажем из «Гадкого я», встаёт к кафедре и хватает журнал, начиная перекличку.

Что ж, остаётся верить, что эти полтора часа пролетят незаметно.

А как иначе, ведь всю пару по геологии мне предстоит во всех красках представлять нашу с Никитой свадьбу?

* * *

Кто бы мог подумать, что один короткий разговор с объектом твоего обожания может так сильно тебя воодушевить?

И этой радостью мне почему-то хотелось поделиться не со своими лучшими друзьями, а с тем, благодаря кому этот разговор состоялся.

Для этого, правда, пришлось задержаться после пар и найти самый тёмный и безлюдный коридор. Место, где мне не придётся делать вид, будто я говорю по телефону.

— Влад, — шепчу я, оглядываясь по сторонам в крыле, где раньше был музей зоологии.

Здесь даже шёпот эхом отбивается от стен, а пыль намертво припла к подоконникам. Лампочка еле светит и нет ни одной живой души, но чуть дальше, у лестницы, ведущей в более оживленную часть универа, стоит небольшая группка студентов.

— Влад, ты тут? — я снова озираюсь и прикусываю губу, пряча улыбку. — Представляешь, у нас получилось. Никита был таким милым со мной. Что нам делать дальше?

— Нет! — вдруг вскрикивает женский голос из той компании, что стоит неподалёку, и я слышу недовольное шипение кого-то, кто только что дёрнул девушку за руку.

Страх толкает в спину. Я замираю на месте, не зная, что делать — броситься этой девушке на помощь или позвать кого-то, кто точно поможет дать отпор? Но вместо этого я поступаю, как последняя трусиха — прижимаюсь спиной к стене и подхожу чуть ближе, вглядываясь в силуэты студентов. Пепельные волосы девушки, стоящей ко мне спиной и отпихивающей от себя чью-то руку, кажутся мне знакомыми, но затем я перевожу взгляд на тех, кто возвышается над ней, и все встаёт на свои места.

Это же Дима, та блондинка и другие друзья Влада.

Теперь обстановка не кажется такой опасной, но на всякий случай я не спешу уходить. Зачем они там притаились? Явно обсуждают что-то, что не предназначено для чужих ушей.

Для моих тоже, но ведь это друзья Влада. Что, если они что-то знают об аварии?

— Ты несёшь бред. Я не верю, что кто-то мог поспособстовать этой аварии. Влада все любят, — девушка почти шепчет, но я все равно её слышу.

— Я тоже не верю, но сама посуди. Меня вызвали в участок, потому что я брал его тачку пару дней назад. И она была в идеальном состоянии. Только с ТО. И тут отказ тормозов. Прямо перед боем, — рассуждает Дима, нервно потирая шею.

Что-то внутри меня сжимается от осознания. Значит, полиция уже официально рассматривает версию умышленной аварии. Это то, о чем не хотел говорить Боря. Неужели у них есть подозреваемые? Судя по всему, первым из них и был Дима, раз уж накануне он брал его машину. Да уж, представляю, как это обидно, когда тебя подозревают в таком, особенно если учесть, что речь идёт о твоём лучшем друге.

— Влад рассказывал о том верзиле. Тим, кажется, — в разговор встревает другой парень. — Они даже ни разу не встречались на арене.

— Да причём тут этот Тим? — вспыхивает Дима, а затем чуть снижает тон. — Это явно кто-то из его клуба. Точит на него зуб, не хочет, чтобы Влад в очередной раз взял первенство. Вы вообще знаете, какие бабки там крутятся? Особенно на ставках. Надо просто понять, кому это выгоднее всего.

— В любом случае, полиция во всем разберётся, — блондинка вздыхает. — А потом Влад очнется...

— И посмотрит на вашу сладкую парочку, да, Мир? — язвительно комментирует парень, который все это время держался в стороне от этого спора.

Дима отворачивается от блондинки и делает шаг к своему другу — высокому парню в клетчатой рубашке.

— Повтори-ка?

— Это ты к чему сейчас? — блондинка, судя по всему, Мира, делает к нему шаг. — Если ты не в курсе, мы с Владом были просто друзьями. Я ему ничего не должна. Как и он мне. Особенно, когда развлекался с другими тёлками.

— Мне плевать, — отмахивается их друг. — Просто не надо говорить и вести себя так, будто он... будто... в общем, он выйдет из комы. Я уверен.

— А мы что, говорим, что это не так? — психует Дима. — Он мой лучший друг. И я хочу выяснить, что, черт возьми, случилось.

— Ладно, хватит вам, — Мира разворачивается, и я сильнее прижимаюсь к стене в надежде, что меня не увидят. — У нас сейчас Уголовное право. Карпович сожрёт, если мы опоздаем.

Меня тут же охватывает паника. Черт, черт, черт. Если они пойдут сюда, то я не смогу уйти незамеченной. Я озираюсь по сторонам, ища пути отступления и на ходу придумывая тысячи причин, по которым я торчу тут одна, прижавшись к стене. Но, к счастью, все четверо направляются к лестнице, возле которой они и стояли, и голоса их тут же стихают. Я выдыхаю, медленно выходя из своего укрытия.

Что это было вообще?

И где Влад, почему он не явился в такой важный момент?

В голове набатом стучат слова Димы об аварии. Он прав. Это точно выгодно кому-то из клуба Влада.

А что, если попытаться это выяснить?

Только эта мысль возникает в моей голове, как с губ машинально слетает смешок.

Ну и как, как я собираюсь это выяснить? Да и вообще, зачем мне лезть туда, куда я лезть не должна?

Влад — это просто призрак.

Или человек, застрявший между жизнью и смертью.

Но он не мой друг, не мой брат и даже не мой парень. Наш с ним уговор состоял лишь в том, чтобы я помогала ему не сойти с ума да выуживала информацию об аварии из Бори. Это правильно. Это безопасно. На такое я способна. И обмен вполне равноценный.

А те идеи, которые подкидывает мне сейчас мой обезумевший мозг, не имеют никакого права на существование.

Нет. Я на это не пойду.