Я тебя не полюблю - Анна Бигси

Согласно киваю. Спорить нет смысла. Все так. Я понимал, куда лезу и как сильно рискую. Но все же решился. Теперь вся ответственность за последствия лежат на мне.

– Вам не кажется, что фамилия Муромский слишком уж примелькалась за последние годы? – лениво усмехается Бахтияр. – Может, уже пора надрать ему зад?

Закатываю глаза и снисходительно качаю головой. Если бы все было так просто.

Баха – самый молодой из нас и безбашенный. Не до конца еще понимает, о чем говорит. «Надрать зад» такому, как Герман, очень сложно. Практически нереально. Сначала придется перевернуть вверх дном половину города. А это риски для наших жен и детей. Нужно всех вывозить в безопасное место. Ярина беременна.

Отец переводит хмурый взгляд между нами, и его слова звучат как удар хлыстом.

– Жениться на Зориной было ошибкой, – говорит он сухо, не глядя на меня. Его пальцы неспешно пролистывают какие-то бумаги. – Девчонка из этого рода никогда не сможет стать частью нашей семьи.

Мое лицо остается бесстрастным, но внутри все вскипает и едва не выплескивается наружу. Руки машинально сжимаются в кулаки под столом.

– Аврора – моя жена, – отвечаю спокойно, но каждое слово звучит как удар молота. – И я не позволю никому, даже вам, ее оскорблять.

Это моя принципиальная позиция, и она непоколебима. Я женился на этой девушке, и точка. Назад дороги нет и не будет.

Отец поднимает на меня взгляд, в котором читается смесь удивления и неодобрения. Мы сверлим друг друга несколько долгих секунд. Я кожей ощущаю, что он собирается ответить, но внезапно передумывает. Вместо этого лишь недовольно поджимает губы и коротко кивает.

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, – бросает отец и возвращается к своим бумагам. – Идите. Мне надо подумать.

Выхожу из кабинета, чувствуя, как внутри растет гнев. Гребаная семейная честь. Гребаные ожидания. Но я не позволю никому ставить под сомнение мой выбор. Даже себе.

Братья, на удивление, полностью поддерживают меня. Пожимаем руки и расходимся в разные стороны.

По дороге домой настроение не улучшается. Джин, сидящий за рулем, решает доложить еще одну «приятную» новость.

– Камал, – начинает он, глядя на дорогу, – Авроре звонил Влад.

Я напрягаюсь и непроизвольно стискиваю кулаки.

– Когда?

– Вчера днем. Они говорили несколько минут. Точная запись разговора будет позже.

Внутри взрывается что-то темное, жгучее и растекается по внутренностям. Влад. Этот гандон. Который продал ее, кто предал, кто чуть не уничтожил. И теперь он смеет ей звонить? Говорить с ней?

– Найти его, – цежу я сквозь плотно сжатые зубы. – И допросить с пристрастием. Я хочу знать все.

Джин коротко кивает, не задавая лишних вопросов. Знает, что спорить бесполезно. А я – что он выполнит все беспрекословно.

Бросаю взгляд в окно, пытаясь подавить ярость, но каждый раз, как думаю про этого урода, внутри все закипает с новой силой. Я не должен так реагировать. Слишком сильные эмоции. Они застилают разум, как пелена. А мне нужна холодная голова.

Домой я возвращаюсь злым, как черт. Сам себя разгоняю и сам же бешусь от этого. Идиот.

Шумно хлопаю дверью машины, быстрыми шагами пересекаю двор. Меня встречает тишина дома, но не успокаивает, а напротив, еще больше раздражает. Какого мне не по себе в собственном доме?

На кухне едва не сталкиваюсь с Авророй. Она застывает на мгновение, как будто пытается понять, в каком я настроении. Порадовать ее нечем. Мой взгляд встречается с ее, и напряжение между нами сразу нарастает и становится осязаемым. Воздух потрескивает и искрит.

– Тебе вчера звонил Влад? – вместо приветствия спрашиваю резко, не скрывая раздражения. Рядом с этой девчонкой не получается контролировать эмоции. Все тормоза срывает к херам собачьим.

Глаза Авроры недоуменно расширяются, но она быстро берет себя в руки.

– Да, – отвечает спокойно, но ее голос слегка дрожит от волнения. – И что?

Ее равнодушие или попытка его изобразить выводит меня из себя еще больше.

– О чем вы говорили? – зло требую ответа.

– Это не твое дело, – бросает Аврора. Ее взгляд становится холодным, почти вызывающим.

– Тебе мало предоставленных доказательств? – Я останавливаюсь, ощущая, как слова застревают в горле. Черт бы подрал этого Влада. – Я не хочу, чтобы ты с ним общалась, – чеканю каждое слово.

Аврора поджимает губы, а ее глаза блестят от подавленных эмоций.

– Я в состоянии сама решить, что мне делать, – бросает она с вызовом, но голос предательски дрожит, а губы становятся ярче.

Сочные, манящие, но такие недоступные.

Мой кулак сжимается, титаническим усилием воли я заставляю себя успокоиться. Аврора не заслуживает моей злости. Это моя оплошность, и на нее я агрессию сливать не буду.

– Эй, Тагаевы, вы где все? – Из гостиной слышится голос Радмилы.

Шумно выдыхаю болезненное напряжение и ухожу из кухни. Сестра брата ждет меня. Мы договаривались, а я, как всегда, забыл. Рада организует благотворительный вечер для детей. Это не терпит отлагательств. Подхожу к ней, заставляя себя сосредоточиться на важных на данный момент вещах.

– Камал, ты должен быть на вечере, – говорит она уверенно и впихивает мне в руку пригласительный на двоих. – Ты главный спонсор. Сможешь сам вручишь гранты?

Мы помогаем мальчишкам, показывающим неплохие результаты в спорте, получить путевку в жизнь.

– Без проблем, – отвечаю, стараясь не выказывать раздражения.

Аврора проходит мимо, но задерживается, услышав наш разговор. Смотрит на меня, и в ее глазах я замечаю что-то новое.

– Я могу выходить из дома? – вздергивает подбородок, а у меня скулы сводит от бессильной ярости. Не могу же я ее на цепь посадить.

– Ты не под арестом, – огрызаюсь. – Охрану только возьми.

Ее взгляд становится острым, почти ядовитым. Прокатывается по моим нервам на мощном катке, ровняя все с землей.

– Не доверяешь? – язвительно усмехнувшись, бросает она.

Бля-я-я. Так и подмывает скрутить эту заразу и выпороть. Неужели не понимает, что с огнем играет? Я же не железный. А если понимает? Не может быть…

– Это опасно, – коротко отвечаю, разворачиваясь и ухожу.

В спортзале я быстро переодеваюсь в спортивные шорты и иду к груше. Сбрасываю все, что накопилось за день. Ритмичные удары по мешку глухо звучат в пустом зале. Каждый удар – это попытка выбить из себя злость, ревность, напряжение. Но нихрена не выходит, все это остается и оседает внутри. Я раз за разом прокручиваю в голове взгляд Авроры, ее слова. Этот разговор с Владом.

Не прощу себе если с ней что-то случится. Как бы то ни было, я отвечаю за эту девочку.

– Джин, – говорю в телефон. – Следи за Авророй. Ни один волос не должен упасть