Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко - Ника Мур

— Это ювелирное изделие растительного происхождения, Еремей, — сказала я максимально деловым тоном. — Первая в мире зимняя зелень. Витамины для тех, кто не хочет встретить весну с выпадающими зубами и серым лицом. Если поставишь нас в навозный ряд — вся местная элита пройдет мимо твоего кошелька. А если выделишь место у входа в «меха» — получишь процент от каждой сделки и личную благодарность Морозко.

Слово «Морозко» сработало как пароль к сейфу. Еремей еще раз шмыгнул носом, учуяв запах укропа, и молча махнул рукой, указывая на лучшее место — прямо напротив лавки с соболями.

Мерчандайзинг мы провели по высшему разряду. На прилавок легли ослепительно белые полотенца. На них — магически мерцающие боксы, в которых на подложке из свежего мха покоились изумрудные пучки. Настенька встала за прилавок, сложив руки, и начала улыбаться по «стандарту 5−0» (все зубы напоказ, но без фанатизма). Я же заняла позицию «ведущего специалиста по продажам».

Маманя попыталась было выставить рядом корзинку со своей старой, сморщенной свеклой, но я пресекла диверсию одним взглядом.

— Маманя, не размывайте бренд. Свекла — это эконом-класс, она убьет нам всю эстетику. Идите лучше в ряды за мукой, пока цены не взлетели.

Первые покупатели появились через минуту. Толпа, привлеченная запахом весны посреди ледяного ада, начала сгущаться вокруг нашего лотка.

— Это чего… настоящее? — пробасил какой-то купец, осторожно трогая пальцем перо лука. — Не из воска? Не колдовство?

— Чистая агрономия, уважаемый, — я отрезала крошечный кусочек лука и положила его на ломтик черного хлеба, густо посыпанный крупной солью. — Дегустируйте. Свежесть сегодняшнего утра. Вкус лета, который вернет вам бодрость духа и ясность взора.

Купец осторожно съел «пробник». Его лицо преобразилось. Он зажмурился, прожевал и вдруг выдохнул:

— Батюшки… Словно в луг июньский нырнул! Дай пучок! Нет, два! Почем берешь?

— Пять алтын за пучок, — ответила я, не моргнув глазом.

В толпе охнули. Цена была запредельной — за эти деньги можно было купить мешок мороженой рыбы.

— Да ты ошалела, Марфутка! — крикнул кто-то из толпы. — Золотом торгуешь⁈

— Я торгую здоровьем и эксклюзивом, — я спокойно поправила товар. — Осталось всего тридцать пучков. Кто не успеет — будет встречать весну с цингой. Иван, не пускай больше пяти человек к прилавку, создается затор.

Создание искусственного дефицита сработало безотказно. Толпа начала закипать. Каждый хотел прикоснуться к чуду. Цена выросла до шести алтын через десять минут, когда у прилавка завязалась небольшая потасовка.

И тут толпа расступилась.

К нашему лотку плавно подплыла (другого слова не подобрать) Боярыня Свинина. Дама внушительных объемов, облаченная в такие соболя, что, казалось, на её плечах упокоился целый лес. За ней следовали две служанки с пустыми корзинами и охранник с лицом высеченным из гранита.

— Что здесь за шум, а драки нет? — пропела боярыня, брезгливо обходя лужу на льду. — Чем это пахнет так дерзко?

Я сделала изящный книксен (ну, насколько позволило тело Марфуши).

— Приветствую вас, Боярыня. Это пахнет вашей вечной молодостью. Свежая зелень, выращенная по специальному заказу зимнего духа. Антиоксиданты, детокс-эффект и полное очищение кармы от зимней хандры.

Боярыня прищурилась. Слово «антиоксиданты» она, конечно, слышала впервые, но интонация «премиального сервиса» ей явно понравилась.

— Детокс, говоришь? И что, морщины разглаживает?

— На лицо посмотрите, — я указала на сияющую Настю. — Результат регулярного употребления нашего продукта. Всего три пучка в день — и вы забудете про усталость. Для вас, как для самого высокого гостя, у нас есть особый набор: укропный микс с эффектом «сияние кожи». Всего по гривне за комплект.

Настя тихо икнула от такой цены, но Боярыня даже бровью не повела. Для неё цена была признаком качества.

— Беру всё, что есть в этом боксе, — она махнула холеной ручкой. — Настенька, деточка, упакуй получше, чтоб не помялось.

Когда Боярыня Свинина отплыла, оставив на прилавке увесистый кошель с серебром, Маманя, стоявшая за моей спиной, начала медленно оседать на снег.

— Маманя, только не здесь! — я подхватила её под локоть. — Держите лицо! Мы на пике IPO!

— Деньги… — прошептала мать, пытаясь укусить монету. — Марфушенька, там же… там же на три коровы хватит! И на сарафан… золотой! С жемчугом!

— Эти деньги пойдут в реинвестирование, маманя. Нам нужно закупать стекло, удобрения и расширять производственные мощности. Мы только что доказали жизнеспособность бизнес-модели.

К обеду наш прилавок был пуст. Остался только аромат, который продолжал сводить с ума прохожих. Но успех имел и обратную сторону.

Я почувствовала на себе чей-то тяжелый, липкий взгляд. Обернувшись, я увидела Савельева-купца. Того самого, у которого Настя выменяла рамы. Он стоял у своей лавки, скрестив руки на животе, и его глаза, обычно хитрые и веселые, сейчас напоминали два холодных уголька. Рядом с ним стояла Агафья — местная «королева солений», женщина с лицом сушеного гриба и характером гремучей змеи. Она указывала на нас пальцем и что-то яростно шептала купцу.

— Конкуренты активизировались, — пробормотала я. — Первая волна зависти пошла. Иван, Настя, собираемся. Быстро. Нам здесь больше делать нечего.

— Что, Марфут, боишься? — Иван, раздувшийся от важности и вырученных денег, поиграл топором. — Да я их всех…

— Не боюсь, а минимизирую риски. Мы забрали с этого рынка всё, что могли сегодня. Теперь наша задача — довезти прибыль до дома.

Мы грузились в сани под прицелом десятков глаз. Кто-то смотрел с восхищением, кто-то — с ненавистью. Я чувствовала, как в воздухе сгущается напряжение. Но стоило нам выехать за ворота ярмарки, как налетел резкий, ледяной порыв ветра. Он пронесся по площади, заметая наши следы и обдавая преследователей колючей снежной пылью.

В этом ветре мне послышался знакомый, рокочущий смех.

«Молодец, девица… Нашумела. Посмотрим, как ты удержишь эту вершину».

— Удержу, Дед, — прошептала я, прижимая к груди кошель с серебром. — И не только эту.

Мы ехали домой в сумерках. Маманя обнимала пустые боксы, как родных детей, Настя задумчиво смотрела на заснеженные поля, а Иван всю дорогу поправлял красную ленточку на шапке.

Я же смотрела на небо, где уже начали проступать первые звезды. Ярмарка была лишь шумом. Настоящий вызов ждал меня сегодня ночью — там, в теплице, где Морозко наверняка уже готовил для меня новый «кейс» для решения. И я чувствовала, что этот «кейс» будет пахнуть не луком, а той самой земляникой из сундука.

— Завтра расширяем штат, — сказала я в пустоту. — И заказываем систему охраны. Потому что в этом мире честный бизнес — это война. А я на войне всегда брала пленных и заставляла их работать на результат.

Глава 15

Ночной гость и запах