Принцесса для Темных земель - Таня Туманная

В обед, когда мы остались наедине, Джархан похвалил мои старания и замялся, словно хотел задать вопрос, который мне не понравится.

— Лилит... А если серьёзно, как ты смотришь на то, чтобы перенести наш с тобой дом сюда?

Ещё вчера мне в голову пришла мысль, что этим всё и закончится.

— Плохо, но куда я денусь, если так нужно.

Мы ели молча некоторое время. Я прислушивалась к земле. Здесь, в отличие от подвала, я разбирала основной мотив. Он меня пугал. Звучала в нем не только ярость, почти уже привычная, но и мучительная агония. Я чувствовала себя так, будто наблюдаю, как кого-то душат подушкой.

— Мне здесь тяжело. Я о друидической магии. И вообще мрачно. Хотя за горячую воду, конечно, — усмехнулась я, — многое можно простить.

— Землю можно исцелить, — пообещал Джархан, — я заставлю друидов. Дело небыстрое, но постепенно все исправится.

— А зачем нам переезжать?

Он замялся.

— Во-первых, Сарано и Алтан давно уже говорят, что налётчики, терроризирующие ваши земли, прячутся где-то здесь. Я не смог добиться от местных признания, кто именно им содействует, но на обломках города и легко затеряться и без дополнительной помощи. Друиды не могут искать налётчиков на осквернённой земле. Если я буду здесь, то сам постепенно уничтожу их укрытия.

Джархан налил мне местного напитка — горьковатого, травяного и малость алкогольного. Вчерашний сидр, если честно, был вкуснее.

— Во-вторых, в прошлом этот город был красив. Его можно восстановить.

Я кивнула. Даже та часть дворца, которую я успела рассмотреть, выглядела не в пример достойнее деревянного замка среди леса.

— В-третьих, у Сохора есть союзники не только здесь. Его уважают некоторые оборотни и среди друидов, недовольных Талорией, у него тоже есть поддержка. Сейчас все эти существа наблюдают, ожидая моей победы или моей слабости. Я должен убить Сохора, но, — раздражённо поморщился Джархан, — надежда разыскать его быстро постепенно тает. Если не выйдет поймать ублюдка в ближайшее время, то продемонстрировать победу нужно способом. Например, отобрав его дом.

— То, что я жива, а его планы рухнули — это не победа?

— Недостаточно, — покачал головой мой супруг, — Сохора постигла неудача, но он всё же нанёс мне оскорбление. Не отплатить за него — слабость.

— Сложные вы, — выдохнула я огорчённо и подумала внезапно, — а как вообще проходит «исцеление» земли? Талория прибьёт меня за предложение попросить помощи наших друидов, или я могу попробовать?

— Прибьёт вряд ли, — со смешком ответил Джархан, — но явно не одобрит.

— Мне нужно поговорить с ней. Не об этом.

— Срочно? Она Сохора ищет.

Я помотала головой.

— Тогда отложим — резюмировал Джархан.

Я согласилась. Через полчаса перерыв закончился и мне снова пришлось с головой окунуться в принудительные языковые занятия.

Поговорить с Талорией вышло вечером. Дождавшись окончания их с Джарханом беседы, я попросила друидессу меня выслушать. Она молча пожала плечами, впервые с момента нашего знакомства выглядя по-настоящему уставшей.

— Ты упоминала как-то, — не без гордости сформулировала я на местном языке, — что есть способ подтолкнуть инициацию. Вчера несколько раз казалось мне, что я в шаге.

Талория разглядывала меня десяток секунд прежде, чем ответить.

— Когда всё здесь уляжется.

— Конечно, — согласилась я. Спорить с ней все равно бессмысленно.

Этим вечером я была чересчур уставшей, а вот следующим сама потянулась к Джархану, стоило ему улечься в постели.

— Если прошлый раз не сильно разочаровал тебя... — протянула я с неожиданным смущением. Не было ни резкости, ни желания острить. Лишь ощущение своей уязвимости и опасения, что я сделала что-то не так. Что не понравилась ему достаточно, чтобы хотеть меня снова.

Глава 26

Джархан

Идея ехать в Блуокс была отвратительной. Алтан почти до крика дошёл, пытаясь уговорить нас остаться дома. Я разделял его мнение, но спорить с Лилит совершенно бесполезно. Первая и единственная попытка поговорить о пропуске их семейного праздника закончилась категоричным обещанием: она поедет домой одна. Пешком пойдёт, если потребуется.

Несмотря на абсурдность заявления, я ей поверил.

В дороге Лилит стало хуже, но её настроение парадоксальным образом поднялось. Все три дня, что мы ехали в запряжённой охаро карете, моя супруга казалась ужасно страдающей и необычайно воодушевлённой.

— Покажешь её блуокским докторам, — утешительно сказала Сарано, — может, они лучше знают, что делать со своими женщинами.

Я скривился.

— Будем надеяться.

Река была скована льдом, и на ту сторону мы ехали в санях. Я, Лилит и Сарано сидели, завернувшись в шкуры, пока охрана двигалась верхом. Волчицы лежали в ногах. В этот раз я согласился довериться родителям Лилит и почти не взял с собой воинов — только дюжину телохранителей, да и то больше для статуса.

Алтана, к моему сожалению, пришлось оставить следить за войсками. Беспорядков на границе стало меньше, но присматривать за порядком кто-то обязан.

За новую — старую — столицу я беспокоился меньше. Наши с Сарано усилия создали запас прочности, чтобы Талория справилась без нас неполные две недели.

По ту сторону реки ожидал знакомый мне уже дядя Лилит — лорд Иоман.

После в меру официальных приветствий Иоман указал на волков и спросил с лёгкой иронией:

— Весна нашла себе друга?

— Подружку, — улыбнулась Лилит, — её зовут Ночь.

Иоман взглядом спросил разрешения предложить моей супруге помощь. Я сделал шаг в сторону. Лилит тяжело оперлась на руку дяди.

— Раньше вы переносили прогулки легче, дорогая племянница. Дорога оказалось особенно тяжёлой?

— Да, — кивнула Лилит, по-прежнему не желая раньше времени раскрывать свой секрет.

По замыслу моей супруги, объявление о её положении должно было стать кульминацией праздничного вечера. Вспоминая, как отреагировали родители Лилит на её состояние — куда лучшее состояние — в прошлый раз, я очень сомневался, что она сумеет хранить тайну остаток сегодняшнего дня и весь следующий. Наверняка ведь сразу разболтает, чтобы мать не нервничала.

Впрочем, в эту игру я решил не лезть. Пусть развлекается как хочет.

Расспрашивая Лилит о самочувствии, погоде и дороге, Иоман довёл нас до кареты. Весна запрыгнула в неё не задумываясь, а вот Ночь начала рычать, отказываясь заходить.

— Может, пусть бежит рядом? — предложила Лилит.

Я пожал плечами и отозвал на два слова друида из нашей свиты. Убедившись, что Ночь найдут, даже если она отвлечётся на мышь или зайца, я забрался в карету. К нам присоединился Иоман.

Весна выскочила, предпочтя пробежаться с подругой.

Если дядя Лилит надеялся поговорить с Лилит по пути, то его ожидало разочарование: супруга вначале отвечала односложно, а затем и вовсе задремала на моём плече.