Фавориты - Лэйн Фарго

Гаррет Лин. На чемпионат мира в две тысячи втором в составе сборной поехали мы с Беллой, Кэт с Хитом и Джози с Эллисом.

Эллис Дин. Нам с Джози медаль не светила. Это понимали все. Пожалуй, кроме отца Джози. Но тот и Рейгана считал величайшим президентом, так что…

На экране показывают два снимка: на одном запечатлены Катарина с Хитом, стоящие на пьедестале турнира «Скейт Америка», на другом – Белла с Гарретом, получающие золотые медали на «Кубке России»[3] в 2001 году.

Эллис Дин. Нет, все ждали решающей схватки между дуэтами Лин – Лин и Шоу – Роча. И схватка вышла что надо! Правда, все разворачивалось не по тому сценарию, который изначально нам представлялся.

Глава 21

Настал финальный день чемпионата мира 2002 года. В то утро я проснулась с уверенностью, что это будет лучший день в моей жизни.

Произвольную программу должны были танцевать вечером. Белла решила, что до начала выступлений нам нужно как следует отдохнуть и побаловать себя. Оба наших партнера отказались: Гаррет отправился с группой фигуристов на экскурсию по синтоистским святилищам (чемпионат проходил в японском городе Нагано), а Хит просто не захотел ехать на загородный курорт.

– И сколько же стоит такое удовольствие? – спросил он, когда я, поднявшись ни свет ни заря, собиралась туда.

Хит лежал на тонком футоне, постеленном прямо на полу. Нам удалось добыть себе отдельный номер в гостинице, предоставленной организаторами соревнований, – правда, пришлось довольствоваться комнатой в традиционном японском стиле, от которой отказались другие западные гости.

– Откуда я знаю? Платить будет Белла.

Я опаздывала, и мой телефон уже разрывался от эсэмэсок.

– А, ну конечно. Беги скорее! Не заставляй ждать ее королевское величество.

Облокотившись на подушечки, набитые гречневой лузгой, Хит потянулся за плеером. До меня донеслись обрывки песни в исполнении группы «Nine Inch Nails».

Лины поселились в четырехзвездочном отеле в нескольких кварталах от нас. Мы с Беллой встретились в вестибюле – тихом, как библиотека, – и она тайком провела меня с собой на завтрак в ресторан, где я от души полакомилась свежайшей гречневой лапшой и местными яблоками синсю. А потом за нами приехала машина и унесла нас за город, на термальные источники, где мы долго нежились то в горячих, то в прохладных бассейнах. После такой процедуры мышцы сделались гибкими, а кожа – атласной.

– У вас с Хитом все шансы взять бронзу, – сказала мне Белла в машине по дороге назад.

Мы устроились на заднем сиденье, благоухая неповторимым букетом эфирного масла цветов, произрастающих в горной местности, где находился курорт.

– Ты думаешь?

Белла кивнула.

– А может, даже и серебро. Если россияне ошибок наделают.

После оригинального танца мы с Хитом были на четвертом месте; французы опережали нас всего на полбалла. Мы заметно оторвались от канадской пары – той самой, у которой выиграли на турнире «Скейт Америка». У россиян в этот раз не получилось захватить весь пьедестал, как недавно на Олимпиаде. Одна пара, наделав ошибок, спустилась вниз. Елена Волкова и ее партнер – бронзовые олимпийские призеры, метившие в чемпионы мира, – держались на втором месте. Белла и Гаррет лидировали.

– Ариэль и Люсьену плохо дается комбинированная поддержка, – сказала Белла. – К тому же у них нет «химии», а после вас это сразу будет заметно. Старайтесь кататься чисто, и медаль ваша.

Тогда мне польстили ее слова, но теперь я понимаю их настоящий смысл: «Медаль вам, может, и светит, да только не золотая. Черта с два вы нас обойдете!»

Надо признать, что к тому времени нам еще ни разу не удалось обойти Линов. Хит не понимал, почему это меня так злит. Ему нравилось побеждать, но в нем не было того мучительного честолюбия, которое глодало мою душу и, как ненасытная бездна, требовало все новых завоеваний.

А вот Белла прекрасно меня понимала. Ведь ею самой двигала та же неутолимая жажда победы. В этом смысле она знала меня даже лучше, чем Хит.

* * *

Вернувшись с курорта, мы пошли обедать. Ресторан, в котором Белла заказала столик, славился отборной говядиной: коров откармливали теми же сладкими яблоками, что мы ели на завтрак. Хит, пусть и с некоторой неохотой, но все же согласился пойти с нами.

Машина остановилась недалеко от буддийского монастыря Дзэнкодзи, и мы вышли. Хит уже ждал на обочине, сутулясь от ветра. А мне было совсем не холодно – внутри меня как будто играло маленькое солнце, наполняя теплом каждую клеточку моего тела.

– Ну что, понравился курорт?

– Обалдеть! – сказала я, целуя Хита в холодные, точно мрамор, губы. – Сколько там разных бассейнов! А вода в них насыщена всякими минералами и…

– Я с голоду умираю, – простонала Белла. – Нет, честно. Быка могла бы съесть.

Она взяла меня под руку и потащила вперед. Хит зашагал следом. Ресторан находился в переулке от главной улицы, по которой толпы туристов двигались к воротам храма.

Нагано представляет собой необычное сочетание древности с современностью: громадные офисные здания, так называемые магазины «быстрой моды» – и тут же, рядом, святилища, пагоды с загнутыми крышами и сады для медитаций. Прямо за нашим отелем располагался настоящий сад камней, вход в который охраняли статуи улыбающихся львов. Хиту не терпелось там побывать, и я пообещала, что мы обязательно сходим, как только закончатся соревнования.

Белла торопилась, обгоняя медлительных туристов, и я невольно прибавила шаг, стараясь не отставать. Но неожиданная картина заставила меня вдруг замереть, разинув рот.

– Ты чего? – удивилась Белла.

Прямо перед нами на стене здания красовался большущий рекламный щит, на котором во весь рост была изображена полураздетая парочка. Гаррет Лин и я.

О том, что компания, пригласившая нас на фотосессию, продвигает свою одежду на азиатских рынках, мне говорили. Я думала: ну, напечатают нашу рекламу в глянцевом журнале где-нибудь в Южной Корее или повесят на автобусной остановке в Пекине. Но здесь, в Нагано? Такого я никак не ожидала!

– Красивая, стерва, – ткнула меня в плечо Белла.

Догонявший нас сзади Хит резко остановился.

– Что за ч-черт? – прошипел он сквозь зубы.

Глава 22

В памяти всплыл тот день, когда нас с Гарретом снимали на фотосессии.

Яркий свет ламп. Пульсирующая электронная музыка. Крики фотографа: «Выгни спину! Наклони голову! Еще… да, вот так! Хорошо, а теперь замри! Не двигайся!» В помещении не топили, и мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы не вздрагивать от прикосновения ледяных рук