За зеркалом - Алёна Шахнина

— А где… где был её муж? — нерешительно спросила я.

— Он уже погиб к тому времени.

— А девочка?

— Татьянина дочка плакала всю ночь и следующий день, пока родители не вернулись. Ее эти нелюди не тронули. Эта девочка твоя прапрабабушка. Она осталась с родителями Татьяны, и воспитали они её хорошим человеком. — Ваня убрал руку от зеркала и отошел. — Я был с ней, видел, как она растет. И она была первой, кто попытался вытащить меня отсюда.

— Это ужасно, — выдохнула я.

Ваня пожал плечами, но я знала, что словами не описать этот ужас. Жить столько лет с чувством вины, зная, что это никогда не сотрется из памяти. Целую вечность видеть перед глазами события той ночи, что навсегда поставила точку в их любви.

— Я научился с этим жить, — сказал он. — А вот ты не должна это видеть. В тот день, когда ты взяла платье, ты тоже что-то видела, да?

— Я видел наш… ваш танец. В этой гостиной, — тихо ответила я.

— Танец? — удивился он. — А что-нибудь конкретное было?

— Да вроде нет, — я пожала плечами. — Только… слышала, как часы пробили три раза.

— Три… — загадочно произнес Ваня.

— Что это может значить?

— Не знаю, — слишком быстро ответил он.

Но я не поверила. И только что он дал мне подсказку — то, что втянуло его сюда, связано с тройкой.

Я задумалась, что это может быть. Так, сегодня третье ноября, но вполне возможно, что это простое совпадение. Или нет?

Слишком много совпадений. Татьяна погибла от рук грабителей, и ко мне тоже приходят двое странных мужчин. Но я не могу погибнуть — у меня ещё нет детей. А вдруг…

— Вань, а сколько лет было Татьяне?

— Двадцать три, — ответил он.

— Как и мне… — не сдержалась я.

А что, если судьба повторяется? Я сильно похожа на неё, и с Ваней у нас особая связь, что уже трудно отрицать.

— Именно. Поэтому ты не должна лезть, не должна трогать её вещи и вообще тебе лучше уехать, — сказал Ваня.

— Нет, — выдохнула я. — Сбегать не наш вариант. Не теперь.

— Саш…

— Всё, иди спать, — я махнула рукой. — Я тоже попробую.

И ушла из кухни под его пристальный взгляд.

Глава № 15

Заснуть у меня, конечно, не получилось. Я укрылась одеялом и смотрела в пожелтевший потолок под рой собственных мыслей.

Татьяна погибла, потом было три поколения женщин, и я четвертая. Три поколения… Мечтаю о трех дочках, — писал Ваня в письме. Много троек, но приплести можно любую ерунду, даже то, что в доме три комнаты.

Но в этом есть какой-то смысл. Татьяна стала первой жертвой проклятия, после неё родилось три поколения женщин, и появилась я. И все бы ничего, но мы похожи с ней, как близнецы. А вдруг это не совпадение, а я должна исправить то, что сделала она? Может, это Татьяна стала причиной заточения Вани?

Я ворочалась с боку на бок, и мне не мешало бы поспать, потому что мой больничный уже подошел к концу, и мне нужно возвращаться на работу. Но сна не было совсем. Перед глазами — ночной кошмар. Ужас, который испытала она и я, когда заплакал ребенок.

А вдруг… чтобы вытащить Ваню, наш род должен прерваться. От этой мысли похолодело даже в комнате. Но и в этом есть смысл. Возможно, не Ваня причина проклятия, а потомки Татьяны. Наверное, Ваня тоже об этом думает, поэтому пытается выгнать меня из дома, хочет, чтобы я уехала.

Мне нужны ещё подсказки, хоть что-то. Я не знала, есть ли смысл дальше искать на чердаке — мои бабушки наверняка вытащили все ценное. Но письмо ведь осталось! Значит… Значит, они оставили подсказки для следующих поколений! Наверняка, Ваня был против их затей, и чтобы дело довести до конца, они оставили часть того, что может пригодиться.

Я перевернулась на другой бок и посмотрела в зеркало, ещё стоящее на тумбочке. Но логичнее было бы написать письмо или инструкцию, оставить её на чердаке. Ведь Ваня туда не может попасть, значит, и письмо бы не нашел. Хотя, как логичный вариант — они боялись, что письмо найдет кто-то другой, и в страхе уничтожит!

Да я чертов гений! Именно так я бы и поступила — оставила подсказки, чтобы следующее поколение по крупицам собрало их и продолжило дело, начатое больше ста лет назад. О боже, я со своим умом должна работать в детективном агентстве как минимум, а не выкладывать товар на полки!

Значит, первое. Все началось с Татьяны. У них с Ваней была любовь, потом она вышла замуж за другого. На картине стоял год 1899. Через шесть лет она погибла, а Ваня заперт 135 лет. Получается, что ровно через год после картины он попал в зеркала. Татьяна прожила ещё пять лет после этого. А видела ли она его? Знала ли, что Ваня рядом?

Возможно, что заточила его мать Татьяны, зная их отношения. Дочь наверняка рвалась к своему любимому и отказывалась выходить замуж. Но как она это сделала? Как превратила живого человека в бестелесную сущность? И сделала это в этом доме, тоже — зачем? Могла бы запереть его в своем доме или где-то ещё. Возможно, цель была просто прогнать его, но получилось то, что получилось.

Но самый важный вопрос, который я задавала себе уже сотню раз. Что будет с Ваней, если у меня получится освободить его? Умрет по-настоящему или… станет живым? От этой мысли приятно потеплело внутри, хотя я понимала, что надежда очень маленькая и хрупкая. А если он исчезнет совсем, то в этом доме станет невыносимо пусто и… грустно.

Ладно, сначала поиск ответов, а потом уже всё остальное.

Я снова повернулась на бок лицом к стене и разочарованно уронила руку на одеяло. Сна не было совсем. За окном уже медленно просыпалось солнце, кидая первые лучики на лужи, оставленные вчерашним дождем. Ветер стих, как и буря внутри меня. Страх после сна не отпустил полностью, но больше терзало другое — эмпатия к этой несчастной девушке. Стало невыносимо жаль её. Она за короткий срок потеряла так много всего, и сама погибла ещё молодой.

— Хватит терзать себя, — раздался Ванин голос за спиной.

Я повернулась к зеркалу и посмотрела на него. Он сидел на краю моей тумбочки, и я вообще не понимала, как это работает. Тумбочка же здесь, в комнате, а он в зеркале. Хотя