Альфа волк - Кэролайн Пекхам

class="p">— Я знаю это, любимая, — ответил он, ухмыляясь так, что мне стало еще больнее, когда мой взгляд переместился на его твердый член, который так и просился в рот. — Но ты выглядишь так, будто тебе нужен хороший, жесткий трах, и я готов поспорить, что ты никогда раньше не позволяла ни одному мудаку нагибать себя. Ты даже не знаешь, что теряешь.

Я зарычала, но должна была признать, что думала об этом раз или два, но никогда не предполагала, что позволю кому-то сделать это. Я была Альфой, я никому не подчинялась, но сейчас я чувствовала себя довольно слабой, и мне нужно было почувствовать его внутри себя как можно скорее. Может быть, это было бы не самым худшим решением в мире — попробовать…

Итан не дал мне времени на раздумья, набросившись на меня и обхватив своими сильными руками, он притянул меня к себе и поцеловал так, как будто жаждал этого. Его рука запуталась в моих волосах, и я застонала, пока он не откинул голову назад и не прижался своим ртом к моему соску, прикусив его так сильно, что я задыхалась.

Как только я закрыла глаза, он хлопнул рукой по моей попке и развернул меня.

— Итан, — прорычала я в знак протеста, но он схватил меня за волосы, чтобы держать спиной к себе, а затем заставил согнуться.

Мои руки ударились о каменную стену пещеры, в которой мы были спрятаны, за секунду до того, как он вогнал в меня свой член достаточно сильно, чтобы я закричала.

Я хотела повернуться и вырвать ему глотку за это движение, но когда он начал быстро и сильно двигать бедрами, я не могла ничего сделать, кроме как стонать от удовольствия и бороться с желанием умолять о большем, потому что, пошел он на хрен, но, о-о, пошел он на хрен.

Его рука опустилась на мою задницу, и я снова застонала, обожая то, как его яйца ударяются о мой клитор каждый раз, когда он входит в меня, как головка его члена входит в это чертовски идеальное место так глубоко внутри меня, что я даже не была уверена, что когда-либо чувствовала его так раньше.

Пальцы Итана впились в мое бедро, обхватывая меня за талию, в то время как я боролась, чтобы встретить каждый его толчок, удерживаясь на ногах, опираясь на стену, и от каждого удара его тела о мое у меня перед глазами едва не вспыхивали звезды.

Его член был таким большим и таким совершенным, и я никогда не дам ему понять, насколько это потрясающе, но я определенно дам ему понять, что в ближайшем будущем он снова одолеет меня.

Он стонал и бормотал мое имя, как молитву, вбиваясь в меня со звериной дикостью, свойственной нашему виду, показывая мне, что он Альфа до мозга костей. До последнего. Ебаного. Дюйма. И как бы я ни хотела это ненавидеть, мне это чертовски нравилось.

Я пыхтела, стонала и умоляла, и совсем скоро меня пронзил оргазм, подобного которому я еще не испытывала. Моя киска плотно сжалась вокруг его толстого ствола, и он зарычал, борясь с желанием последовать за мной в небытие, вместо этого приостановившись, когда его хватка в моих волосах стала болезненной.

Как только самая большая волна экстаза прошла, он снова начал двигаться, как-то быстрее, глубже, с такой пылкой энергией, которая требовала от меня все больше и больше. И я с готовностью отдавалась ему: мои бедра снова задвигались навстречу, пока он не кончил с глубоким, животным рыком, от которого я тоже чуть не кончила.

Итан отстранился и снова вошел в меня, сильно шлепая по заднице и заставляя меня кончать, нравится мне это или нет. И, да, мать его, мне это нравилось. То, что он доминировал надо мной, ворвавшись в мой зал гребаной славы, и это будет повторяться в моих фантазиях каждый раз, когда я останусь одна в своей камере и мне понадобится помощь, чтобы расслабиться.

Он не торопился выходить из меня, а когда я выпрямилась, ослабил хватку на моих спутанных волосах, после чего развернул меня к себе и снова поцеловал.

— Блядь, ты просто такая…, — он не договорил, продолжая поклоняться моему рту, его прикосновения стали мягкими и нежными, словно он пытался вытравить боль из моей кожи, и я была уверена, что если бы он мог, то исцелил бы меня прямо сейчас. Но я была даже рада, что он не может. Эта нежная боль между бедер была как тень того места, где он был похоронен во мне, и я не могла сказать, что ненавижу это. Он был моим, и это было еще одним доказательством того, что он мой.

— Значит, ты скучал по мне? — поддразнила я, запустив руки в его шелковистые светлые волосы и наслаждаясь тем, как его язык скользит по моему, прежде чем он дал мне ответ.

— Ты даже не представляешь, любимая. Моя стая думала, что я сбился с пути. Ты — секрет, который невозможно сохранить.

— Зачем тогда хранить его? — пробормотала я, потому что сейчас я не хотела возвращаться к притворству с ним. Я хотела иметь возможность прикасаться к нему и обнимать его, когда мне этого захочется, и не понимала, почему какая-то старая война между бандами, затянувшаяся в этой тюрьме, должна диктовать, что нам делать или не делать. — Мы оба Альфы. Мы могли бы объединить наши стаи и стать самыми сильными главарями здешних банд.

Итан рассмеялся без юмора, но он явно не думал, что я говорю серьезно.

— Ты сумасшедшая, любимая. И, возможно, мне это даже слишком нравится.

— Да ладно, Итан, как ты собираешься продолжать скрывать это? Если ты тосковал по мне так же, как я по тебе, то…

— Все в порядке. Я придумал идеальное прикрытие. Моя стая думает, что Харпер — моя пара. У нее фальшивая метка и все такое…

— Что? — Я отшатнулась назад, словно он ударил меня, и он нахмурился, когда я уставилась на него с неприкрытым возмущением на лице. — То есть ты просто притворяешься, что какая-то другая, низшая сука — твоя пара? Как, мать твою, ты убедил их, что она тебе ровня? Харпер? Ты что, блядь, издеваешься?

— В любом случае, она моя Бета. В это не так уж сложно поверить, — огрызнулся он, и я злобно зыркнула на него.

— Она — гребаное ничтожество, и ты это знаешь. Она и близко не может сравниться с тем, что ты чувствуешь в наших отношениях, и