Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения - Ари Дале

но на это предложение получила категорический отказ. У женщины открылся рот от удивления. Поэтому Миша взял «удар на себя», сказав, что пусть возложат на него эту обязанность.

Больше ничего не помню. В голове звенящая пустота образовалась. У меня получается очнуться, только когда муж поднимается на ноги и протягивает мне руку. Я не принимаю ее. Встаю самостоятельно.

— Не против заехать в офис? — спрашивает Миша уже в машине. — Нужно подписать некоторые документы. И утвердить пару смет.

— Отвези меня в отель, — прошу обессиленно, глядя в окно, но ничего не видя. Перед глазами все размывается. Кажется, этот день меня добил.

— А ты не хочешь навестить нашего сына? — муж показывает водителю рукой, чтобы он трогал машину.

Внутри все сжимается.

— Ты имеешь в виду…? — горло сдавливает, не могу произнести ни слова.

— Да, — Миша словно читает мои мысли. — Давай, буквально на час заскочим в офис, а потом поедем к нашему сыну. Вместе.

Дыхание прерывается. Моргаю. Медленно поворачиваю голову к мужу. Смотрю на него. Вот только на лице Миши не вижу ничего — лишь серьезное выражение лица.

Тяжело сглатываю. Перед отъездом мне так и не удалось «навестить сына», поэтому мысль сделать это сейчас, вызывает трепет в душе.

Но ехать к нему с мужем…

Закусываю губу, пару минут мучаюсь в сомнениях, после чего киваю. Уголки губ Миши поднимаются, после чего сразу возвращаются на место.

Думаю о том, чтобы спросить про Настю, но, в итоге, решаю отложить этот разговор, — на сегодня достаточно потрясений. Нужно сначала вернуть себе хоть немного здравомыслия.

По дороге в офис мужа меня мучает предвкушение, которое смешивается с дурным предчувствием. Эти эмоции настолько сильные, что из-за них кожа зудит. Поэтому, когда мы заезжаем на подземную парковку, а потом поднимаемся на двадцать четвертый этаж здания с панорамными окнами, чувствую, что вот-вот взорвусь. Но я сама согласилась на небольшую остановку, поэтому стискиваю челюсти. Следую за Мишей по коридору со стеклянными стенами, за которыми виднеются рабочие офисы разных отделов, и стараюсь не смотреть на проходящих мимо людей.

Более или менее расслабиться получается, только когда мы входим в залитую солнцем приемную со стойкой секретарши напротив окна и журнального столика из темного стекла, с двух сторон от которого стоят кожаные диванчики. На одном из них замечаю жгучую брюнетку в черном платье. До нашего прихода она, похоже, листала лежащий на коленях журнал, но стоит нам с мужем пересечь порог, поднимает на нас глаза.

Словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как на ее красных губах растягивается широкая улыбка, а в глазах мелькает похотливый огонек.

Девушка тут же откладывает журнал на столик, поднимается на ноги и кошачьей походкой подходит к мужу. На меня совсем внимания не обращает, просто заглядывает в глаза мужу и вешается ему на шею.

— Я скучала, дорогой, — брюнетка бормочет слащавым голосом с французским акцентом.

Глава 29

Внутри меня все леденеет. Смотрю, как какая-то баба жмется к моему мужу, и чувствую… ничего я не чувствую. Во мне уже давно все захватила пустота, чем-то напоминающая черную дыру. Такое чувство, что она засасывает мои эмоции, оставляя только оболочку. Да, я живу. Дышу. Сердце бьется. Но при этом моя душа забивается в самый темный угол сознания, чтобы больше не чувствовать боли и разочарования.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Миша убирает руки брюнетки со своей шеи и делает шаг назад. Кажется, что часы, но, скорее всего, секунды. В любом случае, это неважно, ведь мне достаточно того, что я слышала, как именно женщина назвала моего мужа.

«Дорогой…»

«Дорогой…»

«Дорогой…»

Словно на повторе звучит в голове.

В то же время от меня не скрывается недовольное выражение лица брюнетки.

— Аделина, что ты здесь делаешь? — до затуманенного разума доносится грозный голос мужа.

В глазах женщины мелькает обида.

— Ты не рад меня видеть? — она капризно смотрит на Мишу.

Явно хочет показаться наивной, но я-то вижу, что это все напускное. Похоже, Аделина привыкла добиваться своего с помощью “женских чар”, вот только не учитывает, что со стороны прекрасно видно, насколько сильно она переигрывает.

Стою, смотрю на разворачивающуюся на моих глазах сцену встречи двух влюбленных, и понимаю, что мне плевать. Плевать на все! Меня конкретно достали бабы мужа. А вместе с ним жестокость, любовь к контролю, непонятные мотивы поступков.

Прежняя Люда, увидев мужа с другой женщиной, разревелась бы и убежала. Но новая, пережившая настоящий ад — делает шаг вперед.

— Добрый день. Я Людмила, жена Михаила, — протягиваю Аделине руку.

Женщина медленно поворачивает голову, ее глаза округляются, будто она впервые обо мне слышит, но через мгновение снова сужаются.

Аледина придирчиво, я бы даже сказала — пренебрежительно, проходится по мне взглядом. Осматривает с ног до головы, на секунду задерживается на протянутой ладони, останавливается на лице, после чего… кривится.

Хмыкаю, удивляясь такой наглости. Забираю руку. С гордо поднятым подбородком встречаю испытующий взгляд и не прерываю зрительный контакт, пока девушка не закатывает глаза. Она складывает руки на груди, сильнее выделяя вырез декольте.

Равнодушно улыбаюсь и поворачиваюсь к Мише.

— Позвони водителю, пожалуйста, — произношу тихо, но со сталью в голосе. — Я поеду к нашему сыну… одна.

— Сыну? — рядом раздается визгливый окрик, но я его игнорирую.

— Люда… — начинает, скорее всего, очередную тираду муж, но я его прерываю.

— Мне вызвать такси? — приподнимаю бровь.

Миша хмурится.

— Можешь подождать пять минут? Мы поедем вместе, — желваки ходят на его скулах.

— У тебя тут гостья, — указываю головой в сторону, где стоит Аделина. — Вряд ли, ты справишься за пять минут, — сарказм пропитывается мой голос.

Миша до побеления сжимает губы.

Знаю, что разозлила его, поэтому, пока муж не успевает отреагировать на мой выпад, выпаливаю:

— Жду машину внизу. Если ее не будет через пять минут, я вызову такси, — сразу же разворачиваюсь и направляюсь в сторону лифтов.

В ушах звенит, но это вся реакция, которая мне сейчас доступна. Не спеша иду по коридору. Спокойно вызываю лифт, жду его. Безучастно захожу в кабину обновременно с несколькими людьми. Спускаюсь на парковку и сразу вижу машину, на которой мы с мужем приехали в офис.

Сажусь на заднее сиденье. Водителю не приходится говорить, куда ехать. Он тут же трогается с места.

Всю дорогу я не чувствую ничего, словно внутри меня образовался вакуум, который не дает тревожным мыслям проникнуть в разум, заставить страдать. Но чем ближе мы подъезжаем к месту, где живет душа моего сына, тем сильнее начинает