Сладострастие. Книга 2 - Ева Муньос

Металлическая полка прислонена к блестящей стойке, я смотрю под нее и замечаю, что там лежит тело. Оно тяжелое, поэтому я прислоняю его к мрамору и прижимаюсь к нему ногами, толкая со всей силы... Наконец, оно падает на другую сторону и показывает мне то, что я так долго искал: его тело лежит там, с рукой на боку, покрытой пеплом.

Саймон и Мередит подходят сзади, я падаю на колени рядом с ним, сердце бьется как сумасшедшее, я боюсь, что его сердце не бьется. Я смотрю на Мередит, не в силах проверить, жив он или нет. Она подходит и кладет два пальца ей на горло. Она смотрит на меня и качает головой.

Слюна становится горькой, глаза жгут.

— Этот ублюдок не может быть мертв! — Саймон качает головой. — Проверь еще раз, он не умер.

Я беру его за запястье, чтобы убедиться в том, что уже знаю: пульса нет. Горькая слюна стекает по горлу, боль похожа на тысячу сломанных костей, столько лет мы провели вместе, а теперь я должен смотреть на него бездыханным.

Теплая кровь промочила мне колени, я снял руку с его живота и увидел осколок металла, пронзивший его ребра. — Теплая кровь. — Значит, он не так давно перестал дышать, он еще не остыл. Я снова проверяю пульс, на этот раз более спокойно, он слабый, но ощутимый.

— Принесите носилки! — прошу я Саймона. — Надо его отсюда уносить!

Я надеваю на него свою кислородную маску.

— Капитан, это может быть опасно! — предупреждает Мередит. — Вы рискуете своей жизнью.

— Заткнись! — приказываю я. — Принесите носилки, быстро!

— Но...

— Это мой брат, я не оставлю его здесь! Он бы меня никогда не оставил!

Втроем мы поднимаем его на носилки, легкие болят от напряжения и нехватки кислорода. Я собираю все силы, чтобы вытащить его оттуда, и на полпути нам предлагают помощь. Я должен держаться за плечо Мередит, чтобы выйти, нехватка кислорода ослабляет меня, но мне все равно, я только молю Бога, чтобы он поправился. Вдали виден солнечный свет, и люди бегут нам на помощь, когда видят нас у выхода.

Патрик идет впереди, он первый добегает до носилок рядом с парамедиками, а я падаю на ступеньки, кружится голова и я не могу сосредоточиться.

Вокруг меня толпятся люди, пытаясь ему помочь, и в это время я вижу перед глазами двух детей, играющих в футбол.

Их няня присматривала за ними, он притворялся, что не расстроился из-за ухода Сары, а я был в отчаянии, когда узнал, что она присоединилась к итальянцам.

— Он тяжело ранен, но есть надежда, — Патрик опустил руку мне на плечо. — Спасибо, что не сдался, брат.

Я встаю, чтобы обнять его, пока носилки тащат к одной из машин скорой помощи. Не теряя времени, они включают сирену и уезжают в сопровождении четырех полицейских.

Я снимаю бронежилет, а также свинцовую куртку, которая лежит на мне, и чувствую, как кровь течет по моей руке и капает на пол.

— Ему нужна первая помощь, капитан. — Мередит забирается в скорую вместе со мной—. Я завяжу рану, чтобы остановить кровотечение.

Я протягиваю ей руку, чтобы она могла сделать свою работу.

— Вы спасли полковнику жизнь, еще минута — и он бы не выжил, — говорит она. — Теперь у меня есть еще одна причина восхищаться вами.

— Я знаю его с детства, он мой брат и зять. Я должен был спасти его.

Она улыбается мне, она красивая. Ее красота совершенно противоположна красоте Рэйчел, она более нежная и утонченная, как у куклы из детства. Ее лицо, усыпанное веснушками, и карие глаза излучают покой и умиротворение.

Я стиснул зубы, когда она завязала повязку на ране.

— Спокойно, женщина! — закричал я от боли. — Я не был лучшим капитаном, но не думаю, что заслуживаю таких пыток.

— Ты лучший капитан, который у меня был. — Она смеется. — У меня нет причин мучить тебя.

— Приятно услышать комплимент посреди такого бедствия, — улыбаюсь я в ответ.

Она оставляет руку на моем бицепсе и смотрит мне в глаза.

— У вас очаровательная улыбка, — признается она.

Я неловко шевелюсь, я не из тех, кто дает ложные надежды.

— Да, Рейчел тоже так говорит. — Я снимаю ее руку.

Она молчит, и ситуация становится неловкой для нас обоих. Я первым отворачиваюсь под предлогом того, что мне нужно позвонить родителям и семье.

Мы прибываем в больницу, санитар открывает двери машины, когда она подъезжает, я выскакиваю из нее и бегу к машине, в которой везут Кристофера.

Осколок металла все еще торчит из его ребер, кислородная маска закрывает его лицо, а разноцветные провода покрывают грудь. — Как он? — Я бегу за доктором.

— Мы сделаем все, что в наших силах, — подтверждают они, — но вам нужно быть готовыми к худшему.

49

МИНИСТР МОРГАН

Рэйчел

Постепенно я прихожу в себя, все еще чувствую стеснение в груди и тяжелый воздух при каждом выдохе.

— Спокойно! — просит медсестра, стоящая у изножья кровати. — Не волнуйтесь и дышите медленно.

Я оглядываюсь вокруг... Я все еще в больнице, одета в больничную рубашку, мне трудно сориентироваться, и игла в руке доставляет дискомфорт при каждом движении.

— Как вы себя чувствуете? — спрашивает врач, входящий, чтобы осмотреть мои глаза. — У вас головокружение, глухота или звон в ушах?

— Сколько я здесь? — Я снимаю ноги с кушетки. — Где моя одежда?

— Вы прибыли вчера ночью из-за нервного срыва и приступа астмы, вызванного вдыханием угарного газа.

Я чувствую колющую боль в позвоночнике. — Это не был сон, — думаю я. Все, что говорили вокруг меня, было правдой. Луиза была здесь, как и итальянец. У меня дрожат руки, Антонио Маскерано пришел ко мне, и это не был чертов кошмар.

— Вы в порядке? — спрашивает медсестра. — Я могу дать вам еще успокоительное, если хотите.

Врач подходит, чтобы измерить мои жизненные показатели.

— Вы выглядите хорошо, я могу выписать вас, если хотите, — поясняет он, — «но если вы не чувствуете себя в состоянии, я могу оставить вас на день для наблюдения.

— Я хочу уйти, мне нужна моя одежда и мобильный телефон, — прошу я. — Я чувствую себя хорошо.

Он кивает и готовится заполнить выписку, которую вручает мне перед уходом.

— Ваша подруга принесла вам одежду сегодня утром. — Медсестра достает мою сумку из шкафа—. Я оставлю вас, чтобы вы могли переодеться; если понадобится, просто нажмите красную кнопку рядом с кроватью.

Я ищу iPhone среди вещей, которые она мне