Когда зашел не в ту дверь - Кристина Агатова

С ней рядом обнаружился подросток лет пятнадцати — сын Прохор. Довольно крупный — на голову выше матери, складный, симпатичный. Впечатление портил лишь взгляд.

— Вот знаешь, такой взгляд, как будто он… рад, но скрывает это! Или злится на кого-то, — делилась ощущениями Маринка. — Вроде бы мамочку за ручку держит, платочек ей подает, по плечику гладит, а сам так зыркнет иногда. И сразу — хоп, личико невинное. Неспроста это, неспроста.

— А Козлову он тоже не понравился?

— Ничего подозрительного он не увидел. Обычное поведение подростка, который еще не научился адекватно реагировать на стресс. Чего ты так на меня смотришь? Это его слова!

— А ты решила поспорить?

— Нет, конечно, — посмотрела на меня честными голубыми глазами подруга. — Я думаю, нам надо побеседовать с соседями этой замечательной семейки.

— Нам? — удивилась я. — Мне не надо. К тому же, мы с тобой уже установили, что Евтифьев — случайная жертва, расходный материал. И кто его по голове отоварил — мы прекрасно знаем. Гораздо интереснее, кто грохнул Степана. И вряд ли это Прошка решил тайно отомстить за нападение на отчима. Отчим — это же чужой дядька, мамкин хахаль. Поэтому он и не рыдал, заламывая руки. Ему просто плевать, по сути.

Маринка шумно отхлебнула чай.

— Вот завтра и выясним. И нечего мне тут отмазываться — ты в отпуске, Тарас в отъезде, нет у тебя никаких срочных и важных дел, иначе я бы об этом знала.

Я усмехнулась. Маринка даже не подозревала, какие важные и срочные дела у меня завтра с утра. Но после врача я действительно свободна. Конечно, это время я бы с радостью провела в удобной позе на удобном месте, но такие аргументы подругу точно не проймут. Тут нужна тяжелая артиллерия.

— А разве ты завтра не должна быть на своем новом рабочем месте? — невинно похлопала я ресничками. — Там Козлов тебе заданий не подкинул?

— Не-а! Он так впечатлился тем, что я сделала всю его работу, которая копилась несколько месяцев, что дал половинку выходного. И пообещал, что после обеда позволит присутствовать на допросе.

— О, а кого допрашивать будете?

— Не сказал, — надулась Маринка. — Интриган!

Я выразительно зевнула, и Маринка подхватила эстафету. На улице было еще довольно светло, но стрелки часов уверенно двигались к полуночи, поэтому все разговоры и обсуждения было решено перенести на утро.

Глава 10

Я проснулась по будильнику, разлепила глаза и тихонько прошмыгнула в ванную, чтобы не разбудить Маринку. Объяснять ей, куда я собралась в такую рань, не было никакого желания.

К счастью, усталость прошлого дня не позволила ей сломать мне планы в очередной раз, и, никем не замеченная, я выпорхнула из дома.

Чем ближе я подходила к поликлинике, тем сильнее колотилось мое сердце. Что скажет врач? Может, я ошиблась? Или нет? А как бы я хотела?

Почему-то хотелось, чтобы это оказалось правдой. Почему-то этот внезапный ребенок уже стал мне очень дорог. Настолько, что я сама себе поражалась.

И сама себя стыдилась.

В коридоре уже собралась толпа народу, но когда открылась дверь, и оттуда вышла девушка, никто не помешал мне войти.

— Узи есть? — сходу спросила врач, узнав о цели моего визита.

— Нет, — растерялась я.

— В двести пятый, — она протянула какую-то бумажку. — Потом сюда по живой очереди.

Я молча вышла, не успев даже возмутиться. Я ожидала вопросов, осмотра и хоть какого-то внимания, а получила клочок бумаги! Да уж, какие-то вещи неизменны.

В двести пятом мне оказали куда более радушный прием.

Очереди там совсем не было, и двое приветливых женщин в белых халатах расцвели улыбками:

— Так, ну что тут у нас? Когда были последние месячные?

Я напряглась, вспоминая. Холодный гель заставил меня вздрогнуть, а от прикосновения датчика я даже зажмурилась.

— Первый раз? — улыбнулась доктор. — Ничего страшного тут не будет, мы просто немного посмотрим… пятьдесят восемь, сорок четыре…

Я слушала ее спокойный уверенный голос и старалась не шевелиться.

— Ровные, четкие, визуализируется, — продолжала рассказывать она, пока вторая усердно колотила пальцами по клавиатуре.

— Там ребенок? — наконец решилась я на самый животрепещущий вопрос.

— Конечно, — кивнула врач. — Вот!

Я повернула голову к экрану, но ничего кроме помех не увидела. Какие-то пятна то появлялись, то пропадали. И как они умудряются хоть что-то разглядеть? Неужели там и правда ребенок? Мой ребенок. Я попыталась понять, что чувствую, но напрасно — эмоций не было. Может, я просто не готова стать матерью? Может, мне это не дано?

— А сейчас послушаем сердечко, — объявила врач и нажала какую-то кнопку. По кабинету разнесся ровный быстрый квакающий стук.

Тук-тук, тук-тук, тук-тук…

Я замерла. Все мысли разом покинули голову, а потом обрушились, как цунами. Ребенок. Мой ребенок! И у него уже бьется сердце. Колотится, как… Как… Почему так быстро? Почему оно так быстро бьется?

— С ним все хорошо? — вырвалось у меня.

— Просто прекрасно!

Глаза защипало, и я стала быстро моргать, но слезы уже полились по щекам. Почему их так много? Что со мной?

— Ох уж эти мамочки, — с нежностью вздохнула доктор. — Ну все, все. Послушали, и хватит! Все отлично, молодец, так держать!

— Я не расстроена, — всхлипнула я. — Я не знаю, что со мной.

— Я знаю. Это гормоны. Давай, поднимайся, вытирайся полотенчиком. Через пятнадцать минут вынесу распечатку, с ней к врачу.

На подгибающихся ногах я вышла из кабинета. Слезы уже высохли, но в голове творилась неразбериха. Звук бьющегося сердца был прекраснее самой чудесной музыки на свете. Звук сердца моего ребенка! Моего и Тараса.

Господи, какой же дурой я была, что на секунду усомнилась… Нет, никаких сомнений, это мой ребенок и плевать, что об этом думает Тарас! Да пусть уходит!

Нет, даже не так! Ничего не скажу ему, уйду сама!

Мало ли, как он отреагирует? Может, решит, что ему эти проблемы не нужны и предложит мне самое страшное? Даже слушать ничего не желаю! Даже не позволю слова ему сказать. Заблокирую его, внесу в черный список, а лучше — номер сменю. И дверь открывать не буду!

Я приложила руку к животу. Мое. Не отдам никому.

К двери кабинета подошла совсем молоденькая девушка в сопровождении женщины постарше. Женщина постучалась и открыла дверь.

— Я приглашу, — донеслось из кабинета.

Девушка присела на скамейку, а ее спутница, вздохнув, устроилась рядом.

— Чем они там так заняты? — буркнула девица.

— Работой, — пожала плечами женщина. — Ничего, торопиться некуда, подождем.

— Может, нет никакого ребенка, — еще более недовольно буркнула молодая.

— Ну