Измена. Я теперь (не) твоя, дракон! - Илана Васина

Бесплатное обучение означает скромный рацион, который не способен удовлетворить мой драконий аппетит. Мне больше не достает той порции, которую еще месяц назад хватило бы с лихвой: риса с мясным соусом, пары кусочков хлеба, морковного салата и воды. Можно было бы купить себе добавку, но здесь заоблачные цены, рассчитанные, очевидно, на богатых аристократов. Приходится есть, как едят бедняки — медленно, вдумчиво и все до последней крошки.

— Ты здесь, Луара! — раздается за спиной звонкий девичий голос.

Быстро заталкиваю в рот оставшийся кусочек хлеба и оборачиваюсь. В метре от меня стоит Эйрина, соседка по комнате. Родители оплатили обучение девушки по полному тарифу, поэтому её поднос заполнен под завязку.

Тарелка с запеченным картофелем, овощной салат с орешками, утиная грудка под клюквенным соусом, шоколадный пудинг, открытые пирожки с мясом, молочное суфле, фрукты и компот. Какой прекрасный набор! Я бы сама от такого не отказалась. Рот мгновенно наполняется слюной, а в довершение тоскливо сосет под ложечкой.

Едва удерживаюсь от стона.

Бездна, я же только что поела!

Вот, что бывает, когда носишь под сердцем крошку дракона.

— Ты представляешь, — тараторит тоненькая блондинка, усаживаясь напротив меня. — Я только что столкнулась с Оливией Вайт со второго курса. Оказывается, мы с тобой попали к лучшему преподавателю по магическим плетениям. Говорят, у него даже бездари добиваются высоких результатов. Мы с тобой, конечно, не бездари, я надеюсь, но все равно приятно учиться у лучшего… Попробуй пирожок. Как тебе? Вкусно?

С благодарностью принимаюсь за нежную, пористую выпечку.

— М-м, — выразительно мычу и жестами изображаю восхищение. — Божественно! Спасибо!

— Отлично, бери еще... Говорят, он красавчик. А еще Оливия сказала, что он, — Эйрина прикладывает ко рту руки, сложенные в трубочку, и понижает голос, — холостяк. Понимаешь, о чем я?

Благоразумно мотаю головой. Флирт с преподавателем — нечто за гранью дозволенного. За последние два дня я вызубрила устав Академии, где черным по белому было сказано: «за аморальное поведение адепт отчисляется из Академии без права восстановления». Список аморальных поступков был длинным, но я запомнила каждый. Не хочу профукать по глупости выпавший мне шанс на новую жизнь.

— Ладно, кончай нудить, — хихикает Эйрина, заправляя за ушко длинные, светлые локоны. — Ты ведешь себя, как леди Никогда Не Была Молодой.

На эти слова лишь вздыхаю. Если бы соседка знала, что у меня в вещевом мешке под кроватью спрятано обручальное кольцо с россыпью лунных бриллиантов, на запястье, перевязанном белой лентой, кроется метка истинной дракона, а под сердцем я ношу его малыша, она бы вряд ли ждала от меня легкомыслия.

Наевшись от души и настроившись самым внимательным образом изучать азы магических плетений, мы идем в аудиторию. С трудом открываем массивную дверь, и последними усаживаемся на единственные свободные места в первом ряду. Пока раскладываем на столе учебники и тетради, открывается дверь, и в аудиторию заходит преподаватель. Подняв на него глаза, зажимаю рот, чтобы не вскрикнуть от удивления.

Вот же "повезло"!

Из всех магистров Академии мне достался именно он!

Глава 22

С магистром Луцием мы расстались на неудачной ноте. Я назвала его недругом мужа. Наверно, мои слова в тот день ударили по нему больнее пощечины.

А сейчас напрямую завишу от его благосклонности. Бесплатное обучение предполагает отличную успеваемость. Получу хоть один неуд — и прощай, Академия! Вне ее стен муж найдет меня в любой точки Империи, и мой побег накроется медным тазом.

— Лу, — шепчет Эйрина, теребя меня по плечу. — Ну как он тебе? Правда, красавчик?

«Красавчик» тем временем поворачивается к нам спиной, чтобы начертить в воздухе узор. Магическое кружево голубовато мерцает под его пальцами. Как назло, широченными плечами он загораживает часть схемы.

— Он красив, да, — борморчу, сверяя записи с тетрадью соседки. — Ты успела записать пятый шаг создания магических всполохов?

— Вот здесь, — она быстренько тыкает тонким пальцем в свои каракули и продолжает: — Оливия рассказывала, что в том году один профессор влюбился в адептку. У них дошло до свадьбы. Не повезло той дурочке, да?

— Почему дурочке и почему не повезло? — рассеянно осведомляюсь, рассматривая её нечитаемые записи.

— Профессор был старым, под пятьдесят. Имей та адептка больше везения и будь поумнее, окрутила бы другого магистра.

— Давай не будем отвлекаться, ладно? — вымученно выдыхаю.

"Другой магистр" как раз отошел в сторону, давая мне шанс увидеть всю схему, целиком, и я быстренько копирую узор из воздуха в тетрадь.

— У вас появились вопросы, Луара? — вдруг ловлю на себе строгий взгляд Фабиана.

— Никаких вопросов, магистр, — тушуюсь, еще ниже склонияясь над тетрадью.

Заметил. Узнал. Назвал по имени. Вот же «повезло»! Причем на первом уроке!

— Отлично. Раз вам все понятно, попрошу сотворить для всех присутствующих огненный всполох, — он широким, гостеприимным жестом приглашает меня к себе.

Высокий, статный, уверенный, с элегантно повязанным на шее синим платком, он выглядит здесь вершителем судеб, почти императором. В серых глазах под черными ресницами сверкает ум и проницательность. Такого человека не хотелось бы записывать в противники. Неужели решил на мне отыграться за тот наш разговор в родовом замке мужа?

Шагаю к кафедре на ватных ногах. В предыдущий раз, когда я занималась магическим плетением, меня вынесло к хищникам в лесные дебри. Два последних дня отчаянно убеждала себя, что то было детская оплошность. Теперь я взрослая, и все будет по-другому. Мне почти удалось в это поверить. Почти.

Направленные на меня взгляды покалывают кожу, точно иголки. Стараясь не обращать внимания на накатывающую тошноту, делаю все в точности, как он объяснял.

Растираю заледеневшие руки, чтобы максимально согрелись. Шепчу короткое заклинание. Чувствую нарастающий жар в подушечках пальцев и начинаю чертить перед собой несложный узор, оставляющий в воздухе легкий, мерцающий след.

От волнения дрожат руки. Надеюсь, у меня получится огненный всполох или искорка на худой конец!

Узор почти закончен, как вдруг… на его месте вспыхивает огромный костер в человеческий рост. Испуганно отшатываюсь, но жар успевает больно лизнуть