Калейдоскоп моего сердца - Клэр Контрерас

Миа выходит из-за угла. Я смотрю и замечаю, что она в красном платье и без обуви, что смешно, так как я в таком же платье только черном. Мы смотрим друг на друга и смеемся.

— Привет, — застенчиво говорю я.

— Мне жаль, что я такая идиотка, и мне жаль, что меня не было, когда ты продала эту картину, — отвечает она, повторяя то, что она сказала в нашем телефонном звонке.

— Все в порядке. Я в порядке. Мне жаль, что я сказала то, что сказала, это не мое дело.

Мы обе вздохнули и подошли, что обнять друг друга.

— Ты иногда такая сука, — говорит она мне в шею.

— Поэтому мы и друзья.

Мы отрываемся друг от друга, и я смотрю на стену перед нами.

— Мне очень нравится эта фотография.

Миа улыбается.

— Разве это не потрясающе? Это их открытка на Хэллоуин в этом году.

— Это потрясающе, — говорю я, кивая на женщину.

— Да, будуар для будущего мужа. Милая девушка. — Она поворачивает свои голубые глаза на меня. — Когда ты позволишь снять тебя? Ты была бы идеальна.

Я цокаю.

— Я отстойная в этом. Я не знаю, как выглядеть сексуально на камеру.

Миа смеется.

— Это то, что делает тебя сексуальной, сексуальной! Если ты будешь стараться, то будешь выглядеть идиоткой. Я помогу тебе, ты же знаешь, я знаю, как работать с магией.

— Да, конечно, — говорю я, размахивая руками вокруг студии.

— Эй, не хочешь сняться на этих выходных?

— Съемка? Я пришла, чтобы пригласить тебя на обед и помириться, а не планировать сексуальную съемку!

— Я знаю, у меня есть модель, которую я снимаю, но она сильно заболела, поэтому не сможет участвовать в фотосессии, а это крупная съемка для местного журнала, и мне нужны фотографии на следующей неделе. Это важно, Элли. Это может быть мой шанс.

— Черт, — говорю я, издавая медленный вдох.

— Да, черт. Все модели, с которыми я работала, сказали мне «может быть».

Она выглядит так, как будто собирается плакать, и я ненавижу видеть, как она нервничает из-за работы.

— Окей. Я сделаю это, — говорю я. Я имею в виду, я делала это для нее раньше. Насколько это может быть хуже?

— Ах! Спасибо тебе! — она говорит, немного прыгая, и обнимает меня снова.

— Это… хорошо, помнишь тот раз, когда ты заставила меня фотографироваться с парнем на пляже? Это будет так? — Это было не так плохо, пока не появился Уайт. Мы резвились в воде и делали все возможное, чтобы не смотреть на камеру и притворялись, что у нас была химия, что трудно сделать с парнем, которого ты не знаешь, независимо от того, насколько он милый.

К тому времени, когда нам стало комфортно друг с другом для того, чтобы поцеловаться, появился Уайт. Он заставил меня так нервничать, что я не могла вернуться к чувству естественности с парнем. Это было ужасно. Смех Мии оторвал меня от мыслей.

— Нет, это будет в помещении и гораздо более интимно, так что хорошо, что ты еще не нашла парня.

— Ага, слава Богу за это, — говорю я нерешительно, прежде чем отправиться обратно в свою студию. Я думаю о том, чтобы взять бутерброд по пути. Позже, когда я готовлюсь к прибытию детей, я получаю текстовое сообщение от Оливера, которое заставляет меня хмуриться.

Правило № 1: никаких коротких платьев.

Я долго смотрю то на смс, то на себя, а затем осматриваюсь, чтобы убедиться в том, не следит ли он за мной.

Ты следишь за мной?

??

Ты сейчас откуда-то наблюдаешь за мной?

Телефон начинает вибрировать с его именем на экране.

— Это значит, что прямо сейчас ты одета в короткое платье? — шепчет он.

— Да, и судя по звуку твоего голоса, я предполагаю, что ты в больнице.

— Насколько короткое? — спрашивает он, игнорируя мое заявление.

— Друзья, Оливер, — напоминаю ему.

— Просто скажи мне, насколько оно короткое, ради Бога. Мне нужен визуальный контакт.

— Чуть выше колен.

— Какой цвет?

— Черный.

Я слышу, как дверь открывается и закрывается, и его дыхание возвращается мне в ухо. Я дрожу так, будто бы он стоит позади меня.

— Оно обтягивающее?

Я смеюсь.

— Ты собираешься заняться со мной сексом по телефону в три часа дня? На работе?

Он выдыхает.

— Я отправил тебе сообщение, чтобы сказать: не надевать короткое платье на свидание с другом, а ты говоришь, что ты в нем прямо сейчас.

— И? Ты говоришь так, будто это нижнее белье.

— Нет, но каждый мужчина в Санта-Барбаре будет смотреть на твои ноги и желать, чтобы они обернулись вокруг его талии, видеть твои сиськи и желать, снять платье, чтобы получить лучший вид…

— Оливер! — я прерываю, полностью растерянная. Я начинаю получать горячие вспышки и тяжело дышать, а он ведь даже ничего со мной не делает. — Друзья! — я кричу. — Друзья! Я не пойду с тобой, если ты продолжишь говорить мне эти вещи.

Он долго не говорит, я смотрю на свой экран, чтобы убедиться, что он все еще на связи.

— Что я говорил тебе об этом, Эстель? — он спрашивает, его голос имеет влияние надо мной, заставляя меня невольно дрожать.

— Ничего, — шепчу я.

— Ничего?

Я закрываю глаза на вызов в его голосе, зная, что должна была просто проигнорировать вопрос.

— Это не заставляет тебя хотеть, чтобы мы оказались наедине?

— С чего бы мне этого хотеть? — спрашиваю, надеясь, что мой голос звучит спокойно.

— Потому что, если бы мы были, я бы засунул руку под твое платье… — он делает паузу и шепчет. — В твои трусики.

— Кто сказал, что я их ношу? — говорю на одном дыхании.

— Ты не носишь трусики, непослушная Элли?

От улыбки в его голосе по щекам ползет румянец.

— Возможно.

— Если я протяну руку под твое платье и обнаружу, что это так, я не смогу устоять. Мне придется поднять твое платье, чтобы выяснить полностью ли ты голая под ним.

— И что, если? — спрашиваю тихо. Почему я играю в эту игру? Почему, почему, почему я занимаюсь этим? Почему мне это нравится?

— У тебя будет много неприятностей, — говорит он с грубым рычанием, которое заставляет мое сердце биться быстрее.

— Да? Какие? — дразню.

— Сначала я хочу попробовать тебя, — начинает он.

— Никаких поцелуев на свиданиях с друзьями, — издеваюсь с улыбкой.

— Я не буду целовать тебя в рот, — говорит он голосом, который заставляет мое сердце трепетать, прежде чем он продолжит, — я неторопливо поцелуями пройдусь по твоему телу вниз, пока не достигну твоих лодыжек, а затем медленно двинусь