Ведьма против демона в академии драконов - Наталья Витальевна Мазуркевич

– Вы сомневаетесь в моим навыках целителя?

– Я не сомневаюсь в вашей лжи, – отрезала я, чувствуя свою правоту. – Но тогда выходит…

Я непонимающе взглянула на свои руки, будто они могли дать ответ, которого не было у меня. В отличие от предположений. Последние мне не нравились. Я была без браслета, и я вошла в лабораторию магистра. Вошла, пусть и следом за ним, но не прикасаясь, и защита – я готова была покляться – все еще была не снята. Едва ли он забыл это сделать – скорее что-то проверял. Мою внимательность? Едва ли, но даже если и так – я была непростительно рассеяна.

– Вы говорили о доверии, – начала я, сглатывая и не сводя взгляда с магистра. – Вы узнали мою тайну. – Он кивнул. – Но продолжаете лгать мне.

– Для вашего же блага, – неожиданно устало ответил АльЗард, провел пальцами по пустому, широкому столу, прошел мимо котелка, уже установленного и полностью готового к использованию, и оказался в нескольких шагах от меня.

– Для моего блага – будет лучше знать, почему ваша защита меня пропустила.

– Один поцелуй – один ответ, – обозначил цену дракон. Уверенно и спокойно, не сомневаясь, что я откажусь.

– Идет, – зло выдохнула я. Правда, моего запала хватило ненадолго. Любопытство начало стремительно отступать, когда дракон, будто бы приятно удивленный моим решением, медленно, растягивая удовольствие, направился в мою сторону. И, следя за ним немигающим взглядом, сглатывая образовавшийся в горле комок, и убеждая себя, что цена не слишком высока, я с напряженным предвкушением ждала. И понимала, что таки дала ему перевести тему.

– Вы уверены в своем решении? – Дракон остановился так близко, что в приличном обществе моя репутация была бы уже безнадежно испорчена. Но, слыша хриплые нотки в его голосе, чувствуя, какой жесткой стала ткань нижней сорочки, глядя в потемневшие глаза собеседника и ощущая исходивший от него жар… Нет, я не была уверена. Ни в себе, ни в своем решении, ни в драконе, но… он вызывал во мне столько чувств, столько нежелательных, но желанных эмоций, что выбора просто не существовало. Потом. Я буду жалеть потом. Ругать себя за глупость. Обвинять в слабости. Обещать, что подобного больше не повториться. Находить оправдания. Но все потом, а сейчас…

– Да… – Мой шепот оборвали мягким прикосновением к губам. Нежным, дразнящим, как и его пальцы, скользнувшие по моим волосам, как и его (или мое?) тихое признание:

– Ты сводишь меня с ума. – Не знаю, кто выдохнул это первым, кто взял на себя ответственность, кто был виновен в том, что и широкий лабораторный стол приобрел иные, далекие от ведьмовства функции, но…

– Я не жалею, – сказала прежде, чем дракон успел о чем-то спросить.

Теплый деревянный стол под лопатками продолжил гордо демонстрировать свои преимущества перед каменным коллегой. Занозы, о которых я совсем не думала в тот момент, когда руки дракона обнимали меня, торопливо борясь с рядом мелких пуговок, так и не омрачили наше тесное знакомство с магистром. И если бы не тянущая боль внизу…

АльЗард хмыкнул, подслушав мои мысли, и положил ладонь мне на живот. Теплая волна силы прокатилась по телу, стирая последствия нашей общей несдержанности. Я шумно выдохнула, чувствуя, как внутри все напрягается в ответ на легкие прикосновения кончиков чужих пальцев, как отзывается сила, требуя вновь коснуться чужого источника.

Я сжала пальцы, не желая уступать своему дару. Мне и без того претила мысль, что мой первый мужчина (по губам сама собой скользнула улыбка, что, впрочем, не помешало ей тут же исчезнуть) мог решить, что причиной моего согласия стало желание увеличить резервы.

– Даже если это и так – я готов и дальше, хм, увеличивать твой резерв, – шепнул дракон. Я посмотрела ему в глаза, стараясь не думать, насколько тяжела моя головы, покоившаяся на его правой руке, и удивленно моргнула. Темные глаза магистра больше не были таковыми. Яркая зелень царила в его взгляде, и пусть лицо осталось прежним…

Я резко села, поворачиваясь к дракону спиной и торопливо натягивая платье. Благо, полностью лишить меня одежды любовник не успел. Руки скользнули в рукава, застегнули манжеты, пуговички на спине поддались не с первого раза… И только вновь оказавшись одетой, я обернулась к дракону, чтобы вновь заглянуть в его глаза. Зелени в них больше не было, зато задумчивости было хоть отбавляй. Он, как и я, успел одеться, вот только теперь, при взгляде на магистра, я не могла отделаться от не самых приличных воспоминаний.

– Если вы желаете повторения – платье лучше было снять вовсе, – заметил АльЗард с готовностью потянувшись к пуговицам рубашки.

– Это излишне, – отвернулась я. Да, я не жалела. Точнее – пыталась себя убедить, что поступила пусть и импульсивно, необдуманно, поддавшись вспыхнувшему желанию, но правильно. Но даже это понимание правильности, не могло избавить меня от краски стыда, что заливала лицо, стоило посмотреть на магистра.

Я не могла понять, как должна вести себя теперь. Одно было очевидно: как прежде – уже не будет. Промелькнувшая было мысль попросить ректора о смене куратора была встречена жестким:

– Нет, – вырвалось у магистра, и он за секунду оказался передо мной, перехватил мои руки за запястья, лишая возможности применить большинство из чар, мягко их сжал, не причиняя боли, просто давая понять, что удержит, если я решу сбежать, и попросил:

– Давайте не будем тревожить ректора из-за таких мелочей? – И следом, предвосхищая мои возражения: – Вы же не станете поступать наоборот лишь из желания мне досадить?

Я промолчала. Опровергнуть слова дракона я не могла – это значило бы соврать, но детское желание поступить вопреки советам магистра… Да, оно было. Хоть так, но мне хотелось повлиять на ситуацию, взять ее под свой контроль…

Руки магистра накрыли мои пальцы.

– Иногда достаточно довериться тому, кто очень в вас заинтересован.

– Как вы?

– Как я, – спокойно подтвердил АльЗард, и его глаза снова начали отливать яркой зеленью.

– Тогда… вы обещали мне ответы в обмен на поцелуй. – Дракон кивнул, давая понять, что отказываться от собственных слов не намерен. И я выпалила, пока не передумала, пока не решила для себя, что ввязываться в еще большую авантюру не следует: – Кто вы?

Глава 3

В глазах собеседника не появилось ни капли удивления. То ли он ожидал подобного вопроса, то ли не считал опасным.

– Ваш поклонник, покорный слуга и помощник, – с неизменной улыбкой ответил дракон, мастерски избегая конкретики. Впрочем, мой вопрос был слишком общим, чтобы загнать магистра в тупик. – Недовольно поджала губы. – Не хмурьтесь. В моих словах нет ни капли лжи.

– В них нет и ни капли откровенности. Полагаю, и остальные ответы будут так же уклончивы?

– Не могу отказать себе в удовольствии, – подтвердил дракон и добавил: – Ни в каком из. – Его взгляд красноречиво скользнул по моему лицу, остановившись на губах. Эдакий намек, от каких именно удовольствий АльЗард не готов был отказаться. И самое противное: от его взгляда, от вкрадчивых интонаций, легкого касания моих запястий, по телу пробежала волна мурашек.

– Нет, – я отказалась так резко, что это было больше знаком отчаяния, чем силы. – У нас… есть чем заняться. Вы обещали мне помощь.

– Разумеется. – Дракон отступил в сторону, освобождая для меня как выход из лаборатории, так и проход к котлу. – Здесь все в вашем полном распоряжении.

– И вы? – сорвалось с губ прежде, чем я успела прикусить язык. Но… у всех нервы сдают по-разному, у меня вот так, создавая еще больше проблем и неловкости для себя и окружающих.

– И я, – серьезно согласился дракон, помедлив с ответом, будто он решал что-то для себя. – Подождите здесь. Я сам схожу в вашу комнату и принесу основу.

– Я могу… – попыталась было спорить, но перехватила взгляд дракона и замолчала.

– Вы без браслетов, – напомнил мне магистр и попросил: – Останьтесь здесь. – И чего я совсем не ожидала, так это того, что он добавит: – Я не хочу вами рисковать.

Я осеклась, так ничего и не возразив. Впрочем, мне и не с кем осталось спорить. Магистр исчез ровно в тот момент, как последнее слово его признания повисло в воздухе. Он уже не слышал, как я рассмеялась. Нервно, зло, отчаянно. Болезненно морщась и сжимая пальцы в кулаки, в тщетной надежде усмирить одну боль другой. Вся моя жизнь прежде, с самого маминого исчезновения, была риском. Риском потерять себя, риском остаться в одиночестве, риском не оправдать надежд. Я привыкла рисковать собой – да и так было принято в Кроудгорде. Выживает либо сильнейший, либо невероятно удачливый. И оба этих определения были не обо мне. Мне не хватало везения с легкостью проходить испытания, вытягивая самый легкий из билетов. Не хватало и дара, чтобы меня обходили стороной. И, глотая слезы,