Амуртэя. Эпос любовных происшествий - Инна Федералова

себе, сконцентрировавшись исключительно на выполнении желаний. Его взгляд — пустой, отстраненный. Даже когда Сомин проявила первые признаки сочувствия, он отреагировал вяло, словно его эмоции заблокированы.

В моем отчете появляются тревожные записи: «Заметная потеря жизненной энергии, эмоциональная апатия, снижение реакции на внешние раздражители».

Вееро должен знать об этих изменениях. Решаясь, я готов передать отчет. Но что-то подсказывает мне, что с происходящим нужно быть настороже. Состояние айдола может стать критическим, так как он в настоящий момент пребывает в коме.

Ах, да. Мысли Сомин обо мне…

Я правда произвожу такое впечатление? Величественный? Хах, какая она милашка. Знала бы, сколько мне лет на самом деле. Да я ей в пра-пра-пра-прадеды гожусь.

Глава 7

Непрошенные визитеры

[Сомин]

Я проснулась от странного ощущения тяжести на груди. Первое мгновение казалось, что это просто одеяло давит меня во сне. Но потом я почувствовала теплое дыхание и услышала тихое мурлыканье.

Резко распахнув глаза, я увидела прямо перед своим лицом мягкую черную мордочку с янтарными глазами. Кот! Настоящий черный кот сидел у меня на груди и смотрел на меня с таким невинным видом, будто это было самым естественным делом на свете.

— Что. Что ты здесь делаешь? — прошептала я, стараясь не делать резких движений.

Кот моргнул, и вдруг его глаза вспыхнули необычным светом.

— Не пугайся, — промурлыкал он человеческим голосом. — Я необычный кот. Я… другой.

Его шерсть начала озарилась мягким золотистым светом, и прямо на моих глазах началось невероятное преображение. Тело кота стало вытягиваться, увеличиваться в размерах. Шерсть постепенно исчезала, уступая место гладкой коже.

Лапы трансформировались в изящные человеческие конечности, хвост растворился в воздухе. Существо обретало совершенно человеческий облик.

Через несколько мгновений перед мной стоял невероятно красивый молодой человек с длинными черными волосами и теми же янтарными глазами, что были у кота. Его кожа отливала сияющей белизной, а фигура была совершенной.

— Позволь представиться, — произнес он низким, с мягкой хрипотцой голосом. — Я Ален-лен Лотос.

Я не могла отвести от него взгляда. В нем было что-то нечеловеческое, а в глазах какая-то древняя мудрость, но при этом он выглядел абсолютно как человек — высокий, стройный, с аристократичными чертами лица.

— Кто. Кто ты такой? — наконец смогла выдавить я.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то завораживающее.

— Я тот, кто знает больше, чем ты думаешь. И я здесь не просто так.

В этот момент проснулся Хванмин, привлеченный моим шоком. Его глаза расширились при виде незнакомца.

— Что здесь происходит? — спросил он, но Ален-лен лишь покачал головой.

— Позже. Все объяснится позже. А сейчас… берегитесь преступных теней Амуртэи. Они следят за каждым вашим шагом.

С этими словами он повернулся к окну, и на мгновение его силуэт стал полупрозрачным, прежде чем окончательно раствориться в воздухе.

Я обернулась к Хванмину, все еще находясь в оцепенении.

— Что это было? — прошептала я.

Он покачал головой, все еще не отрывая взгляда от того места, где только что стоял загадочный визитер.

— Кажется, это место еще более загадочно, чем я предполагал.

[Хванмин]

Я сидел на балконе, погруженный в свои мысли. Свет Амуртэи играл на стеклах, создавая причудливые узоры теней. Я не мог решить, как поступить с Сомин. Ведь солгал, что прощаю. Я все еще чувствую неприятие того, что происходит.

Внезапно почувствовал чье-то присутствие за спиной. Обернулся и замер. Передо мной стояла кумихо, восьмихвостая лисица Сухо. Ее хвосты плавно колыхались, словно живые существа.

— Здравствуй, Хванмин, — промурлыкала она, приближаясь. Ее голос приторно-сладкий.

— Что тебе нужно? — спросил я, стараясь не показывать своего волнения.

Она улыбнулась, и я заметил ее острые клыки.

— О, я просто наблюдала. И я вижу, как ты мучаешься, решая, простить ли ее.

Я нахмурился. Откуда она знает?

— Давай ближе к делу?

— Хочу всего лишь предложить тебе сделку, — она шагнула ближе, ее хвосты обвились вокруг колонн балкона, словно пытаясь заворожить меня. — Я могу сделать тебя самым популярным айдолом в твоем мире. Слава будет вечной.

Я замер. Вечная слава? То, о чем я мечтал всю жизнь.

— И что ты хочешь взамен?

— Ничего особенного, — пропела она, грациозно покачивая хвостами. — Просто не прощай ее. Пусть она останется в своем страдании. А я… Я стану твоим верным помощником, твоим представителем, твоим… другом. Или, если захочешь, чем-то бОльшим.

Она приблизилась почти вплотную. В ее глазах горело возбуждение.

— Ты даже не представляешь, насколько могущественной я могу сделать твою карьеру. Ты станешь легендой, именем, которое будут помнить вечно.

Часть меня жаждала принять это предложение. Вечная слава… Но что-то внутри сопротивлялось.

— Но почему ты предлагаешь это? — спросил я наконец.

Она рассмеялась, и в этом смехе было что-то ненастоящее. Ее хвосты снова затрепетали в воздухе.

— Просто помогаю талантливому человеку достичь своего потенциала. Разве это преступление?

Она протянула руку, и я почти поддался. Почти согласился. Но что-то в глубине души кричало: «Нет!» И проигнорировал.

— Подумай над моим предложением, — огорченно прошептала она, кокетливо пожимая плечами и растворяясь в воздухе. Ее хвосты мелькнули в последний раз. — Вечная слава или прощение. Выбор за тобой.

Когда она исчезла, я остался один. Ее предложение все еще звучало в ушах. Вечная слава ценой прощения? Или прощение ценой славы?

Я не знаю, что она утаила от меня. Ее предложение явно имеет свою страшную цену. Но интуиция подсказывала — нельзя доверять этой лисице. Ни на секунду.

…

[Пульгасари Дехо]

Наблюдаю за этой девчонкой Сомин — такая слабая, хрупкая, вкусная на граничащих эмоциях. Идеально.

Она лежит без сна, терзается. Простить или нет? Какая забавная дилемма.

Время пришло. Я материализуюсь прямо над ее кроватью — пусть почувствует мою мощь.

— Не спится? — произношу, наслаждаясь тем, как она вжимается в постель.

Ее страх — как изысканное блюдо. Сладкий, пряный.

— Дехо? Какого черта? Уйди прочь! — пищит она.

Ха! Думает, что может мне что-то приказать. Забавно.

— О, я просто наблюдал, — растягиваю слова, наслаждаясь ее страхом. — И я вижу, как ты мучаешься.

Она пытается сопротивляться, но я чувствую, как дрожит ее душа.

— Перестань так висеть надо мной, я же все-таки девушка! — кричит она, натягивая одеяло до подбородка.

— Не торопись прогонять меня, девочка. У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Наклоняюсь ближе, чувствую, как трепещет ее сердце.

— Я могу подарить тебе вечность. Вечность, в которой ты сможешь портить ему жизнь сколько угодно. Ты сможешь поглотить его душу без всяких угрызений совести.

Вижу, как загораются ее глаза. Ненависть — мой любимый вкус.

— О? О чем