Дьявол в сердце - Катерина Пелевина

Риты… Я не верю в целом… А разомкнуть руки… Ровно, как и оторвать от него губы, кажется мне невыполнимой роскошью… Я зависима… Так сильно им одержима… Что только с ним моё тело реагирует, словно намагниченное.

— Всё… Всё… Камиль… Нам надо… Остановиться, иначе… — замолкаю я, пытаясь легонько его оттолкнуть, потому что ещё чуть-чуть, и я отдамся ему… Я просто забью на все свои установки, и сама начну трогать его в недопустимых местах. И мне нельзя давать волю… Потому что я уже чувствую себя такой слабой рядом с ним… Полностью уязвимой, как раньше. — Камиль…

— Я понял… Понял, — выдыхает он, и я ощущаю у себя между ног весь этот пожар между нами… Такую невероятную страсть, о которой я уже просто забыла… Думала… Навыдумывала её… Но нет. Вот она. Снова. Будто и не было этого года разлуки. И всё тело — грудь, живот… Всё отзывается. Реагирует так, словно мы с ним нуждаемся друг в друге… Тянет, как запретный плод… — Я отвезу тебя… Давай отвезу. Насть…

— Ладно… Хорошо… Отвези. Домой отвези, потому что я сейчас не могу думать… Всё, как в тумане…

— Хорошо. Давай… Отвезу. Поехали… Да…

На секунду я подвисаю, глядя в его глаза… Чувствую, как на нити расходится измотанная душа.

— Камиль… Ты говоришь мне правду?

Он кивает, удерживая меня за талию, а я молча сползаю с него… И чувствую при этом, что если поверю ему вновь… А он опять разобьёт мне сердце… Я больше не смогу собрать его заново…

Глава 14

Камиль Островский

Чуть с ума не сошёл там в доме… Реально от переизбытка чувств грудную клетку сдавило. С Настей всегда так… Будто все здравые мысли выбивает и остановиться подобно пытке. У меня при торможении чуть все рессоры не слетели и так мощно загудело сердце. Хотелось ухватиться… Намертво к ней приклеиться и никогда не отпускать…

Но знал, что так нельзя. Она ведь начнёт сопротивляться… И начала, конечно же… Сразу о Гордее своём вспомнила. Резануло, естественно. Там, где казалось сердце уже было изрезано, всё так же жгучей болью отозвалось…

Захотелось вызваться довезти её… Вот и повёз.

А сейчас… Когда едем и молчим, у меня там продолжает дымиться… Словно подожгли сначала, а потом наполовину водицей залили…

— Ты можешь… Хотя бы написать мне потом… О следующей встрече… — прошу её, и она бросает на меня свой такой волнительный и напрочь оглушающий взгляд. Кивает и я освобождаю руку, положив ту на своё колено ладонью кверху.

Жду… Возьмёт или нет. Но она мотает головой.

— Я бы хотела… Но не сейчас, Камиль… Я не могу так. Мне нужно всё понять. Ты сам сказал… И просил сам.

— Я помню…

— Так и?

— Думаешь, что у меня внутри от этого не жжёт? Жжёт. Ещё как… Я из-за тебя сюда приехал…

Она сглатывает и всё же касается моей руки.

— А сейчас… Куда ты поедешь?

— К матери обратно… Но если позовёшь… Если так, то я сразу всё брошу… Насть…

— М… А что у тебя… С девушками? На личном…

— Нет ничего… Ни с кем… Точнее… Только для физической разгрузки, — отвечаю честно, и она кивает, расцепив наши руки.

— Я предполагала, что их много… Что ты на одной не остановишься…

— Я однажды остановился… Зачем мне другая, если я влюблен?

Когда говорю это, она так тяжело дышит. Но в ответ только молчит и уводит разочарованный взгляд в сторону. А тем временем моя машина уже пересекает гравиевую дорожку, выстланную перед их воротами, а потом вдруг. Неожиданно…

— Вот, блин… Гордей, — роняет она голову в плечи и вжимается в сиденье. А я вижу вполне себе презентабельную машину и этого её парня, который сидит за рулём и смотрит на нас, глуша мотор.

— Успокойся. Скажи, что знакомый подвёз…

— Он знает всех моих знакомых, — выдает она резко, а я насмехаюсь… Меня так вообще ото всех прятала. Что ж…

— Выходит не всех, раз обо мне ты ему нихрена не сказала, да, малыш? — спрашиваю и улыбаюсь, а она фыркает.

— Камиль… Оставайся здесь только, ладно? Не смей выходить за мной, — наказывает она мне и медленно выходит из машины, вздыхая… И он тоже… А я тем временем приоткрываю окно, чтобы всё слышать.

— Гордюш…

— Это ещё кто, Насть? — спрашивает, кинув на меня взгляд. — Ничего сказать мне не хочешь?

— Хочу, Гордей… Не кричи, ладно? — берёт она его за руку… И меня даже от этого бомбит, сука… Вот тупо хочу выйти и начать с ним махаться… Хотя по сути это тупость беспросветная… Я и его по идее должен понять. Она его девушка… Невеста, блин. Любит другого и нихера ему про меня даже не рассказывала… Это полный п…

— Я не буду кричать, если ты ответишь.

— Давай в дом зайдём… Поговорим нормально… Я хочу тебе всё объяснить…

— Ты из-за него за меня замуж не хотела? Из-за него ломалась? Так? — спрашивает он, чем окончательно вводит меня в ступор, а её заставляет нервничать и поглядывать на меня с тревогой.

— Нет… Точнее… Не совсем так… Давай мы поговорим… Пожалуйста… — моляще просит она его, а я сжимаю руль сильнее… Камиль, мать твою, стерпи… Она его точно не любит, раз отказывалась. Не любит, и всё тебе врала… Поэтому сейчас всё, что тебе нужно… Смолчать… И только.

— Ладно… — со злостью отвечает он, но смотрит только на меня, хотя она дёргает его за руку… — Раз он такое ссыкло, что выйти не может…

Блядь… Ну вот нахуй ты сказал это, друг, а?!

— Слышь! — выхожу я из машины, направившись к нему. — Кто тут ссыкло, нахер?!

— Нет, Господи! Господи, нет! Гордей! — перекрывает она мне доступ к нему. — Камиль, я тебя прошу… Я тебя умоляю… Уедь… Пожалуйста… Уедь…

— Камиль? — переспрашивает он в недоумении. — Чё?! Какого…

— Гордей… — разворачивается она и хватает его за ворот. — Это всё не специально… Так вышло… Давай в дом зайдём… Пожалуйста, прекратите ругаться… Я умоляю… Пожалуйста…

Он смотрит на меня и с остервенением сплёвывает на землю, а у меня кулаки чешутся… Но когда она вот так просит… Мне пиздец не хочется портить с ней и без того разъёбанные отношения… Поэтому я впервые чувствую себя лохом, отпуская девушку, которую всем сердцем люблю вместе с другим парнем. Реально аж внутри всё колется.

Но на чувстве какой-то праведности, я всё же уезжаю оттуда, двигая обратно в соседний город…

Приезжаю уже за полночь… Мама явно не ожидает увидеть, потому что