Запретные игры - Виктория Вашингтон

На самом деле скрываю легкий укол разочарования. Мне хотелось чтобы он как-то иначе ответил на этот вопрос.

Не знаю, как именно. А если даже и знаю, то даже сама себе в этом признаваться ни имею ни малейшего желания.

— Выкладывай, — внезапно говорит Давид. — Что уже случилось?

— Ты о чем? — округляя глаза, спрашиваю я. — Что должно было случится?

— Это я у тебя узнать хочу, — окидывает меня пристальным взглядом.

— Не знаю, о чем ты, — отрицательно качаю головой.

Уже успеваю передумывать заводить этот разговор.

Может, лучше завтра?

Да, точно. Будет идеально.

Концентрируюсь на том, как снег хрустит под ногами, и делаю вид, что сверлящих взглядов Давида вовсе не замечаю.

— Не юли, Дарина, — хмурится он. — Твоих вздохов и попыток начать разговор только тупой не заметит. И то вряд ли.

Да не было ничего подобного. Не было же?

— Да чего ты пристал, — возмущаюсь я. — Мы уже пришли, — облегченно заявляю, когда вижу свой подъезд. — И мне очень срочно нужно домой. Как-то не очень хорошо себя чувствую.

Пытаюсь двинуться в сторону подъезда, но Давид не дает мне этого сделать.

Перехватывает мою ладонь.

Замираю на месте. Тело всегда странно реагирует на его касания. Может быть, потому что я вообще не привыкла, чтобы меня кто-то трогал?

— Очень удобно спекулировать на своем состоянии, правда? — Давид тянет губы в ухмылке. — Нужно было это делать, когда тебе действительно было плохо. Но точно не сейчас.

Вот же прилипала. Неужели нельзя просто спокойной дать мне уйти? Видит ведь, что я не горю желанием говорить.

Нужно ему было начинать допрос? Если бы не это, я бы смогла найти подходящий момент и спросить сама. А так он только усложняет все. Мне теперь жутко неудобно и вообще не хочется ничего говорить.

Может, стоит просто выбрать себе другую пару?

Интересно, Нинаида Львовна позволит изменить заявку?

Хотя, тоже не самый лучший вариант.

Ее ведь разорвет от радости, что оказалась права и Немиров не захотел со мной танцевать.

Такой радости для нее точно допустить не могу.

У нас за мои школьные годы уже какие-то личные счеты, которые ощущается с каждым годом все отчетливее.

Причем, и с моей, и с её стороны.

Едакая пламенная неприязнь.

— Ладно, — согласно киваю головой. — Станцуй со мной вальс на конкурсе.

Он уставился на меня так, будто я задаю ему самый неловкий вопрос в мире. Я моментально чувствую, что разочарование снова накатывает на меня, но на этот раз я решаю не отступать.

— Пожалуйста? — мой голос звучит неуверенно, но я стараюсь придать ему убедительность.

Давид задумывается на мгновение и медленно переводит с меня взгляд куда-то в сторону, пока я с него не свожу не на секунду. Его лицо искажается от замешательства, а я пытаюсь уловить хоть что-то в его взгляде, что может указывать на малейшую вероятность его согласия.

— Ладно, попробуем, — наконец произносит он, и мой внутренний голос буквально кричит от радости.

Что? Мне не послышалось? Он правда согласился? Так просто?

Поверить не могу.

— Только есть одна проблема, — он приподнимает брови.

— Какая? — спрашиваю я, потому что других проблем уже не вижу.

Это была основная — выудить его согласие. Остальное уже кажется сущим пустяком.

Ну, естественно, если не брать в расчет весь тот апокалипсис, который в целом творится в моей жизни.

— Я, в отличии от тебя, не занимаюсь танцами, — невесело заявляет Немиров. — Уверена, что хочешь танцевать именно со мной?

— Конечно, — киваю головой. — И это не проблема. У нас целая неделя впереди. Я научу тебя. Тем более, у нас выпускной класс. Тебе так или иначе придется учить вальс. Лишним не будет.

— Будь готова, Дарина, — приподнимает уголок губ в улыбке.

— К чему?

— Я очень плохой ученик, — разводит руками Немиров. — Береги свои нервные клетки.

— Не переживай, — тоже тяну губы в улыбке. — Я настолько дотошный учитель, что ты выучишь танец за один день, лишь бы больше не пришлось это продолжать.

— Не думаю, — уверенно заявляет он, внимательно окидывая меня взглядом.

— И не нужно, — легко соглашаюсь я. — Сам в зтом убедишься.

— Ладно, — не спорит он. — Можно вопрос?

— Вообще что угодно, — звучит достаточно смело, но я сейчас настолько искренне рада его согласием, что даже не задумываюсь об этом.

— Почему ты хочешь танцевать именно со мной? — этот вопрос звучит совершенно внезапно, я не успеваю к нему подготовиться.

И смотрит Немиров на меня так внимательно, что мурашки по коже. Будто бы мой ответ для него действительно важен.

— Ну как же, — закусываю губу, потому что даже не знаю, что должна ответить. — Ты ведь мой парень, — выдаю с смешливой интонацией.

Но, кажется, Немирова ответ устраивает.

Он кивает каким-то своим мыслям, которые я не могу прочесть.

— Хорошего вечера, Дарина, — он приближается слишком неожиданно и оставляет легкий поцелуй на моей щеке. — Напиши когда и где, и начнем тренировки.

Он не ждёт моего ответа.

Разворачивается и уходит.

И это хорошо, потому что я сейчас ни слова вымолвить не способна.

Замираю посреди улицы, наблюдая за его удаляющейся спиной и ощущая жар на щеке, куда пару секунд назад коснулись его губы.

32

Я отстраненно наблюдаю за Немировым, чувствуя, как сердце бьется сильнее, чем обычно. У меня полная уверенность, что это был не случайный поцелуй на прощание, а что-то большее. Я не могу отделаться от этой мысли, и она затмевает все остальное в моей голове. Все сомнения и тревоги таятся на заднем плане, сменяясь неопределенной надеждой на то, что между нами возникает что-то особенное.

Хотя стоп, черт возьми! Что значит надеждой? Нет. Точно нет. Даже близко ничего подобного.

Я стою на улице, ощущая, как сердце бьется у меня в груди. Всякий раз, когда я вижу его или он меня касается, мои эмоции превращаются в настоящую мешанину. Чувствую, как мое лицо засияло ярким румянцем, и я не могу удержать улыбку, которая расцветает на моих губах.

Он захватил мое воображение с первого мгновения, когда я его увидела. Такой самоуверенный и загадочный, он просто притягивал к себе взгляд и всегда чертовски пугал только одной своей энергетикой. Но несмотря ни на что, я себя не считала человеком, способным вызвать его интерес. Я всегда думала, что такие парни не обращают на таких девушек, как я, никакого внимания.

Но теперь все изменилось? Он хочет танцевать со мной, стал моим, хоть и не настоящим, но парнем.

Я вытаскиваю телефон из сумки, пока на уголках