Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1 - Евгения Кец, Екатерина Баженова

— Так, что у вас произошло? Как вообще вышло, что Вейлин о детях заговорил? Он же у нас весь такой независимый, волк-одиночка прямо-таки, — усмехается она.

— Понятия не имею, — продолжаю шептать я, на случай, если шеф подслушивает за дверью. — Я несколько дней назад устроилась работать в его фирму. Он начал себя странно вести, а потом, — смущённо опускаю взгляд и чувствую, как краснеют щёки, — он запер меня в какой-то странной комнате и сказал, что я должна родить ему сына.

— Неужели это правда? — Юлия кривит губы, будто погружаясь в свои воспоминания.

— Зачем мне вам врать?

— Что? А нет. Я не о поведении Вейлина, это как раз в его духе. Я про… — она оборачивается на дверь и качает головой. — Так, ты мне лучше вот что скажи, — врач садится на кровать и хлопает рядом с собой, — ты что-то почувствовала, когда он тебе это говорил?

Юлия продолжает таранить взглядом дверь.

— Страх, — говорю я и сажусь на кровать.

— Почему?

— Понимаете…

Рассказываю Юлии о том, что мне даже целоваться врачи запрещали, но это Вейлина не остановило. И про странные электрические разряды тоже говорю: когда появились, как часто и что я не умею ими управлять.

— То есть ты не знаешь, сработает или нет? Удивительно. Может, у тебя стоит блок? Хотя с чего бы? Наверное, кто-то заблокировал твои способности.

— Кто-то? Но я выросла в детском доме. От меня отказались сразу после рождения.

— Пф, тоже мне, заблокировать можно и в утробе матери. Но для этого…

— Хватит, — открывается дверь и на пороге стоит Вейлин.

— Подслушивать нехорошо, — фыркает Юлия. — И Анника останется под моим наблюдением. А ты, — она подходит к Волку и упирает палец в его грудь, — и близко к ней не подойдёшь, пока я не узнаю в чём дело.

— Ты же понимаешь, что я не буду подчиняться тебе. Я даже отцу не подчиняюсь.

— А я и не прошу этого, но если ты хочешь, чтобы она приняла тебя, то ты прямо сейчас уйдёшь и позволишь мне сделать мою работу.

— Когда я ей всё расскажу, с этим проблем не будет, — всё ещё стоит на своём Волк.

Только вот его слова вызывают у Юлии Олеговны смех:

— Балда, я не об этом, — она выталкивает Вейлина из палаты, продолжая смеяться. — Ты убьёшь её, если попытаешься сделать своей.

Мои глаза за секунду делаются огромными. Я же правильно понимаю, о чём речь?

— Оу, ты об этом, — Вейлин бросает на меня взгляд, — убивать Аннику я не хочу. У меня на неё планы.

— И почему мне кажется, что ты собираешься наделать глупостей, а я, как обычно, тебя поддерживаю в этом?

— Потому что ты отличный друг, — Волк улыбается.

— Вот и послушай этого друга. Ей нужно обследование и лечение. А тебе надо найти предания нашего народа. Или вернуться в клан.

— Ни за что, — рычит Вейлин. — Но у меня есть одна идея. Кажется, я знаю, где я могу найти всю нужную информацию.

— Вот и найди, — говорит Юлия и закрывает дверь в мою палату.

Остаюсь одна, в голове пустота: даже не знаю, о чём думать. Кланы, предания, способности. Но больше всего меня теперь волнует не это.

Юлия Олеговна сказала, что меня не могли бросить. Неужто я зря не искала родителей? А что, если врач говорит правду, и меня спрятали? Но от кого и почему?

Кажется, пришло время ответить на вопрос, от которого я бегала всю жизнь, и который в последнее время часто мне задают: кто я такая?

Глава 23

Погружаюсь в собственные мысли. Мою душу терзают сомнения, но слова Юлии Олеговны, и интерес Вейлина с первой минуты знакомства к моим корням заставляет задуматься.

Да, я всю жизнь жила с мыслью, что если не была нужна родителям, то и они не нужны мне.

Но что, если…

Если они не хотели меня бросать?

Если погибли?

Или…

Если спрятали от чего-то страшного.

Ведь меня уже много лет обследуют врачи и каждый раз приходят к выводу: они понятия не имеют, что со мной. А в мою способность бить людей током не верят. Я же ни разу не смогла по собственному желанию это повторить.

Разве что с Катей, но это случайность.

Через несколько минут Юлия Олеговна возвращается в палату и приносит мне больничную одежду. Говорит, чтобы я сходила в столовую поесть, а потом устраивалась поудобнее. Утром меня ждут обследования.

— А вы правду сказали, — решаюсь спросить, когда врач почти выходит из палаты.

— О чём?

— Про принять, — шепчу я. — Вы же об этом говорили, ну… вы поняли, — сглатываю и прячу взгляд.

— Вейлин точно открутит мне голову за этот разговор, — усмехается Юлия и возвращается ко мне.

— Просто мне не с кем было о таком разговаривать. Всю мою жизнь мне твердили, чтобы я даже не думала о таком, потому что в моём случае ни к чему хорошему это не приведёт.

— Да уж. Тяжело, наверное, жить в страхе. Ладно, спрашивай, что тебя интересует. Будем считать, что это тоже врачебная тайна.

— Вы сказали, что он убьёт меня. Это из-за сердца? — спрашиваю я, а это самое сердце начинает заходиться.

Невольно касаюсь своих губ, а в голове всплывают воспоминания о поцелуях Вейлина.

Юлия задирает брови, глядя на меня, будто она тоже видит эти картинки. А её вопрос выбивает меня из колеи:

— Он же не просто запер тебя в комнате и объявил о своём решении, да?

Поджимаю губы и мотаю головой. А врач очень хорошо знает Волка, раз так легко догадалась, что произошло.

— Он поцеловал меня.

— Вот, засранец, — возмущается Юлия, но моментально смягчается. — Погоди, но ты в порядке. Как это?

И она туда же? Теперь будет с другими врачами выяснять, почему я жива, а не что пытается меня убить.

— А ты током его ударила?

— Ну да.

— А чихала?

— Да, но потом, когда он снова…

— Ого, Вей не смог остановиться? Не похоже на него. И как