Преданная истинная черного дракона - Екатерина Борисова

непоседливым, вечно что-то придумывающим и поднимающим поместье с ног на голову. А этот малыш помог вспомнить мне всё самое хорошее, что было в моей прошлой жизни, всё самое искреннее и доброе. И мне безумно жаль будет снова расстаться с этим!

— Сондра, послушай, — я всё ещё крепко держу мальчишку за рукав, но обращаюсь к подруге. — Нам с тобой предстоит непростое дело — восстановить таверну, зазвать туда гостей, накормить и обслужить всех на должном уровне. Лишние руки не помешают…

— Ты хотела сказать лишний рот! — фыркает подруга. — Посмотри на его руки! Посмотри! Он тяжелее горсти монет в жизни не держал! Это руки вора-карманника, нежные пальчики и тончайшая кожа! Уверена, он ещё и мухлевать в драконьи кости умеет!

— Не умею! — вставляет своё замечание мальчишка.

— Молчи уже! — беззлобно одёргивает его Сондра. — Идалин… посмотри, он карманник, вор! Втираться в доверие к таким, как ты — его работа! Сейчас он таскает деньги из карманов и кошельков, станет старше — будет промышлять в трактирах, а потом искать доверчивых дамочек, чтобы скрасить их «одиночество». Его уже не исправишь!

— Не верю! — упрямо топаю ногой. — К тому же ты сама сказала, что спуститься от нашей таверны вниз зимой под силу только взрослому дракону. Мы можем взять его на испытательный срок. Сондра, ну посмотри на него! Ты сама осталась одна! Болезнь унесла твоих родителей, а моя семья отняла бабушку. Но ты была взрослая и тебе понадобилась помощь! А он ещё ребёнок!

От упрямого противостояния я перехожу к просящим ноткам в голосе. Мальчишка что-то чувствует и присоединяется ко мне, глядя на Сондру огромными щенячьими глазами.

Подруга фыркает, отворачивается, фырчит ещё и ещё и… сдаётся!

— Ну ладно! Меня ты уговорила. А он-то согласен?

— Я? — мальчик удивлённо смотрит на неё, потом на меня. Словно его впервые спросили о том, что он хочет.

— Послушай… — начинаю я.

Но Сондра обрывает меня, дёргает мальчишку за воротник и грозно перечисляет условия.

— Моя таверна на склоне Большого Драконьего Пика. Бежать там некуда и прятаться негде! Работы много! Но и с едой я не обижу. Дам испытательный срок — полгода. Если справишься, начну платить. Немного! Но на безделушки хватит. Воровства не потерплю. И не смотри так! Лени тоже не место в моей таверне. Ну что, согласен? — она протягивает для пожатия свою ладонь с застаревшими мозолями.

А мальчик смотрит на неё, как на что-то удивительное, чего никогда не видел.

— А бить будите? — спрашивает он и трёт красное ухо.

— Обязательно! — фыркает Сондра. — Когда заслужишь, тогда и получишь. Для профилактики не бью!

Мальчишка хмурится. Смотрит на меня, на Сондру, прикидывает что-то в уме и соглашается.

— Идёт! — он подхватывает её руку и крепко жмёт. Я кладу свою обожжённую ладошку сверху и чувствую мягкое тепло. Что заструилось по венам.

— Ты меня понял, пацан! — щурится Сондра и отпускает его ладонь.

— Ноэль.

— Что?

— Меня зовут Ноэль, — он деловито шмыгает носом и вытирает его рукавом.

— Вот это брось, Ноэль! — строго одёргивает его Сондра.

И мальчик смущается.

— Так, Ноэль, ты знаешь, где станция драконьих извозчиков? — наклоняется к нему Сондра.

— Конечно!

— Дуй туда и жди нас там, мы вылетаем…

— Постой! — я обнимаю Сондру за плечи. — Зачем ты его отправляешь, он же знает весь город! Покажет те места, которые нам нужны.

— Сдурела? Он выведет нас к своим дружкам! Я приняла его на работу, но доверять ему пока не готова!

— Не сдам! — тихонько бурчит Ноэль. — Мы с вами руки всё-таки пожали! Я договор не нарушаю!

Сондра в очередной раз фыркает.

— Теперь туда! — указываю на магазин готового платья.

Подруга хмурится.

— Нам нечего там делать!

Ноэль кивает в подтверждение её слов.

— Ещё как есть что, — не соглашаюсь я и тяну их за собой.

В магазине нас неприветливо встречает девушка у входа, оглядывает Сондру в простой шерстяной кофте с латанным платком на плечах. Конечно, знатные дамы носят роскошные меха и капор. Ноэля она удостаивает лишь брезгливого взгляда и морщит нос.

Вот на меня девушка смотрит уже совершенно по-другому.

Ведь на мне надета шубка из меха горной лисы — редкой роскошной породы.

Одним движением плечиков я скидываю мех на прилавок и говорю.

— Если бы я хотела её сдать, сколько бы вы мне дали?

Глава 26. Мадам Жоржет

Глаза девицы загораются алчным блеском, который она, к слову, пытается скрыть.

Но я-то выросла среди знати, которые отлично умеют прятать эмоции. Какая-то мелкая торговка не сможет меня обмануть.

— Не знаю, — тянет она. А потом активирует амулет связи и торопливо шипит в него. — Мадам Жоржет, спуститесь, пожалуйста, в магазин. Здесь очень интересный клиент!

На том конце раздаётся невнятное ворчание, и связь обрывается — артефакт связи меркнет и снова превращается в невзрачный камушек.

А уже через мгновение в салон из едва приметной двери в другом конце зала вплывает тучная дама с претензией на шик.

Она одета в шифоновое платье не по сезону. К тому же давным-давно устаревшей модели и сшитое по меньшей мере из пяти других платьев!

Да-да! Весь лиф и юбка просто собраны из разноцветных клиньев тончайшей ткани.

И это выглядит так глупо, смешно и расточительно!

Как минимум пять чудесных платьев «погибли» ради этого недоразумения. Но дама чувствует себя королевой. Она несёт себя мимо манекенов, небрежно подхватив подол. Её рыхлые белоснежные пальцы унизаны перстнями. Такое чувство, что это не модистка, а жена ювелира, которая подрабатывает его личной витриной!

Кошмар. И если отсутствие фигуры — не грех, то так уродовать себя безвкусными нарядами — смертельный грех!

— Да, да? — дама застывает перед стойкой и смотрит на нас свысока. В её светло-голубых глазах с едва вытягивающимся зрачком нет ни грамма интереса.

— Мадам Жоржет! — девушка-помощница встаёт на цыпочки перед грузной драконицей и старается шептать на ухо. До которого, она, впрочем, не достаёт. — Девушка хотела бы сдать нам шубку…

— Что значит «сдать»? — брезгливо морщит жирные лоснящиеся губы дама, — мы не ростовщики! Не барахолка! Это салон готового, а НЕ НОШЕНОГО платья мадам Жоржет…

Она бы ещё, наверное, долго распалялась, но её взгляд падает на прилавок и белоснежную горную лисицу.

Пропала мадам Жоржета!

Её блёклый пустой взгляд вспыхивает такой жаждой и интересом, что мне становится страшно.

Она хватает мою шубку и гладит мех.

— Хм… — старается сдержать свои вздохи мадам, но я вижу. Как она уже мысленно примеряет на себя мою шубку.

Она пытается примерить её так, но формы не позволяют!

— Хм, — говорит