Бывший. (не) разведенка - Анастасия Максимова

Это куда выгоднее, чем заморачиваться с чувствами, ухаживаниями и чем-то таким розово-сопливым. Мне все это претило. А Лиза казалась максимально рациональной. Как теперь выяснилось, даже слишком.

Кому захочется выстраивать отношения с такой, как она? Я понятия не имел об этой стороне девушки. Наглой, беспринципной, идущей по головам без разбора.

Поэтому стоило обезопасить себя и, как бы это ни звучало, Ульяну с Юлей. Все же, я не питал иллюзий о том, что теперь из себя представляла бывшая. Мало ли.

Поэтому я поработал, а потом уже собирался связаться с ней, как секретарь сообщила, что со мной хотят пообщаться из юридического агентства по поводу развода. Такому раскладу я рад не был.

Не собирался здесь на работе афишировать этот момент. Думал, что смогу замять дело и встроить новые обстоятельства в жизнь органично и без вороха сплетен.

Но, судя по выражению лица сотрудницы, это теперь вряд ли удастся. Хотя, о чем это я… Недавний скандал на заседании суда стал достоянием общественности, благодаря проискам конкурентов семьи Лизы.

Но, видит Бог, я не хотел так ее подставлять. Просто, когда получил информацию о том, что дорогая «невеста» снова решила меня обвести вокруг пальца, уже поздно было что-то менять. Еще минута, и я бы был разведен с Улей, едва ли не собственноручно отказавшись от права опеки над дочерью!

Доказывай потом в суде, что не знал, что подставили. Никому эти сопливые истории не интересны и никогда не будут. Я и так еле успел и то, благодаря сигналу помощника судьи. Парень сразу понял, что тут что-то не то и не отказался от дополнительного заработка. Молодец.

— Соедините, — устало согласился я, думая, что сейчас будет странный и бесполезный разговор с одним из юристов.

Надо, кстати, дать контакт тех, кого я нанял, пусть общаются. Таких людей стоило пересекать с себе подобными, чтобы они не дурили головы нам. Но прохладный женский голос удивил:

— Господин Осипов? Вас беспокоит юрист вашей жены, Трофимова Мирослава Илларионовна.

Черт, язык сломать можно. Нашла себе какую-то странную тетку. Хотя стоп, Трофимова — это разве не та знаменитая юристка, про агентство которой Лиза мне все уши прожужжала? Что оно одно из самых статусных в городе и все такое?

— Да, это я, вы что-то хотели? — не менее холодно ответил я.

— Я бы хотела попросить вас о встрече, чтобы обсудить взаимодействие с моей клиенткой Осиповой Ульяной. Когда вам удобно?

В очередной раз скрипнул зубами, понимая, что жена у меня просто кладезь противоречий. Раз не получилось намахать меня через Лизу, то решила идти до конца?

Вот тебе и несчастная мать-одиночка из деревни. Внешний вид испуганной пташки, ой, как обманчив! Два раза я повелся на это. Неужели я настолько плохо разбираюсь в людях?

Но ничего. Я больше не поверю ей и спуску не дам. Все будет так, как я решил!

Глава 30. Осипов

Подъезжая к шикарному офису прямо в сердце города, я все больше убеждался в том, какой я идиот. Меня снова обвели вокруг пальца. Но только как?

Я заказывал досье на Ульяну в более чем проверенном месте. Контора Ярослава не раз выручала меня в самых деликатных вопросах, так что было даже странно, что они дали такую осечку. (Ярослав у нас, кстати, герой истории «Бывший. (Не) твоя дочь»)

По всему выходило, что Ульяна самая обычная бедная родственница из деревни без кола и двора. Нет, у нее была неплохая работа, скромные накопления, да и в целом такой средний уровень жизни.

Обыкновенная, ничем не примечательная мать-одиночка. Только вот что-то не сходилось…

То, как они спелись с Лизой, и теперь она клиентка одного из самых статусных юридических агентств города? Не смешите меня! Сюда простые люди не попадали.

Я в бизнесе слишком долго, чтобы верить в подобные совпадения. А еще я целый год имел отношения с Елизаветой и всю эту их местную юридическую кухню знал наизусть. У Ульяны наверняка есть какие-то тайны и подвязы.

А если так, то мне следовало быть максимально аккуратным, чтобы снова не оказаться за дверями важного судебного заседания. Черт, надо было предупредить моего юриста, но вряд ли бы он смог что-то противопоставить самой руководительнице этой конторы.

Меня проводили внутрь. Раздражение только нарастало, ведь я терпеть не мог, когда что-то происходило без моего контроля. Так вышло, что все последние годы каждое решение было выверено и исполнено, принося дивиденды.

Из всего того, что происходило в моей жизни и бизнесе, лишь отношения с Лизой оказались ошибкой. И то, я просто не учел переменные, о которых не знал и знать не мог.

В приемной меня встретили вышколенные сотрудники, что проводили сразу к кабинету начальницы. Идеальный порядок и женское царство. Терпеть не мог такие конторы.

Мне всегда проще иметь дело с мужчинами. От них хотя бы знаешь, чего ожидать. Да и сейчас я предвидел скорее витиеватый прессинг, чем конструктивный разговор.

Женщина за просторным столом на фоне панорамного остекления была не молода, но выглядела безукоризненно. Я сталкивался с ее мужем, и только идиот бы перешел дорогу этой семейке.

Оставалось надеяться, что слухи про то, что она до безобразия принципиальна и честна, правдивы. Красивая женщина, но не в моем вкусе. Последние годы я предпочитал исключительно миниатюрных блондинок. Да и весовая категория не та. Ну, и возрастная до кучи.

— Господин Осипов? Добрый день. Начнем. Мне передали информацию о вас, как о вполне адекватном человеке, так что я уверена, что нам удастся договориться, и никаких проблем не возникнет.

Ее глаза не выражали совершенно никаких эмоций. Голая констатация фактов, которая отдавала даже чрезмерным официозом. Я решил пока молчать, так как в ее монологе не прозвучало никакого вопроса.

— Ну, а пока мы с вами разрешаем сложившуюся ситуацию, у меня огромная и настоятельная просьба. Не надо контактировать с моей клиенткой. Ей я сразу поставила это условие, но она умудрилась нарушить его в первый же вечер! Я так понимаю, недосказанность между вами пока слишком мешает адекватному взаимодействию.

Я начинал закипать. Это уже ни в какие ворота не лезло! Сдерживая себя максимально, я постарался корректно донести свою позицию:

— Я не собираюсь ждать еще месяцы, пока меня допустят к дочери. Я и так пропустил годы из ее жизни!

— И такое отношение к вопросу не может