Ты родишь мне сына. P.S. твой босс Волк. Том 1 - Евгения Кец, Екатерина Баженова

— Мне понравилось…

Не вижу смысла врать. Меня как-то врач пугала, говоря, что нет смысла ей говорить неправду, потому что вскрытие покажет, где я врала.

И по опыту знаю, что даже самая малость может оказаться важной.

— И ты перестала чихать… — будто сама себе говорит Юлия Олеговна.

— Да.

— А когда снова начала?

— Когда он объявил, что я должна ему сына родить, — бурчу в ответ.

— Страх.

— Что страх?

— Я всё не так поняла, — как пружинка подпрыгивает Юлия. — Всё, иди в столовую, потом отдохни, а мне надо позвонить.

— Но…

— Не спорь. Ты хочешь быть здоровой?

— Не уверена, — слегка щурюсь.

— Как это? — мой ответ, похоже, вводит врача в ступор.

— Если я буду здорова, то Волк… ну, он же не отстанет от меня.

— А, пф, — взмахивает рукой Юлия Олеговна. — Если я права, то этот вопрос отпадёт сам собой.

— Правда? Воодушевляюсь. Он оставит меня в покое, после лечения?

— Нет, ты тоже будешь всего этого хотеть. Ну, все эти пелёнки, распашонки и Вейлина, разумеется.

Пока я сижу в диком ступоре, врач выходит из палаты.

*Вейлин*

На волне воодушевления еду в библиотеку. Чувствую себя студентом. Но именно в той маленькой и пыльной комнатушке, где я торчал, пока учился в универе, есть то, что мне нужно.

Я помню томик со сказками, которые читала мне бабушка, когда я был ребёнком. «Легенды старого мира. Сборник сказок Хранительницы секретов» — название въелось на подкорку. Как жаль, что я не могу взять и позвонить ей, чтобы сказать, что она была права.

Уже давно никто не верит в то, что это возможно. Но я на собственной шкуре испытал это. Когда я смотрю на Аннику, внутри всё бурлит. Не могу подобрать слова, но я точно знаю, что именно она должна стать матерью моих детей.

Уже предвижу реакцию родителей, когда покажу им невестку. Но мне плевать, я покинул клан. И думал, что так и буду скитаться по миру, а теперь я хочу чего-то другого.

Только вот счастье может оказаться недолгим, если я не узнаю, что происходит с той, которая предназначена мне судьбой. Ну или вселенной. Хотя какая разница, как называть то, что происходит?

На сути это не отразится. Анника должна стать моей. И точка.

Доезжаю до места и выхожу из машины. Меня встречает убогое и почти развалившееся здание, но именно в таких живут вековые знания. Я уверен, что здесь получу все нужные мне ответы.

На стойке меня встречает знакомая старушка, хотя она на пять лет старше, чем раньше.

— Вейлин! — восклицает она, как только я подхожу к ней.

— Вот это да, не думал, что вы меня узнаете, — ухмыляюсь и кладу на стол водительское, чтобы взять читательский билет. — Здравствуйте, Агата Анатольевна. Мне нужна ваша помощь.

— Здравствуй, здравствуй, — она выходит из-за стойки и даже обнимает меня.

Неожиданно, конечно, но очень приятно. Я торчал здесь месяцами. Мне было сложно, когда я ушёл из семьи, а здесь мне были рады всегда.

— Рассказывай, что тебе нужно?

— Помните, вы как-то давали мне почитать сказки…

— Снова проблемы в семье? — удивляется она.

— Потрясающе, — не выдерживаю я. — Вы всех помните, кто приходит к вам?

— Считай это моей сверхспособностью, — подмигивает мне Агата.

— Проблема не в семье.

— Значит, в девушке?

— Ничего-то от вас не скроешь, — смеюсь. — так у вас есть нужная мне книга?

— Я ждала этого дня, — ухмыляется старушка. — Я знала, что ты особенный. А ещё я знала твою бабушку. И у меня есть для тебя послание от неё…

Глава 24

Сижу на больничной койке в пижаме, которую выдала мне Юлия Олеговна и жду, когда повторится то, что со мной происходит каждый год. Очередное обследование, которое не приведёт никуда.

В голове то и дело возникают мысли о Вейлине. Я не верю, что можно вот так просто влюбиться или захотеть, чтобы женщина родила для тебя ребёнка.

Это же не открытку нарисовать. Это на всю жизнь. Гены там, характер, ну и всё, что передаётся малышу.

Ума не приложу, зачем Волку может понадобиться малыш от такой, как я. Но где-то в глубине души даже улыбаюсь. Ведь это значит, что на мне ещё не поставлен крест. Я могу кого-то заинтересовать.

Раньше парни сторонились меня. Не могу вспомнить даже одного приглашения на танец. Не то чтобы ситуации, когда я осталась один на один с парнем, который бы собирался меня поцеловать.

Нет. Могу вспомнить лишь то, когда одноклассник на спор зажал меня в углу, а потом я неделю лежала в больнице.

Кольнув в сердце, надежда, что я смогу жить обычной жизнью, растекается по груди.

— Готова? — в палату заглядывает Юлия Олеговна.

— К чему?

— Ну, раз у меня нет твоей карты, то начнём с простых осмотров. Составим представление о твоём организме.

Вздыхаю и топаю за ней. Врач водит меня по кабинетам и лично сидит рядом. Я же стараюсь не слушать, что говорят. Во-первых, я уже всё это слышала. А, во-вторых, ничего хорошего они не говорят.

Всё по стандарту: сердце слабое, в идеале сделать пересадку. Только кто ж меня в очередь поставит? Для очереди я недостаточно больна. А для полноценной жизни недостаточно здорова.

Вот тебе и замкнутый круг.

Ничего нового не слышу, но потом оказываюсь в кабинете странной женщины. На вид ей лет пятьдесят, она сидит в строгих очках и смотрит на меня как на пришельца.

— Юлечка, оставьте нас наедине, — просит она.

Я же бросаю взгляд на Юлию Олеговну, не хочу, чтобы она уходила. Мне страшно. И как только страх начинает нарастать, происходит это:

— Апчхи, — не сдерживаюсь. — Простите.

Страх…

Вот о чём говорила врач. Я чихаю, когда мне страшно. Как и током бьюсь по этой же причине. Но страшно мне бывает часто, а вот чихаю я не так часто.

Кажется, всё не так просто, как я могла подумать.

— Не стоит бояться, — улыбается Юлия. — Алина Андреевна отличный специалист. Поверь мне.

Киваю и присаживаюсь на краешек стула. Ожидая, когда же женщина приступит к осмотру. А она не торопится. Лишь разглядывает