Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Царь был одет в костюм в полоску, как будто это была повседневная домашняя одежда, он крепко обнял Бэнни и похлопал его по спине, а затем бросился ко мне. От его объятий по моей коже поползли мурашки, его руки плотно прижались к моей пояснице, а его тяжелое дыхание коснулось моего уха. Когда он отпустил меня, он держал меня за руки, долго разглядывая мой наряд: на мне было облегающее красно—черное платье в сочетании с высокими кожаными сапогами.

Рука Бэнни опустилась на плечо Царя, заставляя его отступить назад, он игриво ухмылялся, но под этим скрывался зверь, ожидающий нападения.

— Ты хочешь сначала хорошие или плохие новости, приятель? — спросил Бэнни, отпустив его, крепко обхватив меня за талию и притянув к себе.

Царь нахмурился.

— Хорошие новости.

Бэнни достал свой телефон, открыл фотографию головы изготовителя подсвечников в коробке, которую Дэнни упаковал для нас, и протянул ему.

— Вот так. Он мертвее мертвого, как ты и просил.

Вздох облегчения вырвался из Царя, когда он смотрел на фотографию.

— Мы заставили его заплатить за предательство, — пообещала я, хотя черт его знает, страдал ли он. Зная Дэнни, скорее всего, да.

Светло—голубые глаза Царя поднялись и встретились с моими, похоть наполнила его взгляд.

— Ты была там? Это ты заставила его истекать кровью?

— Да, — хрипло сказала я. — Я окрасила себя в красный цвет.

— И сейчас? — вздохнул он, глядя на меня так, словно моего мужа не было рядом со мной.

Мне захотелось выколоть ему глаза и раздавить их под каблуком, но вместо этого я улыбнулась, словно мне было приятно его внимание. Мы должны были провернуть эту аферу сегодня, и Царь должен был оставаться сладким, как сахар, до тех пор, пока его деньги не окажутся в наших карманах.

— Вот плохие новости, приятель, — сказал Бэнни. — Эта утка не продается на рынке Свечником, он, должно быть, продал ее албанцам. И не просто албанцам, а гребаным кафшетам.

Бэнни рассказал мне все об этой жестокой банде, которая пользовалась в Лондоне жестокой репутацией. Он держал их под контролем Фирмы, они платили ежемесячный взнос, как и все остальные, но поскольку Царь об этом не знал, он не сомневался в том, что Бэнни не решиться преследовать их за эту утку.

— Блядь, — выругался Царь по-русски.

— Да. Так что мы в затруднительном положении, приятель, потому что я не могу послать своих людей за ними, это будет третья мировая война, мать ее. — Бэнни вздохнул, и я погладила его по руке, хмуро глядя на него.

— Понятно, — вздохнул Царь, выглядя расстроенным.

— Знаю, я позволил себе некоторую вольность, но я пошел и выкрутил руку своему другу по имени Ден Даззлер — он немного творит магию между бандами. Очень удобный гад, чтобы иметь его в рукаве. Так что он пошел и зарегистрировал тебя на сегодняшний аукцион. Я знаю, что это не много, приятель, но если ты действительно хочешь вернуть утку, боюсь, тебе придется за нее заплатить.

Царь красочно ругнулся по-русски, и я придвинулась ближе, понизив голос, когда заговорила с ним.

— Подумай о человеке, который тебя обидел. О том, что представляет собой эта утка. Она доказывает, что ты сильный человек, который победил своего врага. Ты показал ему, из чего ты сделан, когда уничтожил его и забрал то, что он у тебя отнял. Ты не можешь позволить этому бриллианту попасть в чьи—то недостойные руки.

Грудь Царя вздымалась от моей оценки.

— Полагаю, ты права. Деньги — небольшая цена за то, чтобы вернуть домой то, что принадлежит мне по праву, миссис Батчер. — Его взгляд переместился на меня, и у меня зачесалась кожа, когда я ответила ему похотливым взглядом. Вожделение, которое я испытывала, было сосредоточено на том, чтобы отрезать от него куски, пока он кричит о пощаде, но, конечно, ему не нужно было этого знать.

— Нам следует поторопиться, если ты хочешь получить его в свои руки, аукцион вот-вот начнется, — сказала я, и Царь яростно нахмурился.

— Я возмущен тем, что мне приходится платить, чтобы вернуть его, но, увы, я должен его получить, — сказал он. — Пойдемте, миссис Батчер, мне нужна удача красивой женщины рядом со мной, пока я делаю ставки. — Он протянул мне руку, и я взяла ее, позволив ему вывести меня из комнаты, пока Бэнни шел за нами. — Пойдем, Генри, — окликнул он своего человека, который побежал вперед с таким нетерпением, что немного споткнулся. — Я скучаю по Юрию, — пробормотал Царь себе под нос. — Чертов Интерпол.

Мы поддержали его слова, и я сдержала свое выражение лица, когда мы направились в офис с темным деревянным столом и старыми изданиями книг в книжных шкафах на стенах. Царь подвел меня к креслу в одном из углов, усадил меня на него рядом с собой, так что я оказалась почти у него на коленях, и его рука на мгновение потерла мое колено, пока Бэнни отвернулся.

Генри установил ноутбук между нами, а Бэнни занял место рядом с нами, зажег сигарету спичкой из своего спичечного коробка, как всегда, и глубоко затянулся. Его глаза загорелись, когда в них отразился горящий кончик сигареты, и я увидела монстра, который таился в нем, пока он наблюдал за Царем.

Царь надел очки для чтения и наклонился вперед, чтобы посмотреть на экран.

Я взглянула на Бэнни, чувствуя себя так, словно мы два зверя, вместе выслеживающие свою добычу, когда его губы скривила легкая улыбка.

— Следующий предмет в списке, — объявил Генри, когда на аукционе были сделаны ставки на рог носорога.

Ставки мелькали под фотографией товара, а когда товар был продан, победитель объявлялся на баннере на экране. Я подумала, как легко было бы выследить людей, торгующих слоновой костью таких красивых животных, как эти, и превратить их в добычу для своего собственного спорта, и мысленно пометила, чтобы позже предложить это Бэнни. В конце концов, у нас так и не было медового месяца.

— Пора вернуть домой мою сладкую любовь, — прорычал Царь, усаживаясь на свое место, когда на экране появилась фотография хрустальной утки вместе с толстым бриллиантом рядом с ней. Начальная цена была