Запрет на любовь - Екатерина Ромеро

не завидую, Лера! Боже упаси! Просто ты сама знаешь, что богатые дяди сюда за сексом приходят, а женятся они совсем на других девушках – чистеньких, домашних серых мышах! И не надо мне тут морали читать, ладно? Да, клиенты могут нам дарить подарки и цветы, брюлики подгонять, но ночевать они все равно бегут домой, к женушке. Это просто игра. Временное развлекалово, новизна! А ты, Оленька, ты просто цену себе набила тем, что не дала Черному в первую ночь. Вот поэтому у него и включился азарт, инстинкт охотничий. Но запомни: как только Владимир трахнет тебя, больше не придет, увидишь! Он всегда таким был. Один раз любовь у него – и все, пойдет искать себе другое увлечение. Другую игрушку!

Джулия говорит с полной уверенностью в голосе. Не знаю как, но она знает, что у нас с Вовой не было секса. Видать, она очень опытная и у меня все написано на лице. Он снова ушел недовольный. А я снова профукала ночь, ведь это Владимир должен был получить удовольствие, а не я. На деле же вышло все с точностью до наоборот.

Защищаться мне нечем, я не была готова к такому нападению, потому молча опускаю голову. От слез все расплывается, но я не хочу показывать, как мне больно. А вдруг это правда и Владимир на самом деле такой? Да, Джулия, несомненно, плещет злобой, но она ведь была с Вовой прежде, она его знает, а я? Знаю ли я Владимира достаточно хорошо? Нет. Я ему открылась, а он почти не говорил о себе. Потому что не хотел? Я не знаю.

Неужели это все просто игра? Как же не хочется мне в это верить.

– Дура ты, Юлька. Вот смотри, девку до слез довела! – защищает меня Лера, дает салфетки. И аппетит мой давно пропал. Ничего мне уже не хочется. Поскорее бы уйти от них. Я думала, что я сильнее, но, кажется, три модели против одной антидевственницы – это перебор.

– Ко мне Владимир не относится как к игрушке! Может, ты и была для него просто куклой, Джулия, но со мной он совсем другой! Кардинально! – выпаливаю, а Джулия лишь усмехается, довольная тем, что все же меня задела.

– Да уж, похоже, кто-то запал на клиента, а это, между прочим, правило номер два после презерватива. – Тоня отпивает кофе с важным видом. – Сама хоть слышишь, чего городишь, Оля? Дуреха ты наивная. Знаешь, сколько тут таких было прЫнцев благородных у нас, с конем и без? И в любви клялись, и жениться обещали, да только ты видишь, что хоть одна из нас замужем?

Хохочет, да они все надо мной ржут, как над идиоткой.

– У меня будет не так! Я не продажная шкура, как ты! – огрызаюсь, но вот это было зря. Они реагируют мгновенно, хоть бы не загрызли меня тут всем кублом своим ядовитым.

– На первый раз прощаю, но ты язык свой все же придержи, куколка, пока я тебе его ПОД КОРЕНЬ НЕ ВЫРВАЛА!

– Тоня, угомонись! – одергивает Ева, но слишком поздно. Тоня с Джулией разве что только не шипят на меня, и чем вызвана такая ненависть, я не знаю.

– Да сами вы угомонитесь! Просто я, в отличие от вас, жизнь повидала, и я не летаю в облаках. Может, я помочь хочу, Евик. Сама знаешь, что чем раньше она спустится, тем быстрее поймет, как тут все устроено. Ну что вы так все на меня смотрите? Вот ты за три года работы здесь хоть раз видела, чтобы клиент женился на шлюхе, Лера? Нет? Вот и я нет. Сказки только в книжках, так что, Оленька, ты можешь быть любимой любовницей, но не любимой женой у таких. Просто запомни это и никогда не забывай.

– Ну-ка, быстро прекратили балаган!

Анфиса. Она входит на кухню уверенным шагом и окидывает нас всех строгим взглядом. Как обычно, одета с иголочки и при макияже уже с самого утра. Кажется, что она и спит накрашенная. Всегда при параде, что создает ощущение ее искусственности либо рабочего костюма, который она натягивает, едва распахнув глаза.

– Что за бабские посиделки вы здесь устроили?! Работы нет, вам нечем заняться?

– А что такого? Я, например, просто завтракаю. Мой клиент только вечером будет!

– Ну так приготовься для него, Тоня! И остальные тоже. И на кухне убрать, чтобы все как у кота под хвостом блестело! Король уже на подходе, и не дай бог тут будет срач! Быстро все занялись работой, бегом!

– А чего ты мелкой ничего не поручаешь? Или она у нас ВИП-персона?

– В отличие от тебя, Юленька, Оля выкуплена на неделю вперед и будет отдыхать эту неделю. За нее как за вас троих, вместе взятых, заплатили, так что подумайте над этим. Может, найдете, чему поучиться у новенькой, – язвит Анфиса, и я тут же встречаюсь с колкими взглядами всех девушек. Даже Леры. Зависть, злость, женское соперничество намного жестче мужского, потому что оно коварное и изворотливое, точно лесная гадюка.

Это было неудачное сравнение и точно не в мою пользу, так как теперь я стала еще более невыгодно выделяться среди них всех.

Стараясь быть незаметной, я выхожу из кухни, но как раз в этот момент входная дверь распахивается. В нее входит высокий мужчина лет тридцати пяти. На нем темно-серое, явно дорогущее пальто и черный костюм.

Широкий в плечах, крупный, бородатый, с какими-то холодными глазами. Он входит не как клиент, а очень смело и совершенно без стука, как… хозяин.

Боже. Это Король. Я почему-то это сразу понимаю, потому что он выделяется, и он уж точно не похож на охранника.

– Фагот, уведи. Закрыть под замок, не выпускать.

У него очень низкий голос, командный, и я леденею, когда вижу, что этот Король буквально волоком тащит какую-то молодую девушку. Она плачет и трепыхается, а он совершенно не обращает на это внимания.

Он обращается с этой несчастной как с заключенной. Что такого она сделала? Или для Короля в порядке вещей брать и похищать людей просто с улицы?

От увиденного замираю и отхожу к стене, тогда как этот мужчина, похоже, даже не обращает на меня внимания. Выходит Фагот, забирает эту девушку, тогда как Король идет на кухню, и там уже я слышу, как его радушно приветствует Анфиса. Она ему разве что красную дорожку не постелила. Вот кто ее хозяин. Она Королю принадлежит, как и все мы здесь.

– Кто эта девушка? – спрашиваю у подошедшей