Генерал, мы в разводе! - Максим Добров

— Значит, либо идет к Кире, либо хочет, чтобы мы так думали, — сказал Глеб.

Он открыл рот, и по движению нижней челюсти я поняла: внутри уже готова речь о том, почему мне следует остаться в клубе. Глеб остановился, медленно выдохнул и спросил иначе:

— Что тебе нужно, чтобы поехать безопасно?

Я не сразу ответила.

— Ты не собираешься запретить?

— Собираюсь. У меня даже есть убедительная речь с большим количеством глаголов повелительного наклонения. — Он провел ладонью по затылку, не скрывая раздражения на самого себя. — Но ты все равно поедешь. Я не хочу, чтобы твое решение снова стало побегом от меня.

— Нужна машина, которую не связывают с нами, чистый телефон, доступ к камерам вокзала и подтверждение, что возле Киры нет людей Марка. Юрист остается с агентством. Если появится официальный вызов, я дам показания и не буду скрываться.

— И ты сообщаешь мне план до того, как полезешь в опасное место.

— А ты не подменяешь обсуждение приказом, если по нам прямо сейчас не стреляют.

Он кивнул, хотя по лицу было видно, насколько ему не нравится весь список вместе с поездкой.

Телефон в моей руке завибрировал; номер оказался незнакомым, а сообщение — коротким.

«Вера, на флешке нет компромата. Это часть ключа от кошелька. Деньги я вывела со счетов отца и собиралась оставить себе.

Я использовала вас и Глеба, чтобы выбраться со свадьбы и получить защиту в дороге. Не горжусь этим, но иначе меня бы не выпустили.

Хотите услышать остальное — приезжайте по адресу. Вдвоем. Без полиции».

Ниже стоял адрес в Нижнем Новгороде.

Глеб прочитал сообщение через мое плечо. В его глазах одновременно появились злость, тревога и вопрос, который раньше уже превратился бы в решение.

— Что ты собираешься делать?

— Узнать, зачем женщине понадобилось красть свободу вместе с чужими деньгами.

Глава 16. Цена свободы

К указанному дому в Нижнем Новгороде мы приехали под вечер. Дождь только закончился, асфальт блестел под вывесками, а старое двухэтажное здание возле речного порта выглядело так, будто приличные арендаторы покинули его одновременно с надеждой на ремонт.

Глеб оставил машину за два квартала и несколько минут изучал отражения в витринах. Перед поездкой Белов сообщил, что седан Льва и один из внедорожников Марка еще днем вошли в город с разных трасс. Они тоже восстановили маршрут Алины или получили от нее приглашение, и от этого встреча перестала быть частным разговором задолго до нашего приезда.

— Мужчина в синей куртке третий раз проходит мимо аптеки, — сказал Глеб.

— Может, не умеет выбирать витамины.

На его лице на мгновение появилась усталая насмешка.

— Белов проверил периметр. Наблюдение будет на расстоянии, как потребовала Алина. Но гарантий нет.

— Их сегодня никто не раздает.

Мы пошли пешком. Дверь на втором этаже открылась прежде, чем я постучала.

Алина была без парика и макияжа, в сером свитере и темных джинсах. Под глазами легли тени, волосы она собрала небрежно, но испуганной невесты перед нами больше не было. Взгляд сразу скользнул к карману Глеба.

— Флешка у вас?

Ни приветствия, ни вопроса о том, что сделал ее отец с моей репутацией.

— И я рада тебя видеть, — ответила я.

Она виновато моргнула, однако тут же снова собралась.

— Простите. Я не знала, приедете ли вы.

— Поэтому указала адрес и потребовала явиться вдвоем?

— Надеялась.

Глеб закрыл дверь и встал так, чтобы видеть лестницу и окно.

— Носитель получите после правды.

Алина сжала губы, но пригласила нас в дальнюю комнату. На столе стояли ноутбук, вода и дешевый телефон. В шкафу висела одежда, на подоконнике лежали новые сим-карты, а возле стены стояла дорожная сумка с кремовой коробкой свадебных туфель сверху.

— Ты сняла это место заранее, — сказала я.

— Месяц назад. Через посредника, наличными.

— Значит, Нижний был частью плана с самого начала.

Она кивнула. Большой палец тер светлую полоску на месте кольца, хотя украшения давно не было.

— Почему мое агентство?

Алина посмотрела на меня прямо, словно решила больше не тратить силы на красивую версию.

— Потому что вы умеете выводить женщин из домов, где их контролируют. И потому что были женой Глеба. Я знала, что он будет на свадьбе. Марк говорил, что без старшего брата церемония не начнется.

Лицо Глеба стало неподвижным.

— Вы рассчитывали, что я остановлю охрану.

— Я рассчитывала, что при вас они не посмеют силой вернуть меня от машины.

— И отдали мне флешку, чтобы сделать курьером.

Алина сглотнула. На щеках появились неровные красные пятна, но отрицать она не стала.

— Самым надежным из всех, кого я знала.

— А Веру сделали приманкой и готовым маршрутом.

— Я не ожидала стрельбы! — Она резко подалась вперед, и за сдержанностью впервые проступила паника. — Думала, отец перекроет ворота, Марк устроит скандал, возможно, вызовут полицию. Я не знала, что они готовы убивать.

— Но знала, что за носителем пойдут, — сказал Глеб.

— Знала, что попытаются отнять. Поэтому он был у вас, а код — у меня.

Я ощутила знакомую злость: человек снова решил, какую опасность я имею право знать, потому что иначе могла отказаться.

— Ты поступила со мной точно так же, как они поступали с тобой. Выбрала за меня правду, которую я выдержу, и назвала это необходимостью.

Алина опустила глаза. Пальцы на краю стола сжались, но оправдание так и не прозвучало.

— Да, — сказала она после паузы. — И мне нечем это исправить сейчас.

Не просьба о немедленном прощении, а признание последствий прозвучало впервые честно.

— Сколько денег? — спросила я.

— Около четырехсот миллионов рублей в криптовалюте по текущему курсу.

— Скромная сумма для нового телефона и аренды комнаты.

— Маленькие деньги дали бы мне