Бывший на Новый год - Мария Абдулова

22

— Ты, кстати, откуда домой в такой час возвращался? — Степанова невинно хлопнула ресничками, стараясь замаскировать допрос под светскую беседу ни о чём. — Обычно за сутки до Нового года люди либо сидят дома и готовятся, либо в последний момент затариваются продуктами, алкоголем и всем необходимым, а потом торопятся домой, чтобы также начать готовиться праздновать. К чьим рядам относишься сегодня ты?

Булат завёл руки за спину, чтобы размять шею и плечи, тем самым продемонстрировав девушке головокружительные рельефы своих натренированных годами в спорте мышц, и ей резко стало душно. Наверняка из-за того, что стояла рядом с панелью и варящихся на ней овощах. Определённо дело в картошке и ни в чём больше!

— Я ехал с работы.

— С работы? Тридцатого декабря? Неужели в это время у вас ещё есть соревнования и тренировки?

Она была искренне удивлена. Помнила, конечно, что спорт для Сабурова — это целая жизнь, которой он отдал всего себя и добился впечатляющих высот, но в то же время назвать его фанатиком, свихнувшемся на своём деле и посвящаящему каждое свободное мгновение, не могла. У него всегда во всём царила гармония и баланс, будь то спорт, отношения или самореализация, и этот подход ни разу не дал сбой, наоборот только успех и достижение целей.

— У меня нет. Больше.

— У тебя? — переспросила Степанова, не понимая. — Больше? То есть… — её посетила неожиданная догадка и девушка ахнула. — Ты что, ушёл из спорта⁈

Мужчина очертил глазами её шокированное лицо и спокойно кивнул.

— Но… Но почему…? И когда⁈

— Около пяти лет назад.

— Что случилось? Ты получил травму? — у неё никак не укладывалась в голове эта новость, а Булат напротив говорил о прекращении своей спортивной карьеры так, словно обсуждал погоду. — Ты же… У тебя же…

У него, когда они встречались, даже автографы на улице брали! Журналисты постоянно звонили с просьбой об интервью. Полки дома и в офисе спортивного клуба ломились от наград за победы. Другие клубы охотились за ним, переманивая выгодными условиями и баснословными деньгами в контрактах. Его успехи, упорство и талант освещались как в отечественном, так и в зарубежных СМИ. Да и он сам неоднократно делился с ней своими планами на будущее, в котором собирался продолжать выходить на ринг до момента, пока не сможет сделать это физически или пока не пропадёт желание. Марина, уходя тогда, чуть меньше шести лет назад, ни на секунду не сомневалась в том, что его ждёт великое и счастливое будущее, строго настрого запретив себе узнавать о нём что-либо, чтобы лишний раз не терзать себе душу. Благо сделать это получилось относительно легко, так как она в спорте, особенно в данном виде, мало что понимала, в круг интересов Артура бокс тоже не входил да и в целом задумываться о чём-то другом, практически не вылезая из больниц из-за тяжёлого протекания беременности, а потом прочувствовав все прелести материнской доли, было особо некогда. Теперь же… Теперь было поздно.

— Просто время пришло, — обтекаемо ответил Сабуров, так и не дождавшись, когда девушка сформулирует свои мысли.

Ей, конечно, этого было мало и хотелось знать больше, а если конкретно, то абсолютно всё о нём, тем более чувствовалось, что он что-то не договаривает, но, судя по непроницаемому выражению мужского лица и красноречивому молчанию, делиться с ней подробностями бывший не собирался и вряд ли соберётся в принципе.

— Тогда… Чем ты занимаешься сейчас?

— Всё тем же. Только немного с другого ракурса.

— Ты теперь тренер, да?

— И это тоже.

Степанова, не сдержавшись, ещё раз осмотрела впечатляющее пространство кухни и шикарную обстановку в ней. Вопрос о том, реально ли заработать на такой уровень жизни одним тренерством, напрашивался сам собой, но задавать его вслух было бесполезно. Не скажет ведь всё равно. Не привык он хвастаться и кичиться, предпочитая показывать себя на деле и в поступках, а не на словах. Поэтому она решила зайти немного с другого фланга:

— Ты тренируешь детей или ребят постарше?

— Всех.

Вот же Штирлиц с повешенными на гвоздь боксёрскими перчатками!

— И как тебе?

Взгляд Булата потеплел и на губах появилась полуулыбка, из-за которой у неё споткнулось с ритма сердце.

— Не представляю теперь себя без этого, — искренности в его голосе было хоть отбавляй. — Лучшее, что я делал в своей профессиональной деятельности.

Смотря на него, девушка поймала себя на том, что тает. Тает от его глаз и мягкой улыбки. От того, каким он был родным и красивым, открыв перед ней на мгновение душу. От понимания того, что, несмотря на то, что его жизнь сложилась несколько иначе, чем они оба когда-то думали, он всё же нашёл своё место и похоже был полностью им доволен. И вроде его счастье никак её не касалось, а всё равно у Марины будто крылья за спиной расправились и так хорошо на сердце стало, так радостно, так тепло, что сдержать эмоции и широченную улыбку не получилось.

— Как же я рада за тебя! — выпалила, вся просияв. — Ты такой молодец, Булат! Ты просто… Вау! Так круто, когда человек находит себя в чём-то новом, не стоит на месте и добивается новых целей! Знаешь, я это на своём опыте поняла, когда начала занима…

«Дорогая, ну это же чушь полная! Кому нужны твои лифчики с трусами? Ты же не Виктория Сикрет или как этот ширпотреб там называется… Так что выкинь эту ерунду из головы и лучше займись домом или сыном» — вдруг возник в мыслях голос Артура и Степанова тут же замолчала, осознав, что забылась. Мужчина вопросительно вскинул бровь, мол, чего так неожиданно остановилась, и она не нашла ничего лучше, как отвернуться к стоящим на плите кастрюлям и сделать вид, что на самом деле ничего не говорила и картошка без её пристального внимания точно не сварится.

— Марина? — позвал её Булат. — Ты не договорила. Чем ты начала заниматься?

Прикусив щеку изнутри, она проткнула вилкой уже четвёртую по счёту продолжающую вариться картофелину и неопределённо пожала плечами.

— Да так… Неважно. Пустяки.

На самом деле любимое хобби и способ заработка в одном, конечно, не были для неё пустяками и чем-то неважным. Наоборот! Марина горела увлечением пошива красивого женского нижнего белья и мечтала сделать его делом своей жизни, из-за чего поделиться этим, тем более с Булатом, хотелось очень, а вот увидеть у него такую же реакцию как у мужа с мамой, напротив не хотелось совершенно. Ведь и без этого