Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2 - Лина Калина

Элкатар медленно кивнул. Тень улыбки скользнула по его губам. Он поднял руку, нежно стирая багряную жидкость с моей щеки.

— Я лишь направил твою силу, Нэтта, — прошептал он. Его голос звучал теперь низко и хрипло. — Это лишь малая часть того, на что мы способны. Наша связь — она сильнее всего на свете.

Он говорил так, словно мы всегда будем вместе. Сладкое, пугающее предвкушение пронзило, но я тут же отмахнулась от него. Этому не бывать. Рано или поздно нам придётся идти каждому своей дорогой.

— Нам пора. Мы и так задержались. И здесь был такой выброс энергии, что...

— Никто не придёт, — прервал меня Элкатар. — Я позаботился об этом. Поставил блокирующую руну.

— Тогда… мне нужен душ, — пробормотала я, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Вода… и время подумать. А потом я должна заглянуть к Алассару.

Элкатар наклонил голову, разглядывая меня с прищуром.

— Боюсь, тебе сначала лучше разобраться со своей внешностью, — протянул он, и уголки его губ едва заметно дрогнули.

Я резко отпрянула от дроу, словно от удара.

— Что не так с моей внешностью?!

Внутри всё похолодело. Неужели кровь паука вызвала какую-то ужасную реакцию? Лихорадочно ощупывая лицо, я искала опухоль, язвы… или нечто ещё более страшное.

— Прекрати темнить, — прошипела я, пытаясь сохранить хоть какое-то спокойствие. — Говори, что со мной случилось?

Элкатар рассмеялся — низкий, бархатистый звук отозвался мурашками на коже.

— Хм, с чего бы начать… — Он театрально прикоснулся к подбородку, разглядывая меня с притворной задумчивостью. — Скажем так, теперь ты точно не затеряешься в толпе. И, должен признаться, мне это даже нравится. Впрочем… тебе лучше увидеть всё самой.

Он щёлкнул пальцами, и между нами возникла мерцающая стеклянная сфера.

Я замерла, встретившись взглядом со своим отражением.

Глава 18

Первые пять минут я просто пялилась на своё отражение, пытаясь хоть как-то осмыслить увиденное.

Из зеркальной сферы смотрела… я. Почти. Если не считать густой жижи, облепившей лицо. Глаза, к счастью, остались прежними, да и кожа под этой гадостью казалась нормальной.

Наконец, ко мне вернулась способность говорить.

— О нет! — выдохнула я, хватаясь за голову. — Какой кошмар!

Мои пальцы запутались в знакомой копне волос, но вместо привычных каштановых прядей под ними горел ярко-фиолетовый пожар.

Словно я только что сбежала из модной лавки госпожи Бобо, где эта безумная особа в припадке вдохновения использовала меня в качестве холста для своих экспериментов с бытовой магией.

— Почему, скажи на милость, мои волосы ФИОЛЕТОВЫЕ?! — взорвалась я, с ужасом глядя на Элкатара. — Это ты виноват!

— Я? — он вопросительно приподнял бровь, рассеивая зеркальную сферу. — Нет, не совсем я. Возможно, это побочный эффект от слияния нашей магии.

— Побочный эффект?! — Я остолбенела, пытаясь осмыслить услышанное. — Ты хочешь сказать...

До меня внезапно дошёл весь кошмар ситуации. Если это «побочный эффект», то что же тогда главный?! И сколько ещё подобных «сюрпризов» ждёт после нашего магического «слияния»?

Не раздумывая, я бросилась к каменному фонтану, который располагался в двух шагах от этого места, в надежде, что вода смоет фиолетовую напасть.

Ледяные струи фонтана заставили вскрикнуть, но я упорно продолжала тереть волосы, хотя уже понимала — это бесполезно. Брызги летели во все стороны.

Наконец, я сдалась. Цвет въелся намертво. Фиолетовый стал ещё насыщеннее, словно я окунула голову в чан с чернилами. Но зато лицо было чистым. Даже слишком.

— Твой дар немного конфликтует с моей магией, — раздался за спиной спокойный голос Элкатара.

— Немного?! Да я похожа на… на… — Я резко обернулась.

— На фиалку? — подсказал Элкатар.

— Нет! — выдохнула я, бессильная что-либо предпринять. «Спокойно, Финетта, спокойно, — утешала себя, лихорадочно прокручивая в голове все известные заклинания. — Ну же, хоть одно для изменения цвета волос! Пусто. Совершенно пусто!»

— Пустяки. Это временно, Нэтта. Метка всё исправит. Главное, что мы живы и относительно целы. А волосы... волосы — это такая мелочь, поверь мне.

— Мелочь?! — Я чуть не задохнулась от возмущения. — Между прочим, скоро осенний бал! Меня с таким цветом волос ближе, чем на пушечный выстрел, к Академии не подпустят! Примут за разукрашенного тролля и отправят траву полоть в оранжерее!

Нужно было срочно что-то придумать. Спрятать, замаскировать, нейтрализовать... Но как?

— А по мне, весьма пикантно. — Элкатар приблизился, на секунду замер, и мои волосы вспыхнули тысячей искорок, становясь сухими. Дроу хмыкнул и, подцепив локон пальцем, задумчиво проговорил — Но ты права. Не фиалка. Скорее, Фиалковый Омут. Гриб такой. Шляпка у него — точь-в-точь такого же очаровательного фиолетового цвета.

Да он издевается! Я оглядела сад в поисках хоть какого-нибудь спасения. Ни шляпы, ни платка, ни даже газеты, чтобы прикрыть это фиолетовое безобразие.

— Гриб?! Ну спасибо, Элкатар! — наконец прошипела я, обжигая его испепеляющим (как я надеялась) взглядом. — Это катастрофа! Если меня кто-нибудь увидит, я умру на месте!

— Не паникуй, — лениво протянул он, поймав мой взгляд. — Что-нибудь придумаем. В конце концов, ты же не одна в этом саду. Так что… идём.

Дроу схватил мою руку, и, прежде чем я успела возразить, потянул по узкой тропинке, петлявшей меж благоухающих клумб. Мы почти достигли сторожки господина Ойза, когда Элкатар резко остановился. Оглянувшись, он ловко впихнул меня в густые кусты, источавшие сладковатый аромат.

— Ай! — возмутилась я, едва не ткнувшись носом в огромный, размером с голову младенца, бутон.

— Осторожнее, истинная, — прошептал Элкатар, придерживая ветку с цветком, чтобы та не хлестнула меня по лицу.

Я огляделась. Кусты оказались зарослями экспериментальных пионов господина Пибоди — предмета его особой гордости и головной боли всех студентов в округе. Стоило кому-то случайно обломить стебель или, не дай боги цветов, наступить на распустившийся бутон, как незадачливого студента ждало суровое наказание: неделя отработки в оранжереях, где приходилось удобрять зловонными настоями хищные зубокрапы, а то и хуже — писать эссе на пятьдесят страниц о классификации тычинок пионов с подробным описанием всех 579 сортов, выведенных неугомонным господином Пибоди.

Но я понимала одержимость куратора: эти бутоны и правда были невероятно шикарными, огромными, махровыми, словно сотканные из бархата, и поражали разнообразием лиловых оттенков — от нежно-лавандового до насыщенного цвета грозового неба. Так что мои волосы на их фоне смотрелись... ну, почти органично.

— Если не будешь дёргаться, сойдёшь за пион, — шепнул Элкатар, пряча улыбку. — Стой тихо. Я сейчас.

Я наблюдала за ним сквозь густую листву, которая, к моему неудовольствию, норовила залезть в нос и уши.

Элкатар, насвистывая какую-то легкомысленную мелодию, неторопливо направился к сторожке.