Запретные игры - Виктория Вашингтон

Не то, чтобы я сильно надеялась на то, что она найдет оправдание и скажет, что это все глупая ложь. Но все же становится больно.

Да и ее слова не вяжутся. «Встречались» и «Длится уже несколько месяцев».

Они до сих пор вместе? Или нет?

— Почему ты молчала? Почему не сказала мне правду с самого начала? — мой голос содрогается. — Мы всегда доверяли друг другу, поддерживали в трудные моменты. Как ты могла сделать это со мной?

— Я боялась потерять тебя. Я не хотела, чтобы ты неправильно поняла. Чтобы не стала отговаривать, — Злата опускает глаза, ее голос трепетный, исполненным раскаянием.

Я откидываюсь на спинку стула и закрываю глаза, пытаясь осознать всю глубину происходящего. Внезапно, волнение сменяется неким чувством, что многое от её признания все равно не клеится в моей голове.

28

Я медленно открываю глаза и вновь фиксирую свой взгляд на Злате. Лавров, мысли о котором и ранее проникали в мое сознание, теперь начинают вонзаться в мою память. Я пытаюсь вспомнить каждый момент, каждый знак, который указывал на их связь. Но ничего не приходит в голову. Все это время Злата хранила эту тайну, и я не могу отрицать ощущения дикой обиды, что она сделала это сознательно.

Гнев начинает захлестывать меня, и я чувствую, как возникают желание кричать и рвать на себе волосы. Но я все же остаюсь сдержанной и немного стремлюсь понять, как я могу так легко быть преданной. Это ее решение — замолчать и продолжать встречаться с Лавровым. Именно она выбрала этот путь, игнорируя последствия.

Однако, вместо того чтобы обвинять ее или себя, я принимаю решение выяснить все до конца. Мы уже достигли определенной точки невозврата, и у нас нет другого выхода, кроме как разобраться во всех деталях. Я намерена найти правду, хоть и сомневаюсь, что это успокоит мою душу.

Слезы наполняют глаза, но я их сдерживаю. Внутри меня кипит смесь эмоций — разочарование, боль, гнев. Все это сплетается в клубок непонимания. Я не знаю, как я могу доверять ей после всего этого. Но вместе с тем, мне тяжело терять дружбу, которая казалась мне такой ценной и важной. Больше всего, я не хочу делать поспешные выводы и возможно сказать что-то, о чем пожалею позже.

Нам предстоит долгий и трудный разговор. И пусть эта правда может ранить, но она неизбежна. Я знаю, что я должна стоять на своем и стать сильнее, несмотря на всю боль, которую она нанесла мне. А в глубине души я борюсь с отчаянием — ведь я так надеялась, что наша дружба преодолеет любые испытания.

Злата продолжает стоять передо мной, готовясь к тому, что я произнесу дальше. Мне сложно сдержать слезы, но я знаю, что сейчас важно сохранить самообладание и выразить свои мысли четко и спокойно.

— Я действительно не ожидала такого от тебя, Злата, — произношу я тихим рассудительным голосом, стараясь сохранить эмоции под контролем. — Мы всегда доверяли друг другу и поддерживали в трудные моменты, а ты скрыла от меня такое важное и фундаментальное. Я не могу сказать, что делала бы или как отреагировала на это. Но это вовсе не значит, что нужно было молчать.

Злата поднимает на меня испуганный взгляд, ее голос звучит настолько слабо, что я едва различаю ее слова:

— Я понимаю, что это непростая ситуация, Дарина, и я готова принять любое твое решение. Я виновата и готова принять все последствия своего поступка.

Я смотрю на нее со сложной смесью чувств, не ища легкого выхода из этой ситуации. Вспоминая все наши общие годы и смех и слезы, вспоминая, как мы всегда поддерживали друг друга, я понимаю, что эта дружба имеет огромное значение для нас обеих. Я не могу просто откинуть все, но я тоже не могу просто так забыть об этом.

Я поднимаюсь со стула и переступаю через половину кабинета, приближаясь к Злате. В ее глазах я вижу смешанные чувства страха и надежды. В этот момент я осознаю, что эта ситуация — это искушение, испытание нашей дружбы, которое мы должны преодолеть вместе или разойтись навсегда.

Мне трудно подавить бурлящую ярость внутри меня, но я должна действовать сдержанно. Я беру эмоции под контроль, чтобы придать уверенности, и начинаю говорить с твердостью и обоснованностью в голосе:

— Злата, я не буду притворяться, что это легко для меня. Твое молчание и скрытность причинили мне боль и разочарование. Но в то же время, я понимаю, что люди совершают ошибки. Я бы, может, могла понять и закрыть на это глаза. Но как это сделать? Как? Если когда это коснулось напрямую моей жизни и безопасности, ты продолжила общаться с Лавровым? Дальше предпочла молчать. Теперь я понимаю, каким образом ты узнала, что он под домашним арестом.

Злата тихо слушает, дрожащим голосом пропуская слова сквозь слезы:

— Дарина, я искренне жалею об этом. Я понимаю ошибку, и я очень хочу исправиться. Я готова пройти через все трудности, чтобы вернуть твое доверие. Такого никогда не повторится.

Я пристально смотрю на нее, осознавая, что решение все равно будет нелегким.

— Знаешь, — тяжело вздыхаю и делаю паузу.

Злата поднимает глаза и смотрит на меня смешанными чувствами страха и надежды.

— Сейчас я не вижу никакого смысла продолжать наше общение, — слова даются тяжело. — Друзья точно так не поступают.

Обхожу её и выхожу из кабинета.

Делаю это с тяжелым сердцем, потому что и правда слишком ей дорожу.

Сложный день.

Только вот почему-то Давиду, который появился в моей жизни совсем недавно, я решила довериться, а Злату, с которой с детства вместе, оставить позади.

Странные решения приходят в мою голову.

29

Пока я иду по коридору, сердце у меня стучит сильнее, как будто уговаривая меня совершить обратный поворот и вернуться к Злате. Но я знаю, что противоречие между тем, что она сделала, и тем, как я себя чувствовала, слишком велико. Я не могу простить предательство и игнорирование моих чувств.

В уме я перебираю все те моменты, которые объединяли Злату и меня, и каждая эмоция превращается в боль и горечь. Я не хочу принимать такое решение. Я не желаю терять ее в своей жизни. Но как продолжать общаться с человеком, который осознанно предает тебя?

Когда я закрывала дверь кабинета,